Софи резко поворачивает голову в мою сторону, от чего ее белокурые волосы на миг поднимаются в воздух, и устремляет на меня пронзительный взгляд.

— Я тебе нравлюсь? Хоть чуточку? — прищуривается она.

А малышка любит вопросы в лоб. Вот так, без прелюдий и на сухую. Я мысленно усмехаюсь. Хотя корректность тоже не мой товарищ. Я больше привык как она, в лоб и наотмашь. Но тут другой случай.

— Софи, ты очень привлекательная девушка. — Я невольно опускаю глаза на губы, которые несколько секунд назад были прижаты к моим. Пусть и здравомыслящий, но я все же мужчина. И когда на меня вешается молодое симпатичное тело, мне сложно по щелчку пальцев унять инстинкты. — Очень, — зачем-то подчеркиваю я, когда случайный взгляд падает на ее ноги. Короткое платье задралось, оголив бедро. И я искренне завидую сиденью своей тачки, потому что кожа у Софи бархатная и нежная. Любой мужик был бы счастлив заполучить такую крошку в постель. Я ерзаю на сиденье, осознав, что член в штанах вопреки здравому смыслу тоже не дремлет. — Но…

— А если бы я не была его дочерью? — перебивает она, сверкая голубыми глазищами и даже на мгновение не думая прекращать эту пытку взглядом.

— Но ты его дочь. Такова наша реальность. Другой, кажется, не дано, — в момент раздражаюсь я, не настроенный сегодняшним вечером вправлять мозги инфантильным малолеткам.

То, что Софи принадлежит именно к этой категории, сомнений не вызывает. Наблюдая за тем, как Глеб холит и лелеет единственно дочурку, я уже тогда, в ее детстве, мог сказать, что из этого выйдет.

Девочка родилась с золотой ложкой во рту. Очевидно, любая ее прихоть выполнялась мгновенно и безоговорочно. Не удивлюсь, если парни вокруг этой принцессы штабелями укладываются. А значит, и ко мне она питает неугасающий интерес лишь потому, что прекрасно осведомлена о запрете на подобные чувства.

— Софи, — устало вздыхаю я и растираю лицо руками, — тебе пора. Ладно?

Стараюсь придать голосу хоть грамм дружелюбия, но все равно получается грубо. Достаточно для того, чтобы дочка моего лучшего друга обиделась. Сверкнув глазами, она резко распахнула дверцу машины и от души ею хлопнула.

— Да твою ж мать... — устало протягиваю я, ударяя ладонями по рулю, и отправляюсь следом за ней. Софи не просто девочка с улицы. Она дочь Глеба Павлова. И даже я обязан войти в положение, когда эта девочка выходит рамки приличий из-за взращенной с детства вседозволенности. — Софи, подожди!

ГЛАВА 7

ГЛАВА 7

ДАНИС

Мне приходится окликнуть ее еще раз, прежде чем Софи останавливается у входа в парадную. Под моим строгим взглядом она обхватывает дрожащие плечи руками.

— Есть что сказать? — спрашивает она, не поднимая глаза. Тон не особо довольный, но я бы искренне удивился, услышав сейчас что-то другое.

— Нового? Ничего, — отвечаю ей в тон и киваю на дверь. — Я провожу тебя до квартиры.

Софи меня удивляет, когда безоговорочно соглашается.

— Третий этаж. Я всегда поднимаюсь по лестнице, — сообщает она дрогнувшим голоском, явно изо всех сил стараясь держаться достойно.

Минуя лифт, следую за ней по пятам.

В ушах звенит от цокота шпилек, с остервенением врезающихся в каменные ступени. И сколько бы усилий я ни прикладывал, взгляд сам собой липнет к упругим ягодицам, обтянутым тонкой тканью платья. Мелькающее перед глазами зрелище соблазняет, не позволяя больше ни на чем сосредоточиться. Чувствую себя как бык во время корриды.

Я не могу игнорировать факт, что Софи действительно повзрослела. Она поистине расцвела, превратившись в настоящую красотку, и отрицать это глупо. Остается лишь притворяться, что у меня иммунитет к ее чарам, чтобы не давать напрасных надежд.

Примерно такие мысли занимают голову, пока мы преодолеваем первый пролет. На втором разум затмевает ноющая тяжесть в брюках. Я без капли стеснения пялюсь на хрупкую спину, узкую талию и виляющие из стороны в сторону бедра. Любуюсь длинными стройными ногами и щиколотками, которые охватывает черный ремешок босоножек.

Сжимаю челюсть.

Мне даже нравится эта легкая взбудораженность от осознания, что эта девочка под запретом. Появляется малодушное желание обвинить во всем Софи и ее поведение в машине. Только вот я прекрасно помню, как чуть не подавился минералкой, увидев ее сегодня в особняке. Пожалуй, я не ожидал, что крошка Софи с возрастом превратится в кого-то настолько соблазнительного и привлекательного. Я пытаюсь воскресить в памяти времена, когда она была угловатым, немного неуклюжим подростком, но это не помогает.

На третьем пролете я готов задрать ее платье, до колена спустить кружевное белье, края которого так вызывающе проступают сквозь тонкую ткань, и без промедления войти в крошку Софи болезненно напряженным членом.

