Вопросы из серии «что если» – бесполезная трата времени. Ведь здесь и сейчас мы влюблены и вместе, поэтому должны пользоваться этим на полную. Последние дни лишь укрепили наши отношения. Когда я чувствовала себя плохо, Дэниел был рядом и делал все, что в его силах, чтобы мне помочь, а именно на этом и строятся отношения. В хорошие, как и в плохие времена нужно поддерживать друг друга.

Меня неожиданно накрывает волной счастья и благодарности. Я убираю руку Дэниела со своего живота под одеялом и кладу ее на простынь. Потом встаю и иду в свою комнату, чтобы взять ноутбук. Он все еще крепко спит, когда я сажусь рядом. Его вид вдохновляет, так что я начинаю печатать. Не могу остановиться, пока Дэниел не просыпается, целует меня в щеку и направляется в ванную.

Я дописываю пост, перечитываю его и сразу выкладываю. Обычно я это делаю в воскресенье вечером, так что это не похоже на меня, но в этот раз мне все равно. Меня переполняют эмоции. Когда я убираю в сторону ноутбук, в комнату заходит Дэниел с полотенцем вокруг бедер, и на его лице читается облегчение.

– Как ты себя чувствуешь?

– Гораздо лучше, – сразу же отвечаю я, – физически и эмоционально.

– Слава богу. Ты меня по-настоящему испугала.

– Мне очень жаль. Но ты обо мне заботился, и я очень тебе за это благодарна.

Поднимаясь, понимаю, что на мне только ночная рубашка и трусики. Я стою перед Дэниелом и смотрю ему в глаза, а он резко вздыхает. Его взгляд мягкий, открытый и уязвимый. Он открывает мне сердце, позволяет заглянуть в него, и я вижу там себя. Он меня любит, как и говорил, но здесь и сейчас я чувствую это всем телом.

– Я все ради тебя сделаю, – шепчет он в мои губы, с каждым вздохом оказываясь все ближе, и нежно гладит меня по голове. – Без тебя в моей жизни не было бы смысла. – Он целует меня в уголок губ, потом встречается со мной взглядом и удерживает его. – Ты все, Тэй. Всегда такой была.

Мне так хочется его сейчас поцеловать. Вот только я целых два дня провалялась с температурой и не чистила зубы. Так что улыбаюсь и иду в ванную, чтобы привести себя в порядок.

Немного позже я лежу в постели в его объятиях и рисую круги на его груди. Слушаю сердцебиение Дэна и ощущаю себя счастливой. Так и хочется обнять целый мир.

– Дам кекс за твои мысли, – шепчет он, и от его баритона у меня покалывает щеки.

– Я думаю о том, какой счастливой ты меня делаешь.

– Правда?

– Да, умник. В такие моменты мне хочется поговорить с мамой. Я хотела бы позвонить ей, рассказать, как у меня дела. Пригласить ее к нам, чтобы она сама увидела, как мы подходим друг другу.

– Она всегда с тобой, Тэй. Она тебя видит, нас видит, и я уверен, она тобой чертовски гордится.

– Правда?

– Да. Я ее помню. Она всегда пахла лавандой, как и ты. И я помню ее голос, потому что она часто пела. Пока стригла газон, пока готовила или красила забор.

– Она всегда пела «You are my sunshine», когда мне было грустно, особенно ближе к концу.

– Потому что болела?

– Нет, потому что я злилась на нее.

– Почему?

– Потому что она солгала. Мама долго скрывала от нас свою болезнь, позволила думать, что все в порядке, и она просто устала. И только когда стало уже слишком поздно, мы узнали, насколько у нее все плохо.

– Мне ужасно жаль, – шепчет он и нежно целует меня в макушку.

Я никому об этом не рассказывала, стыдясь, что будучи ее дочерью не заметила, как ей плохо. Это понимание определило меня и мою жизнь.

– Именно поэтому я ненавижу лжецов, и так бурно отреагировала, когда узнала об измене Робба. Для меня ложь хуже предательства.

Дэниел ахает, и мне кажется, что он задерживает дыхание прежде, чем выдохнуть. Потом он молчит, в чем нет ничего нового, но это молчание кажется другим. Не могу сказать почему, возможно я сама себе придумываю. Все-таки я болела.

* * *

Часом позже я сижу на диване в гостиной с ноутбуком на коленях и не могу оторваться от своего поста. Я дала ему название «Up all night» – «Всю ночь напролет», потому что это мой любимый альбом One Direction и потому что люблю Дэниела, и наши ночи много значат для меня. Это открытое письмо любви Дэну, и реакция на него меня потрясает. Многие подписчики комментируют, как они рады, что я нашла свое счастье. Рассказывают о своих любимых и делятся моим постом.

Естественно, встречается и несколько негативных комментариев, но на них я не обращаю особого внимания. Если ты решаешь показать что-то публике, нужно принимать последствия и переносить их. Дэниел ушел в спортзал, а я наслаждаюсь чашкой чая и отдыхом на диване. Вирус, который я подхватила, лишил меня сил. И все же медленно, но верно я выздоравливаю. Эддисон уехала в город с огромной сумкой, а Грейс еще на работе. Я приготовила нам поесть, чтобы позже мы начали музыкальный вечер, не тратя времени на готовку.

