– Варенька, говорят, у вас там выставка интересная будет, а на ней работы нашего российского фотографа Беломиры Резцовой. Слышала о такой? – жизнерадостно тарахтела в трубку мама. – Тебе обязательно нужно сходить на неё! Посмотреть и познакомиться с фотографом. Обязательно, Варь! Соотечественница всё же. Наша родная. А мы должны поддерживать друг друга. Тем более в чужих странах.

Беломира Резцова? Это имя ничего не говорило мне. Я была далека от мира фотографии. Самое большее – щёлкала на телефон понравившиеся виды на память, да бесконечно Аниту.

– Говорят она очень талантливая и знаменитая. Обязательно сходи, Варь! Познакомься с ней, фотографии посмотри. Резцова её фамилия. Запомнишь?

Резцова! Я хлопнула себя ладонью по лбу. Ну конечно! Арсений Резцов, Арс! Лучший друг Влада. А Беломира? Может, жена его? Или сестра?

– Обязательно схожу, мам. – впервые за эти дни я радостно улыбнулась.

Глава 34

Глава 34

Оказалось, что реклама открывающейся международной выставки фотографов-анималистов пестрела на каждом шагу и лилась из каждого утюга, и только я, погружённая в собственные проблемы, ничего не видела вокруг.

Несмелая надежда трепетала в груди огоньком слабого костерка в ночи. Я боялась спугнуть её и одновременно разжечь до состояния всепоглощающего пламени. Влад приедет и спасёт нас? Вернёт Аниту? Как? Это возможно не нарушая законы Дании? Кто позволит ему забрать в Россию Аниту? На каком основании? По документам она вообще ему никто.

Господи, как пережить эти выходные и дождаться открытия выставки? Что мне делать эти дни?

Звонил Димка, приглашал пообедать вместе и потом погулять по городу. Сходить куда-нибудь, развеяться. Я отказалась. Боялась проболтаться. Чувствовала, что нельзя сейчас ни с кем говорить о том, что на душе. Да и видеть никого не хотела, не могла. Берегла внутри себя тонкое равновесие, не позволяющее сорваться в безумство всепоглощающей надежды, разбиваться от очередного разочарования было бы смертельно больно.

Но оставаться в съёмной квартире, в тёмных, чужих стенах было невыносимо, и я с утра сбежала во Внутренний город. Старые кварталы Индре Би – самое облюбованное туристами и местными жителями место. Жизнь в них кипела круглый год. Там среди толп праздно гуляющих и отдыхающих людей мне было легче.

Позавтракав в уютном кафе чашкой чая и сладкой булочкой с маслом, отправилась в Королевский сад. Не спеша бродила по аллеям и устав, расстелила на траве взятый из дома плед и села на открытой лужайке. Погода стояла замечательная. Подняла лицо, подставив под тёплые, солнечные лучи, и зажмурилась.

День, один денёк я проведу здесь, среди людей. Пообедаю на Стрёгет в каком-нибудь красивом кафе, погуляю по пешеходной улице среди туристов, витрин магазинчиков и ресторанов, а когда начнёт темнеть, поднимусь на Круглую башню. С её смотровой площадки открывается замечательный вид на город. Вечером в свете фонарей, он невероятно красив. А завтра... ну придумаю что-нибудь ещё. Может, наконец, съезжу в Лёккен и поброжу по его песчаному пляжу. Как-нибудь переживу и воскресенье.

Как бы ни хотелось нарушать то шаткое состояние покоя, что наконец посетило меня, игнорировать телефонный звонок не стала. Покопалась в рюкзаке в поисках гаджета и достав, с удивлением поняла, что это был видеозвонок. От Магнуса.

Разом слетело и спокойствие, и тихое предвкушение хорошего.

Секунду раздумывала, стоит ли отвечать, но видеозвонок – это было странное. Нажала значок принять, и моё сердце остановилось.

– Мамочка! – просияла счастливая мордашка Аниты на экране. – Магнус сказал, что ты на работе, но скоро освободишься и приедешь!

– Анита... – с трудом выдохнула имя дочери. – Солнышко...

– Мы готовим твой любимый суп с клёцками. Мамочка, приезжай скорее. – счастливо щебетала малышка.

На заднем плане мелькала фигура Магнуса. Они были дома! В нашей квартире! Что-то готовили, потому что на носике дочери была мука, а в волосах застрял листочек зелени.

– Давай, Барбара. – за спиной у Аниты появился Магнус, нагнулся, улыбаясь, заглянул в экран. – Суп почти готов. Возвращайся домой.

Глава 35

Глава 35

Никогда ещё дорога до дома не казалась мне такой бесконечной, а лестничные пролёты такими длинными. Сердце распухло до невероятных размеров и толкалось в груди огромным шаром.

Не с первого раза попала ключом в замочную скважину, но стоило переступить порог, как навстречу мне из комнаты выскочила счастливая Анита.

– Мамочка!

Я рухнула на колени и распахнула объятия. Дочка огненной кометой врезалась в мою грудь, обожгла, опалила до слёз.

– Мама, мама пришла, Магнус! – тонкие ручки обхватили мою шею, а я вжимала в себя хрупкое тельце и дышала рвано, поверхностно. Воздух не попадал в лёгкие, застревал где-то в районе горла, и я открывала рот, пытаясь вдохнуть поглубже.

