Разреши мне любить Ольга Рузанова

Разреши мне любить

Ольга Рузанова

Глава 1

Глава 1

Варя

— Спят? — шепотом спрашивает Арина.

— Да. Уложила.

Я принимаю от нее два одинаковых бумажных пакета с логотипом магазина детских товаров и, обняв плечи одной рукой, крепко целую в щеку.

— Блин… я так хотела посмотреть на них!.. В следующий раз приеду пораньше.

— Еще успеешь, Ариш, — улыбаюсь, отступая на шаг, — и посмотреть, и поиграть, и понять, как здорово, когда они спят.

— Шумные, да? — смеется тихо.

— Да. Не то слово.

Повесив куртку в шкаф, Арина поправляет волосы, глядя в зеркало, и идет за мной вглубь квартиры. Останавливаясь у каждой комнаты, восторженно ахает. Я на ее месте вела бы себя точно так же, но я не на ее месте, поэтому терпеливо жду, когда она все осмотрит.

— Это настоящий камин, Варь?

— Нет, имитация.

— Как настоящий, — проговаривает она и поднимает голову вверх, к висящим над ним двум парным картинам, — Боже, как красиво!

— Пара лебедей.

— Это очень модно сейчас. Мы с папой были в прошлом году на выставке в Праге. Такие картины стоят баснословных денег.

— Наверное…

Обойдя всю квартиру и заглянув даже в кабинет, которым пока никто не пользовался, Арина приводит меня, наконец, на кухню, где я накрыла для нас небольшой стол с закусками и вином для нее.

— Шикарно, — выносит заключение, усаживаясь на белый стул, — Все очень стильно.

Мы переехали сюда меньше трех недель назад, и еще не до конца обустроились. Нужно купить много чего из посуды и текстиля, а так же переделать кое-что для удобства детей, но я интуитивно не тороплюсь.

Сняв два бокала с держателя над барной стойкой, один наполняю белым вином, во второй наливаю лимонной воды.

— Ты не пьешь?

— И раньше не пила. Забыла?..

— Нет, но думала, вдруг, что-то изменилось.

Усмехнувшись подруге, я сажусь рядом и складываю руки на столе.

— Ничего не изменилось, Ариш.

Не считая того, что мне пришлось слишком быстро повзрослеть.

— Ты изменилась, — проговаривает осторожно, кружа глазами по моему лицу, — Стала другой.

— Какой?

Она пожимает плечами, словно не может объяснить, какой именно, и снова внимательно меня осматривает.

— Серьезной.

— Собранной, — подсказываю я.

— Да, именно…

— Ты тоже такой станешь, когда у тебя родится ребенок.

— Мне пока не грозит, — отмахивается она со смехом и берет кусочек сыра с тарелки, — Как ты справляешься, Варь?

— У нас приходящая няня.

— А ночами? Если они ночью не спят?

— Тогда я не сплю вместе с ними, — отвечаю, поглядывая на стоящую на кухонном острове радионяню.

Это единственный важный для меня гаджет последние почти два года. Муж говорит, мои зацикленность на детях и жажда контроля до добра не доведут.

— Станис помогает?

— Он все время на работе или в командировках. Но… — прерываюсь на то, чтобы вдохнуть воздуха, — он хороший отец.

Арина понимающе кивает, а я соскакиваю, чтобы достать из холодильника заказанные специально по этому случаю пирожные.

— Почему вы решили вернуться?.. Из-за твоей послеродовой депрессии?

— Климат Лондона не пошел мне на пользу, — улыбаюсь, уходя от ответа.

Вынимаю капкейки по одному и красиво расставляю на блюде.

— Серьезно?! — подкатывает глаза Арина, — Верится с трудом, но я все равно дико рада!

Подруга даже примерно не представляет, какие чувства меня одолевают сейчас. Это нечто похожее на потребность преступника снова побывать на месте преступления.

— Денежко тоже в городе. Знала?..

Покинувший мои легкие воздух встает в горле плотным пузырем. Я разворачиваюсь к ней лицом и вжимаюсь поясницей в каменную столешницу.

— Он разве не в Кисловодске?

