Мои ноги невольно сжимаются, когда взгляд падает на его пах.

И… Ого! Внутри меня он казался просто огромным, а визуально выглядит еще больше. Словно молот… Боже… Я была очень сильно не права, когда шутила о его презервативе микроразмера. Я была очень-очень-очень не права.

– Я вижу, куда ты смотришь, бейби. – Дарио хитро ухмыляется, и я резко отвожу взгляд в сторону, как пойманная с поличным стыдливая девочка. – Уже замерзла?

– Да. – Я обнимаю себя за плечи и притягиваю колени к груди. – Ты, кажется, говорил что-то о костре. – И теперь я не знаю, что имею в виду: горящие ветки и кору или самого Дарио.

– Сейчас все сделаю. – Он отыскивает в песке свои мокрые боксеры и надевает их. – Только не приближайся к воде, ладно?

– Как скажешь, – соглашаюсь я, обтирая его футболкой свой живот и грудь.

– Мне нравится, какая ты сговорчивая сегодня, – прищуривается Дарио.

–Только сегодня, моряк. Сегодня – исключение, – напоминаю я.

– Давай не будем забегать вперед. Для начала нам нужно отсюда выбраться. – Он разворачивается, чтобы пойти к одинокому дереву, раскинувшему корни у подножья скалистого склона, но я окликаю его.

– Эй, моряк, подай мне мою толстовку!

– Она насквозь мокрая.

– Ну не сидеть же мне голой, – цокаю я.

– А почему нет? – Его похотливая ухмылка, которая обычно зарождает в моей груди бешенство, сейчас вызывает только ответную улыбку. И я не узнаю себя.

Бог, ты решил поиграть с моими чувствами и послал мне чертового мага? Ты можешь быть еще более несправедлив ко мне? Он ведь околдует меня. Если еще не околдовал…

– Ладно, держи. – Дарио подхватывает с земли мою вещь и, отряхнув, передает мне в руки. – Но только до того момента, пока я разжигаю костер. Дальше я сам займусь твоим телом, бейби.

Я принимаю толстовку из его рук, улыбаясь, но внезапно замечаю отпечаток крови на светлой ткани. Но я вроде бы не ранена…

– Дарио! – резко взвизгиваю я, вскакивая на ноги. – Здесь кровь! Ты ранен?!

– Пустяки, – отмахивается он, когда я хватаю его за руку.

– Покажи!

– Астра, я в порядке.

– Покажи немедленно! – требую, не отпуская его руку.

И тогда Дарио распрямляет правую ладонь, полностью исполосованную глубокими порезами. Я в ужасе ахаю.

– Но как я не заметила раньше… – Осторожно подхватываю его израненную кисть своей рукой снизу.

– Мы были заняты кое-чем другим, бейби, – подмигивает он.

– Ты еще шутишь?! Идиот! – злобно шиплю я, а Дарио лишь усмехается. – Нужно срочно перевязать!

– Астра…

– Срочно!

Я натягиваю на себя мокрое худи, бегу к куче своих вещей, сваленных на песок у реки, быстро отыскиваю футболку и с ней в руках несусь к воде.

– Астра, – зовет Дарио, но я не обращаю внимания.

Перевязать. Срочно. Он уже потерял много крови. А вдруг инфекция? Заражение? Как он будет играть в баскетбол в конце-то концов?! Тео меня убьет. Его отец меня убьет. Моя жизнь не стоит мизинца Дарио Сантаны. Что уж говорить о целой правой руке?

Промыв свою футболку, я пулей возвращаюсь к Дарио, находу разрывая ткань на полосы.

– Дай сюда руку, – командую я, и он послушно подставляет мне ладонь.

Одним кусом мокрой ткани я очищаю его раны от песка, а второй накладываю повязку. Дарио не издает ни звука, но я знаю, что ему больно. Он просто хочет казаться героем. Как всегда.

– Мне приятно, что ты переживаешь за меня, – тихо произносит он, когда я заканчиваю с перевязкой.

– Заткнись, – угрюмо отрезаю я.

– И мне нравится твоя забота, – улыбается моряк, наблюдая за моими действиями.

– Так хорошо? – Делаю вид, что занята важным делом и не слышу его. – Не давит?

– Не давит, но болит. Мне нужно обезболивающее.

– Придется потерпеть, у нас здесь нет аптечки…

– Какая же ты непонятливая, бейби. – Дарио рывком притягивает меня к себе за талию. – Просто поцелуй меня уже наконец. Я все-таки кровь пролил, чтобы спасти твою жизнь. Разве я не заслужил маленькую благодарность?

– Спасибо. – Я поднимаюсь на носочки, чтобы дотянуться до его губ, но Дарио подхватывает меня на руки и вместо безобидного поцелуя страстно завладевает моим ртом.

– Дарио… – Мой тихий стон прорывается сквозь поцелуй. – Хватит… – Иначе я опять не совладаю с собой.

Но протест моего разума слишком слабый и неуверенный. Телу вообще все равно, что там себе думает голова. Между моих ног снова разливается жар.

