-Кто у тебя есть среди знакомых или родных, к кому можно тебя отвезти?-продолжал допрос Карим в своем мобильном офисе в отеле, где обычно брал номер, когда приезжал в Роджаву. Ночевать сегодня он здесь не собирался- нехорошее предчувствие… О его нахождении здесь могут знать. Им нужно уезжать как можно быстрее. Именно поэтому закрыть вопрос с девчонкой тоже стоит как можно быстрее. Его порыв спасти ее был решительным и без лишних раздумий. Просто нужно было увезти ее как можно быстрее подальше от этого ада, подальше от запаха сгоревшей плоти и горя…
-Я хочу уйти,- посмотрела на него умоляюще, словно бы очнувшись от своего ступора,- отпустите меня!
Он лишь вздохнул. Это уже третий раз, как он пытался начать тот же разговор. Девочка упорно не шла на контакт дальше определенного предела…
Вздохнул. Нельзя на нее давить еще больше. У девочки шок…
-Вот чистая одежда. Еда на столе. Переоденься, поешь и отдохни. Попозже поговорим…
Вышел за дверь номера, где ко мне тут же подлетел едва сдерживающий бьющие через край эмоции Халеда.
-Мда, брат… Похоже, мы влипли… Не стоило тебе забирать эту девчонку…-мрачно-зловеще произнес он.
Впрочем, Халед всегда был склонен к театральности.
-Я забрал бедного ребенка с места трагедии, это не обсуждается…-категорично ответил Карим,- в чем сложность ситуации, как ты говоришь?
-На прошлой неделе люди Абу Джакала приехали и вырезали всю семью Пешмерг. От старика до младенца. Девчонок перед этим изнасиловали. Бериван с Сибиль остались целы и невредимы только потому, что были на выезде. Абу Джакал был сегодня в машине с инсургентами. Это была месть, Карим…
Мужчина молча кивнул. Что-то подобное он и предполагал…
-Проблема в том, что Бериван в поиске возмездия влезла в епархию другого клана. Там сейчас полный раздрай. Формально они были в состоянии перемирия с боевиками. А теперь… Теперь всё переигралось…
-Как можно быть в мире с теми, кто едет на твою территорию со взрывчаткой?-спросил Карим.
Халед неодобрительно покачал головой. У него, очевидно, сейчас не было ответов на вопросы, да и что он мог сказать?
- Нам не стоит сейчас здесь задерживаться, Каримджи… Вчера вечером за голову Бериван была объявлена награда… Более того, ее объявили не террористы, а свои, курды… Не хватало еще, чтобы мы влезли в эти межклановые разборки…
Карим закурил. Да, теперь он курил. С тех самых пор, как погибла Юлианна, он начал курить. Пару затяжек до покраснения сигареты и густого клуба дыма. После некоторой паузы бросил решительно в пустоту.
-Поехали… Нужно поскорее выбираться отсюда, пока рикошетом не зацепило и нас…
-А девчонка?-с надеждой спросил Халед, понимая, что она может стать источником неприятностей. Ему не терпелось избавиться от нее,- можем оставить ее…
-А девчонка едет с нами… -перебил его Карим.- В Дамаск… Здесь ей, судя по всем признакам, угрожает смерть…
Интуиция и логика подсказывали ему, что Бериван Пешмерг не просто так остановила машину перед ними, разыграв ту сцену с сестрой. Курдиянка рассчитывала на то, что Карим сможет помочь. Он ее не знал. Но она-то не могла не слышать о «своем среди чужих», как курды называли Карима за спиной. Он был спасением для ее сестры. А когда среди вещей в рюкзаке девочки, который они обнаружили с Халедом при ней, оказалась записка с одним словом на арабском «саид ха» (араб.- помоги ей), сомнений в его догадках не было…
Через три часа они уже заезжали в дом Карима в Алеппо, первый оплот арабской власти после автономных курдских территорий.
Сибиль была все такой же нелюдимой и закрытой, всё больше молчала, смотря в одну точку, казалось, не проявляя совершенно никакого интереса к их передвижениям.
Попросил с порога горничную проводить ее в отдельную комнату, накормить и дать возможность искупаться. Пусть отдыхает. Здесь безопасно… А сам ушел в свою берлогу- обмозговывать произошедшее и сделать выводы…
В районе часов двух ночи послышался стук в дверь. Сначала подумал, что показалось. Нет, стук повторился.
Карим удивленно встал с кровати, отложив ноут-бук. Протер покрасневшие глаза. В комнате стоял спертый от постоянного курения воздух. В России бы сказали- можно топор вешать… Надо бы проветрить, конечно… Заснуть в такой среде точно не получится. Да при чем здесь среда, когда вообще у него получалось нормально заснуть? Кто бы это мог быть в такой час?
Когда распахнул дверь и увидел на пороге Сибиль, удивился.
-Можно?-все так же отстраненно-смело произнесла она и прошла внутрь, как только он дал ей возможность это сделать.
