Его пристальный взгляд разбивает мою броню, и я соглашаюсь на это безумство – следую за Тео и забираюсь на заднее сиденье такси, усаживаясь рядом с Дарио. К счастью, он уснул и не заметил моего внедрения в его зону комфорта, иначе бы прямо здесь и сейчас разразился новый шторм.

И когда на середине пути из Чапел-Хилла в Роли я прикрываю глаза, готовая вздремнуть, внезапно чувствую, как мою ладонь, покоящуюся на сиденье, накрывает другая теплая и большая ладонь. Я вздрагиваю. Кожу моментально усыпает дрожью. Не решаюсь повернуть голову, но в этой темноте позволяю пальцам Дарио скользнуть между моих пальцев и сжать кисть.

Сердце стучит быстрее, но я не двигаюсь и задерживаю дыхание, когда его большой палец начинает нежно поглаживать мою кожу.

Что, мать твою, происходит со мной?

Мой прерывистый, едва слышный выдох, обжигает губы. Тело расслабляется. Веки подрагивают от приятной ласки. И как только я собираюсь закрыть глаза, чтобы отдаться моменту, в зеркале заднего вида я ловлю взгляд Тео.

Он сидит на пассажирском сиденье спереди и не может видеть то, что происходит между мной и Дарио, но он не прерывает зрительный контакт, пытаясь проникнуть взглядом мне под кожу.

Голова идет кругом. Я вляпалась. И вместо игры, правилам которой должна следовать, думаю лишь о том, что хочу руки Дарио везде. И не только руки. Я хочу его тело. Его ласку. Ту нежность, с какой он обнимал меня, засыпая со мной в одной палатке. Ту страсть, с какой он брал меня на том песчаном берегу. Хочу, чтобы он смотрел на меня как прежде, без презрения, без злобы. Так, будто я единственная и ему больше никто, кроме меня, не нужен. Хочу, чтобы он хотел только меня.

Жаль, что мои желания всегда расходятся с реальностью.

***

Притормозив у ворот особняка семейства Сантана, Тео покидает машину первым. Я осторожно высвобождаю свою руку из-под ладони Дарио и касаюсь пальцами его лица.

– Дарио, проснись, – тихо произношу я, наблюдая, как он облизывает губы и морщится.

«Хочется его поцеловать, – загорается в мозгу первая мысль, но я отгоняю ее. – Ты дура, Астра. почти назвал тебя шлюхой, а ты грезишь о его губах».

Но даже его отвратительное поведение и обидные домыслы не отменяют того факта, что Дарио очень красивый. Заносчивый. Невыносимый. Паскудный. Но чересчур притягательный. Желанный. Ранимый… Об этой его черте наверняка никто не догадывается. Даже сам Дарио. Но уже не раз я почувствовала, что его душа уязвима и близка мне. Я тоже колю сильнее, когда мне делают больно, а потом сожалею и плачу.

– Дарио, давай, встаем. – Дверца машины со стороны Дарио распахивается, и я резко сдвигаюсь к противоположному краю сиденья. Тео тормошит брата за плечи, и тот открывает глаза. – С добрым утром! – улыбается старший Сантана. – Будь добр, вытащи свою задницу из такси и встань на ноги. Нам пора домой.

– Мне не нужна твоя помощь. – Дарио смахивает со своих плеч руки брата и неуклюже, но самостоятельно выбирается из машины.

– Ну, конечно. – Тео подхватывает моряка под мышку, когда тот спотыкается о собственную обувь и едва не падает, сделав первый шаг.

Я выскакиваю из машины и бросаюсь на помощь, подставляя в качестве дополнительной опоры свое плечо. Дарио свысока бросает на меня раздражительный взгляд. Он все еще зол и презирает меня. А жест в такси – всего лишь жест, вызванный помутнением рассудка.

От осознания действительности горло начинает саднить, но мне приходится сделать над собой усилие и проглотить слюну сквозь боль, скопившуюся в глотке.

– Еще раз повторяю: мне не нужна ваша помощь, – огрызается Дарио и освобождается от наших рук. – Adiós.

Я наблюдаю, как неспешно он отдаляется от меня, и сдерживаюсь, чтобы не сорваться за ним следом. Это будет лишним.

– Ладно, – вздыхаю, обращаясь к Тео, и натягиваю на лицо фальшивую улыбку. – Дальше ты как-нибудь сам, а я…

Не успеваю закончить – меня прерывает резкий свист шин, раздавшийся за моей спиной.

О нет, только не это. Неужели этот гребаный таксист решил бросить меня здесь?!

Тео срывается с места и бежит за машиной, но кажется, водитель не видит его. Или не хочет видеть. Поэтому не тормозит. Тео преследует такси еще несколько ярдов и только потом останавливается, разочарованно взмахнув руками.

– Я самая везучая девушка на планете, – цокаю, раздосадовано выдыхая.

– Пойдем в дом. Я вызову тебе машину, – предлагает Тео, вернувшись обратно ко мне.