– Назови мне хотя бы одну причину, чтобы я прекратил. – Горячие прикосновения его губ усыпают мою чувствительную кожу.

– Костер, – выдыхаю я. – Ты обещал… Так нас смогут заметить.

– О боги, Ревендж, что ты со мной творишь? Тебя где-то обучали обламывать кайф?

С разочарованным вздохом Дарио опускает меня обратно на землю, и сложно было бы не заметить его внушительную эрекцию в трусах.

Я отвожу взгляд, чтобы не послать этот чертов костер ко всем чертям. Думаю, что ни одно пламя сегодня не окажется жарче Дарио Сантаны.

Боже, где только витают мои мысли? Глупая. Глупая Астра.

Я ударяюсь затылком о скалистый уклон, к которому прижалась спиной, наблюдая, как Дарио собирает по пляжу ветки, а спустя несколько минут мастерит из них подобие остроконечного домика.

Уже темно, и я почти потеряла надежду на то, что помощь прибудет сегодня. Видимо, нам все-таки придется переночевать на берегу реки, а уже завтра при свете дня придумаем план по спасению своих задниц из этой тупиковой ситуации.

– У тебя все в порядке? – интересуюсь я, когда Дарио чертыхается уже в пятый раз.

– Вообще-то нет, – отзывается он, суетясь возле шалаша из палок. – В фильмах это выглядело проще.

– Ты не умеешь разводить костер? – Я поднимаюсь на ноги и подхожу ближе к сомнительному сооружению.

– Да, блин, здесь ничего не видно! – злится он, но спустя секундную паузу признается: – И да, я не умею разводить костер. – Дарио отбрасывает какую-то палку в сторону и плюхается задницей на песок.

– Здорово, – отчаянно вздыхаю я. – Ну и какой у нас план? Забраться под камень и сдохнуть?

– Вообще-то я рассчитывал, что в бревно ударит молния или типа того. И разгорится пламя.

– Отличный план. А главное надежный. Интересно, что произойдет быстрее: природное чудо или наша голодная и холодная смерть?

– Прекрати издеваться, бейби. Я баскетболист, а не бойскаут.

– Ага. – Я приседаю за спиной Дарио и запускаю руки ему под мышки, чтобы сомкнуть пальцы на его груди. – А еще горе-музыкант. – Расставляю ноги шире, чтобы упереться ступнями в его бедра и прижаться лицом между лопаток. – Сталкер и вор интимных игрушек.

– Забудь уже о своем «кролике». Иначе я начну ревновать.

– Он был мне очень дорог, знаешь ли. Ты даже представить себе не можешь, сколько долгих ночей мы коротали с ним вместе. – Я пробегаюсь ногтями по обнаженной груди Дарио и сдерживаю улыбку, уткнувшись лицом в его плечо.

– Твой крошечный «кролик» тебе больше не пригодится, Ревендж. – Дарио ловит мою руку и подносит к своим губам, переплетая наши пальцы. – Я согласен на третьего лишнего, только если ты попросишь заполнить тебя с обеих сторон…

Что он имеет в виду?

И тут до меня начинает доходить.

С обеих сторон… Когда Дарио будет во мне спереди, а сзади пристроится мой… О боги!

Я сжимаю свободную руку в кулак и бью им Дарио в грудь.

– Ты гребаный извращенец! Даже думать не смей о моей заднице! —Я хочу вскочить на ноги, но моряк не выпускает мою вторую руку из своей хватки и резко тянет меня на себя.

– Это невозможно. Твоя маленькая соблазнительная задница не дает мне покоя со дня нашей первой встречи.

Он перекручивает меня в своих руках, как какую-то тряпичную куклу, и усаживает к себе на колени.

– Так вот кто виноват в том, что ты отлипнуть от меня не можешь.

Мои ноги разъезжаются в стороны, и я седлаю Дарио сверху, вплотную прижимаясь грудью к его торсу. Он запускает руки под мою влажную толстовку и подхватывает меня под обнаженные ягодицы, крепко сжимая их своими широкими ладонями.

– О нет, бейби, – его язык касается моих губ, подразнивая, – в этом вини только саму себя. Себя. Свою упругую попку. – Он резко шлепает по моей ягодице, заставляя меня заерзать на его пахе. – Несносный характер. Развязный язык и… – шлепает снова, и я закусываю губу, проскальзывая промежностью вдоль его твердого члена. – Этот огонь, что горит внутри тебя. – Дарио подается еще ближе к моим губам, но не целует. Он вглядывается в мои глаза. —Если я и обжог тебя, Ревендж, то только потому, что ты раздула во мне пламя.

– Неудивительно, что ты сочиняешь музыку. – Мои ладони накрывают его щеки. – Ведь так заливать умеет либо искусный лжец, либо непревзойденный гений.

– Когда послушаешь мою музыку, поймешь, где правда. А сейчас… Иди ко мне. – Его руки с натиском проскальзывают под толстовкой вдоль моей вытянутой по струнке спины. – Подари мне чувственный эмбиент из своих стонов. Может быть, я включу этот трек в свой новый альбом.