Жестокие комментарии Дары озадачили Мэгги, но она лишь пожала плечами и рассмеялась, решив не обращать на них внимания. Правда, она их надолго запомнила. Если бы Мэгги тогда надумала ответить Даре, то могла бы сказать, что глаза у той посажены слишком близко, а подбородка и вовсе почти не видно. Вот только она ни за что в жизни не стала бы говорить кому-то о подобных вещах: это было бы подло и непорядочно. Собственно, Дара и была подлой и непорядочной.

– Мэгги О’Бэннон! – взвизгнула Дара и, протопав к музыкальному центру, с преувеличенным разочарованием нажала на паузу. – Ты сбиваешь всю команду. Тут тройной пируэт, а не двойной. Если не можешь поспеть за остальными, дверь вон там. – Дара скрестила руки под искусственной грудью и нетерпеливо топнула ногой с накрашенными ногтями.

Мэгги шагнула вперед, выполнила безупречный тройной пируэт, за ним колесо и села на шпагат. После этого она легко поднялась и ласково улыбнулась:

– Я могу поспеть за остальными, Дара.

Несколько девушек из команды одобрительно захлопали, но Дара только закатила глаза.

– Как знаешь, Телега. Ведь так тебя называют твои друзья? Главное, не подведи нас сегодня вечером. – И Дара с презрительным выражением на лице отвернулась от Мэгги, хлопнула в ладоши и повысила голос, чтобы ее услышали все в зале: – Слушайте внимательно! Сегодня вечером мы выступаем в перерыве баскетбольного матча. Всем нужно быть здесь в шесть тридцать, без опозданий. Надеваем черные костюмы с блестками, волосы собираем в пучок. Никаких очков, Мэгги. И не забудьте про грим! Надеюсь, все помнят, что это такое! Ах да, Мэгги, если тебе что-то понадобится, Джоди, надеюсь, сможет тебе помочь. – Последние слова Дара произнесла сладким голоском, и ее подружки угодливо захихикали. – И не забудьте, после игры у нас танцы. Одежда – полуформальная! Мы танцевальная команда, дамы, а не женская сборная по баскетболу, – с презрением прибавила Дара.

Те же подружки снова хихикнули, а Мэгги подумала, что знает пару девушек из баскетбольной команды, которые выглядят во много раз лучше Дары. И к тому же могут надрать ей задницу, если только захотят. Но Мэгги молчала, а Дара продолжала:

– А значит, мы выглядим и одеваемся как настоящие девушки. Запомните это и будьте на уровне. – Она снова бросила злобный взгляд на Мэгги. Та не улыбнулась в ответ.

Мэгги любила танцевать, но к школьным праздникам никакого интереса не питала. Особенно к танцевальным вечерам. На сегодняшний вечер ей идти не с кем и не в чем. Конечно, она могла бы уговорить Шада, хотя он по-прежнему обижался и дулся. Но уж лучше прийти одной, чем притащить на танцы четырнадцатилетнего парня, которому на вид не больше двенадцати.

Дара словно прочла мысли Мэгги:

– У кого на сегодня есть спутник?

Почти все девушки подняли руки, и по залу сразу пополз возбужденный, радостный шепот. Мэгги лишь тяжело вздохнула и принялась собираться. На танцы она не придет. Остается надеяться, что этого никто не заметит. У членов танцевальной команды имелись определенные обязанности, но Мэгги решила, что девушки справятся без нее. К несчастью, у Дары были другие планы.

– Мэгги, я вижу, ты не подняла руку. Тебя никто не пригласил? Ах, как жаль. – Сочувствие Дары было таким же натуральным, как и ее грудь. – Значит, сможешь взять на себя билеты. Вечер начинается в девять, но тебе нужно прийти заранее! Мы ведь не хотим, чтобы кто-то прошел бесплатно. Помните, все собранные сегодня деньги пойдут на региональные соревнования!

Девушки потянулись из зала. Джоди Эванс села рядом с Мэгги и дружески потрепала ее по коленке:

– Я и правда могу сделать тебе макияж, Мэгги. Встретимся здесь перед матчем. А если Дара снова станет придираться, скажешь, что макияж делала я. Это заткнет ей рот, – заговорщицки зашептала Джоди. – Она просто завидует таким девушкам, как ты. Тем, кому не нужно краситься, чтобы прекрасно выглядеть. В придачу ко всему, ты танцуешь лучше, чем она, и все в команде это прекрасно видят.

Мэгги благодарно ей улыбнулась. Джоди принадлежала к редкой породе девушек, которые умудряются быть одновременно и красивыми, и популярными, и приятными в общении. Джоди дружила со всеми и проявляла доброту без всяких причин. Она была такой от природы и с самого начала относилась к Мэгги по-дружески. С тех пор как Мэгги попала в команду, Джоди все время давала ей советы и чем-то делилась. Мэгги была рада, что Джоди поможет ей с макияжем, особенно если это заставит замолчать вездесущую Дару. Танцы – это одно, а макияж и умение его наложить – совсем другое. В последнем Мэгги мало что смыслила.

– Я не стану красить тебя слишком ярко. Постараюсь, чтобы макияж сгодился и для вечерних танцев. Если ты отвечаешь за билеты, времени вернуться домой и переодеться у тебя не будет.