— Нет, вернулся еще осенью. Аля сказала, ему в федерации бокса должность дали.

— И разве с Алей они не расстались?..

Арина, играя бровями, склоняет голову набок.

— Снова вместе.

Пытаясь справиться с головокружением, я прикрываю глаза и буквально вижу, в какие руины превратятся наши жизни, когда всплывет правда.

Мне становится жарко до ощущения липкой спины, а кисти и ступни, напротив, леденеют.

— Вот как?..

— Да, — подтверждает Арина, не замечая моего состояния, — Мы сейчас почти не общаемся, но я поняла это по фото с ее страницы. Может быть, в этот раз у них что-нибудь получится.

— Да. Скорее всего…

Пытаясь уменьшить давление в груди, глубоко вздыхаю и возвращаюсь к своему занятию. Ставлю пирожные на стол и включаю чайник.

Дальнейшая беседа и встреча в целом становятся мне в тягость. Подпитываемые страхом, который оказался значительно ближе, чем я рассчитывала, мои мысли раскручивают карусель.

Я не думала, что он в городе. Я не готова.

Мне стыдно от испытываемого мной чувства облегчения, когда около полуночи Аришка уходит. Даже не убрав на кухне, я на цыпочках пробираюсь в детскую. Усаживаюсь в широкое кресло между двумя кроватями, прижимаю ладонь к глазам и хватаю воздух ртом.

Подобные приступы удушья случаются о мной довольно часто, и я научилась прогнозировать и блокировать их. Переключение потока мыслей и глубокое, полностью контролируемое, дыхание. Это одна из практик, которой я научилась, посещая психотерапевта в Лондоне.

— Ма-а-а… — вдруг раздается тихий голосок Арсеньки.

— Тш-ш-ш… Молочка?

Оторвав кучерявую голову от подушки, он хлопает сонными глазками и сразу садится.

Зная, что он непременно разбудит брата, быстро поднимаюсь с кресла и беру его на руки. Обняв за шею и готовый вот-вот уснуть, сын пристраивается на моем плече.

Я несу его на кухню. Удерживая одной рукой и покачивая, наливаю в поильник и подогреваю молоко.

Арсений, в отличие от Ромки, все еще просыпается ночами для того, чтобы перекусить, но зато утром спит гораздо дольше брата. Я не знаю, чего мне хотелось бы больше — неспокойная ночь, но возможность поспать утром, или наоборот. Пока об этом приходится только мечтать и подстраиваться под них обоих.

Выпив половину, Арс зевает и снова укладывается на меня. Вернув его в кровать, я сижу в детской, пока сама почти не засыпаю.

Потом навожу порядок на кухне, принимаю душ и, поставив на тумбочку у кровати радионяню, ненадолго отключаюсь.

Мне снова снится этот сон. Я в каменном лабиринте безуспешно ищу выход. С каждым шагом проходы становятся все уже и ниже, пока мне не приходится опуститься на колени, чтобы ползти вперед.

Холодно, страшно и абсолютная уверенность в том, что я снова упрусь в тупик. Меня разбивает паралич — безмолвно крича, не могу даже пошевелиться.

Просыпаюсь внезапно от ворвавшегося в скованное ужасом сознание детского хныканья.

Глава 2

Глава 2

Варя

Гулять с моими сыновьями тот еще квест — событие масштабом в полдня. Особенно, если сейчас на календаре февраль с локализацией в России.

Для того, чтобы ни у кого не испортилось настроение, мы должны быть сытыми и выспавшимися, одновременно одетыми, выведенными на улицу и с удобствами усаженными в двухместную прогулочную коляску.

В одиночку справиться нереально, поэтому все препятствия преодолеваются с помощью нашей няни Марины.

Сегодня гуляем по тому же сценарию. Одетые в теплые пуховики и шапки, мальчишки с любопытством глазеют по сторонам.

Им в новинку суровый климат и белые сугробы. Снегопад в Лондоне они видели всего пару раз и, разумеется, его уже не помнят.

— Дог! — вскрикивает Ромка, заприметив бегущего на поводке перед своим хозяином французского бульдога.

— Собака, — поправляю мягко.