-Что такое? Ты в чем-то нуждаешься?-спросил он, и тут же удивленно уставился на девушку, которая начала зачем-то расстегивать свою пижаму-сорочку.
-Что ты делаешь?-спросил он непонимающе.
-Когда чужаки захватывают наших девушек, они насилуют их… Продают, выставляют на торги, дарят… Не знаю, делают ли так со всеми девушками, или только с курдиянками, потому что мстят за то, что мы сильные…что на поле боя, когда у нас оружие в руках, мы на равных… Но так или иначе, это происходит… Всегда происходит. Ценна не девушка, как я понимаю. Ценно то, что может дать ее тело. Карим Увейдат, ты ведь чужак и ты меня спасаешь. Значит, я должна тебя отблагодарить. –снова этот взгляд пробирающий и твердый, совершенно он не вязался с тем, что она делала, пусть ее руки и подрагивали выдавая волнение,- даю тебе то, что по праву теперь твое… Лучше уж так, чем насильно…
-Хватит!-строго произнес Карим,- прекрати!
Добавил еще более громким тоном, потому что она никак не хотела останавливаться.
-Ты что вообще творишь?! Ты ребенок, Сибиль! Как вообще у тебя могли возникнуть такие мысли?!
Она немного опешила, но не остановилась.
-Мне больше нечего тебе предложить за защиту, Карим Увейдат. Это все, что у меня есть… Самая бессмысленная ценность в жизни,- печально усмехнулась. И он снова поймал себя на мысли, что она казалась старше своих лет. Не внешне. Именно по уму.
Он громко выдохнул и посмотрел на нее так, что она неминуемо заробела.
-Сейчас ты быстро оденешься и вернешься в свою комнату, Сибиль. И больше никогда не позволишь себе такую глупость, как ты совершила сейчас. Я был о тебе лучшего мнения… Неужели ты и правда решила, что я воспользуюсь тобой?!
Сибиль дернулась, как от удара ножа. Теперь в ее взгляде почему-то появилась боль. Быстро запахнулась, повернулась на каблуках и тут же направилась на выход, опустив голову чуть ли не до коленок.
-И запомни, честь женщины- это в равной степени самое дешевое и самое дорогое, что есть в ее жизни. И только тебе самой определять эту самую цену. Одни продают ее за бесценок, другие за миллионы, третьи вообще не продают. Поэтому так и бывает- кто-то дешевка, кто-то дорогая вещь, но все равно вещь, а кто-то бесценен. И дело не в красоте, уме или судьбе. Дело в тебе самой…
Спустя полчаса Карим Увейдат уже вылетел на вертолете к отцу. Разговор должен был быть крайне простым, даже лаконичном. В стиле «да или нет». Он никогда ничего обычно не просил у родителей, а здесь решил сделать исключение из правила… Всего один раз… Он уже все взвесил и оценил… Единственным вариантом сохранить жизнь девчонки и не заставлять ее пожизненно скитаться по миру с искаженным войной бэкграундом было предложить Васелю Увейдату ее удочерить… Сибиль Пешмерг должна была стать их новой сестрой…
Я закрыла потрепанную тетрадь и уставилась в пустоту. Все это время Сибиль сидела рядом, даже не шелохнувшись.
Она понимала- то, что читаю сейчас, это исповедь. Святая святых, куда бы Карим, возможно, сам никогда не посвятил ни одного человека…
- Насколько правильно читать дневники другого человека?- спросила она сухо, хотя посыл, который этим открытием отправила мне Сибиль, считывался красным шрифтом- между ними все слишком сложно, чтобы разом отпустить. Такая связь не проходит бесследно. Это та связь, к которой возвращаются снова и снова. Потому что это связь, благословленная смертью…
- Наверное, когда на повестке вопрос жизни и смерти…
- С чего ты взяла, что меня должно волновать ваше прошлое?- раздраженно ответила я, отложив дневник.
Сибиль кротко улыбнулась.
Опять обманчиво кротко…
- Ты рано откладываешь записи, Инна… Моя история не последняя, которую тебе стоит сегодня узнать… Только что ты прочитала историю победы любви над смертью. Называй как хочешь, додумывай или нет- но там была любовь. Если даже не Карима ко мне, так как минимум моя к Кариму, а еще любовь моей сестры, которая благословила этот союз, которая сама вверила меня Кариму…
Но ведь ты наверняка хочешь узнать и другую историю… Историю, почему Карим разучился любить…
Ее картинная пауза была уже неуместна. На меня не нужно было производить дополнительное впечатление…
- Помнишь, я спросила про женщину, которую он любил? На игре… Неужели тебе неинтересно узнать эту историю? Речь ведь о мужчине, с которым ты хочешь связать свою жизнь… О том, от кого будут твои дети, возможно…
Сибиль снова взяла в руки пожелтевший блокнот, обтянутый коричневой кожей.
Протянула молча мне, открыв на нужной странице. Глаза против воли снова побежали по строчкам.
Я не хотела читать. И понимала, что не нужно.
Ради благоразумия не нужно, но читала…
Женской любопытство- роковая вещь. Даже фатальная…