– О нет, не стоит беспокоиться. – Этого мне еще не хватало – заявиться в его дом среди ночи грязной и выпившей.

– Я настаиваю, – не сдается он. – Все-таки машина уехала по моей вине. Я забыл предупредить водителя о том, чтобы он подождал. Поэтому, – Тео протягивает мне руку, – извольте пройти со мной, леди. Обещаю искупить свою вину бокалом хорошего вина.

– Тео, – я усмехаюсь, – мы ведь уже выпили море текилы.

– Мы никому в этом не признаемся, идет? Пусть будет нашим маленьким секретом. – Он подмигивает, повторяя мои же слова, и эти чертовы ямочки на щеках лишают меня последней воли.

Я кладу руку поверх его вытянутой ладони и отправляюсь в дом Сантана, вглядываясь в силуэт Дарио, который оторвался от нас уже на десяток футов.

***

Особняк наполнен спокойствием и мраком, и лишь чертыханье Дарио нарушает тишину огромной просторной гостиной.

– Святые угодники, да он сейчас разбудит весь дом! – в полтона шипит Тео и порывается к дугообразной правой лестнице, где застрял Дарио, но я задерживаю его, ухватившись за плечо.

– Давай лучше я, – предлагаю, сама не зная, зачем. Идиотка. И снимаю туфли, чтобы не стучать каблуками по мраморным полам. – А ты лучше вызови мне машину.

Бог, слышишь? Если ты добавишь мне мозгов, то я навсегда завяжу с текилой. Обещаю. Но надо вот прямо сейчас, ладно? У тебя есть что-то типа vip-списка для срочных дел? Я ведь предлагаю тебе высокую плату за малюсенькую услугу. Всего лишь одну извилину. Или не такой развязный язык. Вопрос жизни и смерти. Пока я не натворила ужасных дел.

Но либо у Бога нет vip-списка, либо я не самый важный его клиент, поэтому мои ноги несут меня к Дарио раньше, чем успевает возразить Тео.

– Давай только без лишних слов, моряк, – шепчу я, обнимая его за талию. – Завтра выскажешь, как сильно меня ненавидишь, а сейчас, пожалуйста, закинь руку на мои плечи и позволь тебе помочь, пока ты не поднял на уши весь дом.

Он бросает на меня безразличный взгляд, но, к моему удивлению, повинуется. И когда его крепкая рука обвивает мои плечи, вдоль позвоночника рассыпается колкая дрожь. Кожу обдает жаром. Я полыхаю от кончиков ушей до пяток, ощущая, как при каждом вдохе торс Дарио соприкасается с моим телом. Его аромат одурманивает. Я не чувствую запаха алкоголя. Лишь тонкую композицию из маслянистых, древесных и дымных нот.

Мне безумно нравится, как пахнет Дарио. Но еще больше мне нравится, как тепло его тела проникает под кожу и распространяется внутри меня.

В обнимку мы добираемся до его спальни. Я осторожно толкаю дверь и пропускаю Дарио внутрь, затем запираю дверь за своей спиной.

– Так… Давай… – Придерживая его за корпус, подвожу к кровати. – Ложись. Тебе нужно проспаться.

Дарио послушно плюхается спиной на матрас, раскинув руки в стороны.

– Ладно… – с облегчением выдыхаю я, смотря на эту картину. – И так сойдет. Моя миссия выполнена.

Я разворачиваюсь, чтобы скорее выскользнуть из комнаты и убраться уже наконец из этого злополучного дома, но меня останавливает шепот Дарио:

– Не уходи.

Хочется сглотнуть слюну, но в горле внезапно пересыхает. Ладони покрываются испариной, а сердце начинает отбивать в груди барабанную дробь.

– Пожалуйста. Не уходи, звездочка. Я чертовски облажался.

Мои босые ступни перекатываются с пяток на пальцы и не спеша крадутся в неправильную сторону – они несут меня не к выходу, а к кровати, где лежит запрещенный для меня субъект – Дарио-чудовищная-ошибка-Сантана.

Мозг понимает, что этот путь грешный, тернистый, неверный. Но сердцу уже плевать на любые предупреждающие знаки и сигнальные оповещения об опасности. Оно выбрало свою дорогу, и сейчас мне не хочется создавать ему препятствия. Не в эту ночь. Не в эту минуту.

Я подхожу ближе и усаживаюсь на край кровати. Пальцы Дарио тут же нащупывают мое бедро и мягко движутся вверх к талии.

– Пожалуйста, скажи, что ты не трахалась с ним.

Серьезно? Это все, что его волнует?

Отвернувшись к противоположной стене, я проглатываю накатившие слезы. Я злюсь и мне обидно, что Дарио до сих пор думает, что я способна на подобные вещи. Способна изменять, предавать, спать с несколькими мужчинами одновременно и лгать каждому из них. Мне противно от того, что после всего, что между нами было, он уверен, что я могу прыгнуть в койку к другому.