После празднования своего дня рождения несколько недель назад я сказал своим близким друзьям, что собираюсь участвовать в школьном футбольном турнире и приложу к этому много усилий. Хотя они сначала убеждали меня, что это вовсе не нужно, Эмре и Батухан потом заявили, что будут участвовать вместе со мной. Бахар, как обычно, возразила, что то, чем мы занимаемся – это детские амбиции, но никто из нас ее особо не слушал. Месть была холодным блюдом, а я еще даже не приступил к основному. После того, что пережила Бахар, то, что делал я, казалось недостаточным.

Батухан не знал, что пережила его сестра за последний год, а мне было известно все до мельчайших подробностей. Никто не мог так подло играть с эмоциями и мечтами семнадцатилетней девушки. Тем более если эта девушка – моя лучшая подруга, а с моими друзьями так обходиться нельзя. Но Огуз поступил настолько подло, что я загорелся желанием забрать все, что ему принадлежит.

Только потому, что он жестоко обидел Бахар, я сблизился с самой классной девчонкой в школе, на которой он был помешан много лет и даже прогуливал уроки, чтобы быть рядом с ней, но так и не добился взаимности, а между тем мы с ней переспали, несмотря на наш юный возраст. Когда моя мать и Бахар узнали об этом, они буквально выбили из меня всю дурь. Но поскольку мама уже была в курсе, что я с пятнадцати лет не девственник, то через некоторое время она успокоилась. В последнее время стало очевидно, что я слишком часто плохо себя веду.

Конечно, Бахар воспринимала все по-другому. В большинстве случаев она ругалась или не разговаривала со мной по несколько дней только потому, что я общался с Айбюке. А после той ночи она не разговаривала со мной почти месяц и отводила взгляд при каждой нашей встрече. На самом деле главной причиной всего этого была моя привязанность к ней. Бахар занимала особое место в моем сердце. Каждый раз, когда я смотрел на ее маленькие ореховые глаза или вьющиеся волосы, я видел крохи своего прошлого, которые должны были принадлежать мне. Она была похожа на мою мать. Мою собственную мать, которая отдала за меня свою жизнь…

В память о ней у меня осталась только одна фотография, и Бахар была словно близнецом девушки с этого фото. После того, что ей пришлось пережить в прошлом году, я не мог допустить, чтобы ее постигла та же участь, что и мою мать, которая умерла при родах.

Я продолжал бежать, не сбавляя темпа, и тут мои мысли прервала песня, игравшая в наушниках на репите. Не обращая на это внимания и не решаясь сменить повторяющийся трек, я продолжил бег. Мне нравилась эта песня и то, что я чувствовал, когда слушал ее.

Когда я свернул за угол улицы, где находился дом моего любимого соседа дяди Деврима, я увидел, что вокруг что-то изменилось: черный «Мерседес», который каждые выходные стоял в гараже, сегодня был припаркован на тротуаре. Однако дядя Деврим никогда не разрешал своему помощнику Седату оставлять машину на улице.

Почувствовав что-то странное, я замедлил шаг и вспомнил, что дядя Деврим и тетя Эсма в последнее время часто ездят туда-сюда. Когда звуки смеха из сада донеслись до моих ушей, я снял один из наушников и продолжил идти тяжелыми шагами в сторону черного «Мерседеса». Напевая припев песни, я подошел к калитке, ведущей в сад, и понял, что она открыта, а звуки смеха уже гораздо ближе. Подумав, что дядя Деврим, должно быть, привез гостей откуда-то издалека, я постарался взять себя в руки и, не обращая внимания на любопытство, хотел было продолжить бег с того места, на котором остановился. Но… Но в тот момент, когда я хотел уже пройти мимо автомобиля, что-то остановило меня. Что-то настолько прекрасное, чего я еще никогда не видел.

Когда припев песни, которую я слушал, зазвучал в моих ушах, я приблизился к «Мерседесу» и в ту же секунду увидел спящую в салоне девушку, прислонившуюся головой к окну. Она была такой невинной, такой ясной, что я не мог отвести глаз и не слышал звуков смеха, доносившихся из сада, сосредоточился только на ней, спящей с хмурым видом. Весь этот шум в ушах не имел большого значения. Меня могли поймать, но мне было все равно.

Она свернулась в своем бледно-голубом свитере, а ее руки были зажаты между ног, как будто ей было холодно. Ее нахмуренные брови образовывали V-образную линию на лбу, и мне захотелось узнать, отчего она так беспокойна во сне. Мне она была незнакома.