Я уже собралась выставить на стол закуски, когда дверь открывает запыхавшийся Дэниел и смотрит на меня.

– Привет. Ты рано вернулся, – приветствую его и собираюсь поцеловать. Однако он отстраняется, огибает меня и начинает нервно вышагивать туда-сюда.

– Что случилось?

– Тейлор. Пожалуйста, присядь.

– Зачем? Боже мой, ты дрожишь!

Во мне поднимается паника, ведь теперь я понимаю, что он не устал после тренировки, а нервничает.

– Пожалуйста, – умоляет он, заставляя меня недоумевать. По спине пробегает холодок, и что бы Дэниел ни хотел сказать, это явно нечто плохое.

– Ладно, – соглашаюсь я и сажусь, а у самой живот сводит.

Его беспокойство никуда не девается.

– Мне нужно сказать тебе кое-что важное, Тэй. Но сначала ты должна знать, что я люблю тебя больше всего и не могу без тебя жить.

– Ты меня пугаешь, – тихо отвечаю я, и от нервов сжимаю руки в кулаки.

– Я не гей.

– Это я знаю. Я знаю, что тебе нравятся и женщины. – Я облегченно выдыхаю, считая, что дело только в этом, но Дэн качает головой.

– Нет, Тэй. Я никогда не был гомосексуалистом. Я это придумал, чтобы ты к нам переехала.

Моя улыбка меркнет, когда я понимаю, о чем он говорит. Сердце болезненно колотится, и каждый удар словно отдается в коленях.

– Ты мне солгал? – шепчу я, мой голос дрожит, как и мы оба.

– Да, – отвечает Дэн ровным тоном.

Я понимаю, что он абсолютно серьезен, и прихожу в ярость.

– Ты лгал мне полгода?

– Я обманывал только по поводу своей ориентации.

В голове не укладывается. Не могу его видеть, так что смотрю на колени, на кулаки, которые хрустят, так сильно я их сжимаю.

– Пожалуйста, посмотри на меня, – умоляет Дэниел с болью в голосе, но не подходит ко мне. Поднимаю глаза, но не готова к тому, что во мне вызывает его взгляд.

– Ты мне намеренно солгал, Дэниел.

– Да, но только чтобы защитить.

– Что ты имеешь в виду? Это бессмыслица какая-то!

– Ты была на дне, Тэй. Осталась без крыши над головой и не желала переезжать к нам, потому что твоя гордость оказалась сильнее здравого смысла.

– Я не понимаю! Ты упрекаешь меня в том, что я не хотела переезжать к тебе?

Дэниел подходит и становится на колени передо мной, так что мы оказываемся на одном уровне.

– Нет, я пытаюсь тебе объяснить.

Но мне все равно, почему он так поступил. Я вижу лишь обман, который отравляет наши отношения. Перед глазами вспыхивают воспоминания. Они словно придавливают к дивану, и мне приходится встать.

– Я тут бегала полуголая перед тобой, думая, что женщины тебя не интересуют. Девчонки! Ты разговаривал с ними, прежде чем я вошла в квартиру. Ты убедил их обманывать меня.

– Милая. Пожалуйста, не надо.

– Не зови меня так! – Я встаю так резко, что он падает назад. – Я больше тебе не милая, Дэниел! Наши отношения построены на лжи. Не только на том, что ты меня обдурил, но и вмешал в это Эддисон с Грейс. Они все знали.

Глаза наполняются слезами, даже если мне хочется их сдержать любой ценой.

– Мне ужасно жаль.

– Мне все равно! Это все было гигантской ошибкой. – Когда думаю о предыдущих неделях, неожиданно чувствую себя использованной. – Ты продолжил бы меня обманывать, если бы я не рассказала тебе о матери, да?

Дэниел опускает голову и качает ею.

– Дело не только в этом, у меня уже давно плохое предчувствие, но я слишком боялся тебя потерять. Поэтому и не сказал ничего, но этот пост в блоге заставил меня решиться. Я понял, что должен рассказать правду, чтобы быть достойным твоей любви.

Теперь это признание в любви кажется мне глупым. Оказывается, все, что я считала правильным, построено на обмане.

– Твои родители тоже знали?

Я вспоминаю, как его мама сказала, что разочарована, что он дал всему этому зайти так далеко, и теперь ее слова обретают смысл. Ему не нужно отвечать, его широко распахнувшиеся глаза подтверждают мою догадку. Думаю, Дэн только сейчас понял масштабы содеянного. Я ничего не говорю, просто в ужасе смотрю на него. Он тянется ко мне, но я предупреждающе вскидываю руки. Если он сейчас меня коснется, я сломаюсь. Даже смотреть на него мне невероятно больно.

– Пожалуйста, не надо! Не подходи ко мне.

– Тэй, – шепчет он, и по его щеке катится слеза.

Дэниел был для меня воплощением всего положительного. В мире плохих парней и идиотов он был лучиком надежды, героем, но оказался таким же, как и все остальные. Тем, кто разбил мне сердце. Именно поэтому я не хотела сюда переезжать. Потому что боялась такого развития событий.

– Я не могу, Дэниел. Это слишком.