У Мэгги скрутило живот. Проблема с макияжем решилась, но где, черт подери, ей достать платье?

* * *

Мэгги не могла позволить себе пропустить ни единого рабочего вечера, даже если ей срочно нужно было решить вопрос с платьем. Приступив к уборке школы, она принялась перебирать в уме свой скудный гардероб. У нее имелось две юбки, которые она по очереди надевала в церковь по воскресеньям, но они выглядели слишком буднично. Платьев у Мэгги вообще не было.

Гас знал, что в этот вечер она выступает на баскетбольном матче, и отпустил ее в половине пятого. Пока она работала, никто не включил ей музыку, которая могла бы ее отвлечь или заставила бы улыбнуться. Мэгги не понимала, почему Джонни так и не появляется. Внутри у нее все обрывалось при мысли о том, что он, возможно, исчез навсегда. У нее и без того было слишком мало друзей.

Шад, с темными синяками под глазами, молчал и не пытался заговорить с Мэгги. Арест матери выбил его из колеи. Мэгги не хотела лезть не в свое дело, но искренне переживала за друга. Гас выглядел не лучше. Мэгги подумала, что было бы замечательно, если бы Малия Джаспер попросту уехала далеко-далеко и никогда больше не возвращалась. Но, может, Шад с Гасом ее мнения не разделяют? Мэгги понимала, что такой человек, как Гас Джаспер, любит свою дочь, несмотря ни на что. И Шад тоже любит мать. Иначе ему не было бы так больно из-за оскорблений и гадких намеков, которыми его осыпали в школе. Да, семейные дела – сложная штука. В них слишком уж часто сплетается хорошее, плохое и отвратительное. Мэгги видела, что Шад страдает от семейных передряг так сильно и так жестоко, как только может страдать мальчишка в четырнадцать лет.

Мэгги примчалась домой на велосипеде и ровно в пять вечера захлопнула за собой входную дверь. На бегу поздоровавшись с тетей Айрин, она ринулась наверх, в свою комнату, в ожидании чуда. Но в шкафу обнаружились лишь хлопья пыли да старые, давно знакомые и сильно заношенные вещи. Ну и где, скажите на милость, ее фея-крестная? Почувствовав, как в горле набухает ком размером с планету Марс, Мэгги рухнула на свою узкую кровать. Нужно выровнять дыхание и отогнать слезы.

– Оттого, что ты будешь плакать, Мэгс, платье у тебя не появится, – сказала она себе и принялась яростно тереть саднившие глаза.

Но тоска, которую она испытывала сейчас, была куда сильнее и больше, чем огорчение из-за платья. Она почувствовала, как щель в груди все растет, и плотина вот-вот прорвется и выпустит наружу поток горя и страха, который она всю неделю пыталась сдержать. Мэгги уткнулась лицом в подушку и принялась отбиваться от тоски. Она не станет плакать из-за какого-то дурацкого вечера или из-за дурацкой Дары. Наденет что есть, и все тут.

– Маргарет, – послышался из-за двери мягкий голос тетушки Айрин, и Мэгги тут же села и пригладила волосы, сама не понимая, почему ее обрадовало это неожиданное вмешательство.

– Минутку, тетя! – крикнула Мэгги, надеясь, что ее не выдаст дрожащий голос. Если Айрин узнает, почему Мэгги плачет, она расстроится, а Мэгги ни за что не станет расстраивать тетю Айрин. Меньше всего на свете Мэгги хотелось, чтобы Айрин пожалела, что забрала ее к себе.

Тетя Айрин чуть приоткрыла дверь и заглянула в комнату. На ее добром лице читалась тревога.

– У тебя все в порядке, дорогая?

– Конечно, все хорошо! – бодро ответила Мэгги, кивая и улыбаясь. – Я просто немного устала. День был долгий, вечером матч, а после него наша команда устраивает вечеринку с танцами, и я буду продавать там билеты, так что отдыха мне сегодня не видать… – Протараторив все это на одном дыхании, Мэгги замолчала, улыбнулась, кивнула. – Ну вот… как-то так, – смущенно закончила она.

– Гас позвонил мне и сказал, что ты выглядела расстроенной. С учебой у тебя все нормально? Гас сказал, что в школе всюду висят афиши сегодняшнего вечера. Ты расстроилась, потому что тебя никто не пригласил? – Тетя Айрин села на кровать рядом с Мэгги и взяла ее за руку. – Наверное, все дело в том, что ты новенькая, дорогая. И такая красавица. Иногда красивых девушек не приглашают, потому что думают, что у них уже есть кавалер. А иногда молодые люди их просто боятся. – Теперь тараторила уже сама Айрин.

– Не думаю, что дело в моей красоте, тетя, – с горькой иронией ответила Мэгги. – Большинство учеников в нашей школе вообще не обращают на меня никакого внимания, а если и обращают, то уж точно не потому, что я кажусь им красивой. – Мэгги вспомнила о происшествии в коридоре. С тех пор прошло уже несколько недель. Да, задир-футболистов ее красота не остановила. Скорее их остановил ее рюкзак, но уж точно не внешность. Воспоминание только сильнее расстроило Мэгги, напомнило о зияющей пустоте, что осталась у нее в сердце после исчезновения Джонни. Она постаралась отогнать мысли о нем и слабо улыбнулась тетушке Айрин.