Я подошел совсем близко, и рука непроизвольно потянулась, чтобы коснуться ее щеки, как будто это было возможно. В те несколько секунд, пока моя рука двигалась по стеклу, я заметил по ее нахмуренным бровям, что ее сон становится все более беспокойным. С какого неба ты упала, спящий ангел? У меня было радостное предчувствие, что наши пути обязательно пересекутся.

Когда звуки смеха, доносившиеся из сада, стали приближаться ко мне, я отошел от окна. Мне нужно было как можно скорее уходить отсюда.

Когда я свернул за угол, капюшон слетел с головы, но мне было на это наплевать, и я продолжал наблюдать за происходящим из своего укрытия. В этот момент я вспомнил, что мама рассказывала о дяде Девриме несколько дней назад. Она упомянула, что в память о погибшей дочери Гюлькан они с женой удочерили двух девочек. Если не ошибаюсь, то спящая в машине девочка должна была быть одной из них.

Когда тетя Эсма вышла из сада с белокурой девушкой за руку, я на мгновение подумал, что их умершая дочь Гюлькан жива. Но нет, это была другая девочка с такими же светлыми волосами. Это, должно быть, была вторая приемная дочь. С теплой улыбкой на лице она подошла к черному «Мерседесу», села в машину и через несколько минут оказалась в поле моего зрения. Хмурый спящий ангел…

В этот момент в моей голове созрел коварный план, и мне захотелось попробовать то, чего я еще никогда не делал. Я хотел, чтобы меня заметили но, чтобы меня заметила именно эта спящая девушка. Я должен был как-то привлечь ее внимание.

– Пора действовать, Гюрсой, – пробормотал я и, расправив плечи, снова накинул на голову свой капюшон.

Дядя Деврим и тетя Эсма не обратили на меня внимания, так как разговаривали между собой, но глаза блондинки не отрывались от меня ни на минуту. Ой! Ложная тревога! Не тот человек!

Как я это понял? Когда на мгновение обернулся, не обращая внимания на свалившийся с головы капюшон, и оглянулся посмотреть, не смотрит ли спящая красавица на меня, блондинка по-прежнему смотрела в ту сторону, куда я шел, но интересующая меня девушка даже не обратила на меня внимания. Казалось, она только изучает окружающую ее обстановку. Она смотрела на улицу, оценивала тишину вокруг, но меня не замечала.

К тому времени, когда стоявшая рядом девушка подтолкнула ее и указала в мою сторону, я уже завернул за угол и снова спрятался, надеясь, что меня не заметят. Продолжая наблюдать за ними, увидел, что блондинка о чем-то радостно говорит, а другая девушка просто улыбается, от чего я вздрогнул. Это выражение лица было гораздо более впечатляющим, чем у блондинки, которая продолжала говорить с улыбкой на лице. Слегка пухлые щеки, казалось, придавали ей другой вид.

Когда незнакомые мне девочки, взяв под руки своих новых родителей, стали удаляться в сторону сада, я вышел из своего укрытия и проводил взглядом черный «Мерседес». Может быть, она меня и не заметила, но это не значит, что я ее больше не увижу.

Мы обязательно где-нибудь встретимся, спящий ангел, обязательно.

Глава 1

Глава 1

Иногда у вас возникает чувство, которое ранее было вам незнакомо. Вы не можете понять, что происходит, через что вы проходите. Вы как будто наблюдаете за своей жизнью со стороны. Не можете излить свое сердце, не можете сказать, что вы скрываете. Однако даже в этом состоянии хочется выплеснуть душу. Вы сталкиваетесь с потребностью обнять кого-то, чувствуете себя в огне, может быть, вам нужно, чтобы кто-то взял вас за руку, но в этот момент вы понимаете, что никого нет. Никого нет рядом с вами. Вы думаете, что вы совсем один, но потом понимаете, что застряли в своем мире. Пытаетесь заниматься другими делами, делаете усилие, чтобы выбросить эти мысли из головы. Так же пыталась это сделать иногда и я.

Тот, кого я увидела тогда в кинотеатре, чей силуэт я разглядывала. Я прекрасно знала, что это Демир. Была уверена в этом, потому что заметила его машину. Это была его машина. Это была «Импала». Или все это было лишь частью моего воображения, подпитываемого моей болезнью. Не знаю. В конце концов, Демир был не единственным обладателем «Импалы» в мире. Но… В глубине души я хотела, чтобы это был он. Для меня это было важно. Я хотела, чтобы он вернулся.

То, что случилось той ночью, произошло только потому, что я увидела Демира или мне показалось, что это он. В тот же вечер у меня действительно резко поднялась температура. Простуда показала другой свой аспект, и у меня сильно разболелось горло.