Я хочу отвернуться, но поздно. Тео ловит меня с поличным. Его ясные голубые глаза приковываются ко мне раньше, чем я успеваю отвести взгляд от их благополучной, счастливой пары.

Следом я чувствую на себе еще один взгляд. Испытующий и пронизывающий до костей. Взгляд моря, в котором я потону, если позволю себе посмотреть в его сторону. Я ощущаю, как Дарио прожигает во мне слой за слоем. По позвоночнику скатывается капля пота. Ладони влажные в отличие от горла. Оно пересохло.

– Извините, мистер Бейли, мне нужно припудрить носик, – неестественно улыбаюсь я и без оглядки спешно сбегаю в уборную, проталкиваясь сквозь толпу народа.

Гребаные братья Сантана. Они точно сведут меня с ума.

Я перебрасываю кудрявые локоны через плечо, смачиваю руки холодной водой и прикладываю ладони к шее, смотря на себя в зеркало.

Не нужно было приходить сюда. Я здесь лишняя и только сбиваюсь с пути.

– Мисс Аллен, вы в порядке? – из кабинки выходит Синди в неприлично коротком и ярком платье цвета взрыва сразу нескольких единорогов. Оно так сильно пестрит, что хочется прищуриться или вовсе закрыть глаза, чтобы развидеть этот крик безвкусия.

Она равняется со мной напротив умывальников, и мы встречаемся взглядами в зеркале.

– Да, все хорошо, Сидни, – слабо улыбаюсь я.

– Синди, —поправляет она, доставая из сумочки блеск для губ.

– Прости. – Я выпрямляюсь, встряхивая волосы, позволяя им рассыпаться по плечам.

– Красивое платье, – отмечает она, накладывая толстый слой жидкой помады, когда я уже собираюсь покинуть женский туалет.

– Спасибо, – без особого энтузиазма отвечаю я.

– Дарио оценил?

– Что? – Я останавливаюсь.

– Мое не оценил. Вот я и подумала, может быть, ему больше ваше платье по вкусу. Это ведь H&M?

– Valentino, – отвечаю, делая вид, что не заметила ее жирного намека на мой статус и то, в каких магазинах мне положено бюджетно закупаться по мнению королевы чирлидерш.

Она недоверчиво фыркает, продолжая красить губы.

– Но я не понимаю, к чему ты клонишь, Синди. Если тебе есть, что сказать, – говори. – Я складываю руки на груди, стоя за ее спиной.

– Нет, мисс Аллен. – Она взмахивает копной белокурых волос, собранных в высокий хвост. – Я просто восхищена, что в свои годы вы так хорошо выглядите. На вас даже заглядываются парни из команды, вы знали? Называют вас горячей и делают ставки на то, кто первым с вами переспит.

В свои годы?

Я потряхиваю головой.

Мне всего двадцать пять. Эта дура решила таким способом уколоть меня?

Так… стоп. Делают ставки?! А вот это уже переходит все границы.

– Меня не касаются несбыточные фантазии моих студентов, – равнодушно парирую я, умело подавляя возмущение. – Поэтому…

– А знаете, – усмехается Синди, перебивая и разворачиваясь ко мне лицом. – Приходите сегодня на вечеринку. После официальной части Рой устраивает крутую тусовку в честь Дня университета здесь, в корпусе их братства. Будет весело.

– Спасибо за приглашение, но я пас. – Моя улыбка сильно натянута. Так, что болят щеки. – Не люблю чувствовать себя лишней. Поэтому желаю вам хорошо повеселиться. Много не пейте.

– Вы подумайте, – прищуривается Синди. – В этот раз никаких бикини. Может быть, даже вы впишетесь в формат. – Она надменно оглядывает мое скромное платье в форме футляра.

– Очень любезно с твоей стороны. – Я не прерываю зрительный контакт с этой лучезарной ведьмой, усыпавшей свои сиськи блестками. – Но я не хочу никого смущать своим появлением. Еще раз спасибо за приглашение, Сидни.

– Синди, – снова исправляет она, когда я хлопаю дверью и делаю вид, что не слышу ее последних слов.

Напыщенная, дешевая сучка.

Я таких ставлю на место на раз-два. Не на ту напала.

Поправив свое платье и вздернув подбородок, я уверенно направляюсь в актовый зал.

Осталось потерпеть совсем немного, и я наконец-то вернусь в свой тихий дом, налью себе вина и немного погрущу под треки Рио. А может быть, получится и помечтать.

***

Я выдерживаю торжественную речь Дарио в ответ на то, что его называют одним из самых перспективных студентов университета Северной Каролины. Он благодарит брата, который служит ему примером, – лицемерие, и отца, который помогает стремиться к мечте – откровенная ложь. Его слова звучат громко и вызывают бурю оваций, но в них нет искренности. Я точно знаю, что в них нет искренности. Вся его речь – притворство. И кажется, я единственная, перед кем Дарио за это стыдно, потому что он ни разу так и не взглянул на меня со сцены. Потому что, видимо, я единственная, кто знает правду, – он ненавидит баскетбол и исполняет вовсе не свою мечту.

Я не дожидаюсь конца праздничного вечера и осторожно сматываюсь под общий шум, не желая столкнуться ни с Дарио, ни с Тео.