– Я так скучала, мамочка, так скучала. – жалобно захныкала, уткнувшись носиком в шею, а у меня темнело в глазах. – Почему ты так долго не приезжала?

Я была на грани обморока. Меня раскачивало, вело. Я цеплялась за тёплое, тоненькое тельце, сжимала его, боясь хоть на секунду выпустить из рук.

– Всё хорошо, Анечка. – сипела севшим голосом. – Я вернулась. Я с тобой.

– Вот и мама дома, я же говорил. – появившийся в дверном проёме Магнус протянул Аните руку, зовя к себе. – Пойдём накрывать стол?

Я цеплялась за дочь, не в силах отпустить, но Анита юркой ящеркой вывернулась из объятий.

– Мама, у нас для тебя сюрприз!

Я подняла голову и сцепилась взглядами с Магнусом. Он смотрел на меня и улыбался довольно и снисходительно.

– Пойдём, Ани. – подмигнул дочери. – Мама сейчас встанет с пола, приведёт себя в порядок и присоединится к нам.

Дочка рванулась в сторону Магнуса, но на полпути остановилась, вернулась ко мне и погладила ладошкой мою щёку.

– Я так люблю тебя, мамочка. – чуть виновато улыбнулась и тут же радостно поскакала за Магнусом в гостиную.

Опираясь на стену, поднялась на ноги. Я не хотела ни на секунду отпускать дочь из вида. Меня ещё немного шатало, но я упрямо двигалась туда, откуда слышался весёлый щебет моего птенчика.

– Мы приготовили праздничный обед. – гордо обвёл рукой накрытый стол Магнус. – В честь твоего возвращения.

Анита нетерпеливо подпрыгивала и хлопала в ладоши.

– Спасибо. – я добралась до стула и рухнула на него.

Делать вид, что ничего особенного не происходит, было трудно. Это только для Аниты всё оставалось по-прежнему. Её мирок не покачнулся, не рухнул. Для неё мы оставались семьёй, домом, в который она вернулась на выходные. Магнус тоже внешне выглядел довольным и счастливым. Разливал суп по тарелкам, пододвигал ко мне корзинку с хлебом, улыбался Аните и увлечённо слушал её болтовню и рассказы о школе. Я давилась клёцками и изо всех сил пыталась не расплакаться.

День пролетел незаметно, как один миг. Я, вцепившись в дочь, не отпускала её ни на минуту. Играла с ней в комнате, осторожно и ненавязчиво расспрашивала о прошедших днях и с удивлением обнаружила, что дочь не в курсе, что нас разлучили. Для неё я была в командировке и не могла ни приехать, ни позвонить, но рядом был Магнус, который навещал её.

Магнус не мешал нам, не вмешивался в наше общение, за что я была ему благодарна. Изредка заглядывал в комнату, зовя то к столу пить чай с пирогом, то к ужину, который сам приготовил для нас.

Когда пришло время укладывать Аниту спать, она попросила почитать ей любимую сказку про русалочку. Где-то на половине сказки дочь уснула, сладко засопев, а я замерла, уставившись в темноту за окном. Мне было хорошо и одновременно очень больно. Вот она, моя малышка, спит, высунув из-под одеяла розовую пяточку. Каштановые волосы разметались по подушке, любимый заяц прижат к боку. Сладкая, родная, беззащитная. Моя девочка, хрупкая и нежная. Как мне спасти её от надвигающегося ужаса расставания?

Беззвучно приоткрылась дверь, и в полутёмную комнату заглянул Магнус. Молча кивнул, видя спящую Аниту, и поманил меня рукой на выход. Расстояние от кровати дочери до двери я шла, как русалочка босыми ногами по битому стеклу.

В полном молчании доковыляла до гостиной и села на диван, на который указал рукой Магнус. Чувствовала себя заложницей.

– Что происходит, Магнус?

– А что особенного происходит? – он протянул мне бокал с рубиновым вином. – Выходные. Я забрал Аниту домой.

– Как? – я качнула головой, отказываясь от предложенного алкоголя. Мне нечего праздновать.

– Я её официальный опекун. – пожал плечами, как само собой разумеющееся.

– Ты??? – я задохнулась от возмущения. – Я не верю. Не могли отдать ребёнка одинокому мужчине.

– Ну лучше я, чем семья каких-нибудь мигрантов с Ближнего Востока. Не считаешь? – Магнус вопросительно дёрнул бровями. – Я не чужой ей человек. Она любит меня, привыкла ко мне, считает своей семьёй.

– Как такое возможно? – в этот момент меня озарило понимание. – Ты специально это устроил! Написал на меня кляузу в полицию, в ювенальные службы. Ты решил отобрать у меня ребёнка. Зачем, Магнус? За что ты так со мной? С нами, с Анитой?

Магнус поморщился, отставил свой бокал с вином на столик и развернулся ко мне всем телом.

– Я люблю тебя, Барбара. И Аниту. – в его приглушённом голосе сквозило лёгкое раздражение, словно он раз за разом вынужден был объяснять простейшие вещи. – Мы семья, и я не намерен терять вас из-за одной глупой ошибки. Я виноват, знаю. Не стоило этого делать, мой поступок не красит меня. Но эта девица ничего не значит для меня. Барби, я сглупил, не сдержался, но это был единственный раз. Я никогда не изменял тебе.