— Здесь, — не особо радостно сообщает она, останавливаясь возле двери. — Внутрь не приглашаю, все равно не зайдешь.

Я коротко киваю.

«Не приглашай. Потому что я не железный и могу согласиться. Как мы потом все это расхлебывать будем, ты, конечно же, не подумала».

— София…

Она поднимает на меня испуганные глаза.

— Не надо… — почти шепчет. — Мне нравилось, как ты меня называешь. Просто Софи.

Что ж, очень трогательно.

— Не стоит думать обо мне плохо. — Я ловлю ее взгляд, удерживаю его. — То, что я сказал по поводу твоей привлекательности, абсолютная правда. Однако мы не в том положении, чтобы иметь связь без последствий.

— Ты прав, — наконец соглашается Софи. — Давай просто сделаем вид, что этого не было? Я сегодня перебрала и в общем-то…

Она неловко поправляет прядку волос, заправляя за ушко.

— Я по-прежнему очень хорошо к тебе отношусь, — заверяю я с искренней улыбкой.

Софи с большой натяжкой изображает ответную улыбку и, бросив напоследок грустный взгляд, скрывается за дверью квартиры.

Спустившись к машине, я достаю сигарету и подкуриваю. Крепко затягиваюсь и выпускаю в воздух облако сизого дыма.

Дурная привычка. Давно хотел бросить. Уже пару дней не притрагивался, но сегодня без этого не обойтись.

ГЛАВА 8

ГЛАВА 8

СОФИ

Я бессмысленно таращусь в зазор между шторами. Сквозь него пробиваются утренние лучи. Будто в насмешку над пасмурным настроением, новый день встречает отличной погодой.

На языке чувствуется привкус крови. За полчаса, что я валяюсь в кровати, искусала все губы.

Все, хватит. Это тупо. Бессмысленно. К чему сейчас эти мысли?

Но внутри все зудит, не давая покоя. Не знаю, можно ли назвать это полноценным чувством вины. Несомненно, мне стыдно. Это первое, что я испытала, открыв сегодня глаза.

А потом задалась вопросом: было бы мне так же стыдно, если бы Данис меня не отверг. И если отмотать время назад, я бы решилась второй раз провернуть подобное? Скорее всего, да. Я бы решилась. Снова. Снова. И снова…

Только вот мне вчера ясно дали понять: прости, крошка Софи, ты очень привлекательная, но мы с тобой в роли Ромео и Джульетты не тянем даже на троечку.

Уверена, что Дан не боится отца. Но он его уважает. И совершенно точно ни за что не предаст. На что я надеялась?

По квартире брожу словно призрак. Сейчас у меня выходные, а потом пора приступать к летней практике. Это будет непросто, но я готова пройти через трудности. Сейчас они мне только на пользу. Помогут отвлечься от навязчивых мыслей.

Пропускаю овсяные зерна в блендере, заливаю их йогуртом и добавляю порезанную на дольки клубнику. Получилось неплохо, но ложкой я орудую без особого энтузиазма.

Дан. Дан. Дан.

Данис Асадов.

Зачем ты приехал вообще? Я ведь спокойно жила до этой встречи, и мысли о тебе не гуляли сквозняком в голове. Я привыкла к чувствам, которые таились в глубине души. Привыкла иметь маленький грязный секрет идеальной дочки. Зачем понадобилось раздувать едва тлеющие искры?

В конце концов у меня есть Андрей, и по-хорошему мне следовало бы испытывать по отношению к нему чувство вины. Только вот его нет почему-то. Может, потому что Дан жил в моей голове задолго до появления Андрея, и будет жить там и после?

После Андрея.

Я невольно усмехаюсь собственным мыслям. Откуда взялась уверенность, что мы с ним расстанемся? Как бы не так. За такое папа мне оторвет голову. Они с отцом Андрея деловые партнеры, и перед тем, как мы начали встречаться, папа просил меня хорошенько взвесить все «за» и «против».

Телефон в спальне звонит, но мне не хочется ни с кем говорить. Единственное желание сейчас — продолжить самокопание и в сотый раз прокрутить в голове те минуты, когда мы с Данисом находились наедине. Разобрать каждую эмоцию, положив на соответствующие полки в сознании.

Мобильник замолкает и тут же мелодия вызова начинает играть с новой силой.

— Соня, ну ты и соня! — усмехается в трубку брат, когда я ее поднимаю. — Давай, собирайся, у тебя две минуты.

Я хмуро смотрю на часы. Стрелки показывают уже за полдень.

— Куда собираться?

За приоткрытым окном раздается громкий сигнал авто. Я выглядываю и не могу не улыбнуться.

Пашка с надувным кругом на шее и без футболки танцует и машет руками внутри беленького «Хаммера» без верха. За рулем Андрей. Тоже машет рукой. А Марта, сидящая сзади, что-то выкрикивает.

— Иду! — хихикаю я, отбрасывая мобильник.

Мы уже сто лет вот так вместе не собирались, хотя раньше проводили у моря каждые летние выходные. Сюрприз удался, ведь я действительно думала, что празднование моего дня рождения ограничится скучным приемом родителей. К счастью, мои друзья думали иначе.