Сегодня не мой день. Лучше тихо переждать в своей крепости, чтобы не пострадать.

Поэтому я быстро заскакиваю в «Хонду», уматываю из Чапел-Хилла, но приблизившись к своему дому на окраине Роли, понимаю, что моя крепость оккупирована. У кустов стоит припаркованный черный «Мустанг». А это значит, что у меня гость – мой лучший друг Энзо, которому я всегда рада.

Тогда почему мое тело охватывает страх?

***

Мы не виделись с Энзо с момента той самой ссоры у моего крыльца, когда Дарио ударил его в лицо. После того мы пару раз разговаривали по телефону и переписывались, но этот факт не помогает мне успокоиться. Я вся дрожу, стоя у своей же парадной двери, и не решаюсь дернуть за ручку.

Должна ли я постучать?

Или попытаться открыть дверь ключом, который подрагивает в моей руке?

Но пока я раздумываю, дверь распахивается, и на пороге моего дома появляется Энзо.

Его высокая, худощавая фигура, обтянутая черными брюками и свитером-водолазкой, молча застывает в проеме, возвышаясь надо мной. Красные буквы татуировки «HATE» на шее выглядывают из-под горла свитера. Острый кадык дергается, когда Энзо проглатывает слюну и говорит:

– Привет.

Мой взгляд приковывается к его зеленым глазам под навесом широких черных бровей. Тонкая прядь прилизанной кверху платиновой челки ниспадает на лоб, придавая его идеальному образу толику небрежности.

Энзо держит руки в карманах брюк и сканирует пристальным, оценивающим взглядом мой наряд. Мое скромное платье вмиг кажется развратным. Декольте – слишком откровенным. Длина – очень короткой. Модель – пошлой. Мне хочется прикрыться.

– Ты очень красивая, – без тени улыбки прищуривается Энзо. – Хороший выбор платья. Тебе очень идет. Это ведь мой подарок?

– Да, твой, – киваю я.

– Ну и почему ты вернулась так рано? – Энзо пропускает меня внутрь и закрывает за мной дверь на замок. Я хочу сбросить туфли, но он меня останавливает: – Оставь.

Энзо не спеша сворачивает в гостиную, и я послушно волокусь за ним следом, готовая выдержать шквал вопросов о Тео.

– Ты так и не ответила: почему ты здесь, а не скачешь на члене Тео? Только импотент не повелся бы на твою задницу, обтянутую этим платьем. Неужели помимо колена у Тео появились проблемы ниже пояса?

Энзо по-хозяйски усаживается на диван, раскинув руки вдоль спинки, а я застываю в дверном проеме, не веря своим глазам.

Рядом с ним сидит какая-то незнакомая девушка. И судя по ее широкой улыбке, она очень рада возвращению Энзо.

– Кто она такая? – Мой голос подрагивает, когда я кошусь в сторону незнакомки.

– Ты не ответила на мой вопрос, – теперь жестче повторяет Энзо.

Я обвожу взглядом комнату, освещенную лишь блеклым светом от торшера, и замечаю на кофейном столике недопитую бутылку вина, полную пепельницу окурков, пачку сигарет и зажигалку. Запах стоит омерзительный. Мне придется перестирать все вещи, шторы и постельное белье, а еще проветривать дом как минимум два дня, чтобы избавиться от вони табака, въевшейся, кажется, даже в стены.

– Ты что, пил? – заикнувшись, спрашиваю я.

– Ты ведь знаешь, что я не пью. – Энзо тянется к зажигалке и пачке сигарет.

– Я просила тебя не курить здесь.

– А я просил тебя трахнуть Тео. Видишь, мы оба друг друга разочаровываем. – Он щелкает зажигалкой и подкуривает, выпуская в комнату густой клуб дыма.

Я начинаю кашлять.

– Я могу его трахнуть, если захочешь, – игриво отзывается пышногрудая девица, сидящая рядом с Энзо на моем, блядь, гребаном диване. Меня пробирает дикое раздражение. – Но сначала я хорошенько объезжу тебя, красавчик. – Она тянется пальцами к лицу Энзо, но он со звучным хлопком отмахивается от ее прикосновения. Девушка морщится и надувает от обиды губы. Или от боли. Но ничего не говорит.

– Кто она, мать твою, такая?! – не выдерживаю я и повышаю голос.

Энзо не отвечает, делая очередную затяжку, и тогда я настигаю его за пару считанных шагов, вырываю сигарету изо рта и тушу о борт пепельницы.

– Какого черта ты тут устроил? Кого ты притащил в мой дом?! – Мой тон срывается на крик. – Мои стены не притон для твоих шлюх, понял?!

Энзо резко подрывается на ноги и хватает меня за руку, притягивая к себе. Я врезаюсь в его грудь и, запрокинув голову, встречаюсь с пылающим огнем в зеленых глазах. Его гнев ощутим и пронизывает насквозь. Сковывает. Обездвиживает. Я даже не замечаю, как перестаю дышать, поддаваясь его безмолвному могуществу. Ощущая себя еще меньше, чем есть на самом деле. Превращаясь в ту девочку, которая пряталась в шкафу от пьяного отца.