Ой!
Тру подбородок. Мне немного стыдно, что ему пришлось разгребать за мной беспорядок. Но это многое объясняет – почему парни ничего не сказали. Они прислушиваются к Леджеру и его опыту.
– Спасибо, – говорю я.
– Не за что, – говорит он и откашливается. – Я это сделал, потому что ты казался счастливым. До.
Леджер нечасто дает советы по отношениям.
– Да? – с улыбкой спрашиваю я.
– Слушай, меня этим не проведешь. Твоими улыбочками, – говорит он, замечая мой блеф. – Если ты счастлив с ней, верни ее, и к черту неудачу. Мы знаем, что у вас все было по-настоящему.
Он разворачивается и идет обратно в раздевалку, оставляя меня переваривать полученный совет.
Как будто не об этом я мечтаю больше всего на свете! Как будто не этого избегаю с тех самых пор, как дал ей уйти в воскресенье…
* * *
Ночью я один в номере, лежу в постели и гляжу в потолок, пока слова «верни ее» бьются у меня в голове.
Хорошая идея, но, кажется, невыполнимая. Леджер не знает, что это касалось не только нас двоих. Что был замешан некто третий – и нам обоим хочется быть с этой девушкой. Мы оба хотим делить ее. Но Райкер со мной даже не разговаривает. Я ни слова от него не слышал. Вернуть нашу девушку будет сложнее, чем выполнить хет-трик.
Я должен сосредоточиться на игре, даже если сердцем нахожусь на другом краю страны.
* * *
Поездка продолжается, но я все так же скучаю по Трине. Не помогают даже наши победы. С каждым днем, даже с каждым часом мне не хватает ее все больше. Под конец, когда я сажусь в самолет до Сан-Франциско, на сердце камень. Я весь напряжен, и в голове полный беспорядок. Я больше не могу отделить мысли о ней от всех других.
Не могу сосредоточиться ни на чем, кроме нее – кроме мысли о том, что скоро буду с ней в одном городе.
Буду близко к ее магазину. К ней. Все мысли – о ней. Все о ней… Она оставила зияющую дыру в моем сердце.
Я не могу избавится от этого чувства. Не могу с ним разобраться. Не могу приклеить на лицо улыбку.
Я хочу ее, как бы сильно ни пытался быть прежним собой.
Может быть, мы с тем парнем теперь – разные люди.
Глава 39. Все сложно
Глава 39. Все сложно
Когда заканчивается моя субботняя игра, я встречаюсь с Айви в ресторане в Хайес-Вэлли. Место выбирала она. Здесь подают средиземноморские блюда, и мне бы хотелось знать об этом заранее, потому что я вспоминаю Трину. С другой стороны, когда я теперь о ней не вспоминаю?
Это просто часть моей жизни.
Мы с Айви болтаем о ее работе и о бабушке, наслаждаясь хумусом, но через несколько минут она решительно ставит на стол свой бокал с мохито.
– Хватит трепаться. Что у вас с Триной и Чейзом?
– Кто-то не ходит вокруг да около, – присвистываю я под впечатлением от ее прямоты.
Она даже бровью не поводит.
– Рассказывай. Знаешь, так поступают, когда что-то беспокоит.
Но с чего мне начать? Ситуация кажется мне безвыходной, опустошающей. Провожу рукой по бороде, обдумывая пути отступления, хотя и знаю, что это бесполезно. Но, возможно, я больше не хочу отступать. Может, я готов…
– В общем, после свадьбы мы грандиозно разругались, – начинаю я и рассказываю ей, что произошло.
Что сказал я. Что сказал Чейз. Как сначала ушла она, а потом и я. И что с тех пор мы с Чейзом не разговаривали, а еще я не могу перестать думать о Трине.
– Во-первых, ты на него злишься. Я тебя понимаю, – отвечает сестра. Потом наклоняет голову и внимательно смотрит на меня глубокими синими глазами. – Кажется, ты по ней очень скучаешь.
Часть меня хочет от этого откреститься, хотя я и понимаю, что это бессмысленно. Айви слишком хорошо меня знает и видит насквозь. Так что я просто киваю.
– Мне не хватает ее, как воздуха, – наконец признаюсь я и делаю глоток пива, как будто это придаст мне храбрости. – Но все сложно.
Она смеется и качает головой:
– Райкер, естественно, это сложно! Поэтому тебе надо поговорить с Чейзом, а потом научиться снова дышать.
Я на секунду закрываю глаза и вспоминаю Трину. Вспоминаю, как с ней чувствовал, что меня понимают. Принимают. Чувствовал, что мне доверяют, и доверял в ответ. Ей, себе, и, будем честны, своему лучшему другу.
Такое странное чувство – мечтать обо всем этом! Чтобы она была со мной, но и с моим другом тоже. Чтобы дарить ей любовь, которой она достойна…
Захочет ли она этого? Захочет ли снова видеться с нами? Понятия не имею! Но пришло время исправить ошибки.
Я больше не могу его избегать. Да мне и не хочется.
Глава 40. Что, если так бывает?
Глава 40. Что, если так бывает?
Дверь моей студии широко распахивается, впуская нас с Обри. Вечер субботы. В квартире пахнет краской и свежестью, и у меня, наконец, есть собственное пространство. Оно начинает становиться похожим на дом, особенно когда Начо бежит ко мне, чтобы поздороваться. Поднимаю милашку на руки и приветственно целую.
– Я по тебе тоже соскучилась! Но мы были на фермерском рынке всего полчаса, – говорю я.
В пересчете на собачье время это целая вечность, поэтому он целует меня еще минуту, а потом устраивается на лежанке и довольно пыхтит.
Я направляюсь к кухонной столешнице, где Обри ставит купленные нами маргаритки в вазу. Она делает шаг назад и окидывает комнату взглядом.
– Вот так, – говорю я, потому что мы наконец справились. Обри помогала мне сделать эту студию домом. Моим собственным домом – и одной маленькой собачки. Только для нас двоих. – Выглядит прекрасно! Все благодаря цветам.
Подруга довольно озирается, но потом смотрит на меня зорким взглядом лучшей подруги.
– Все и правда замечательно! Но раз теперь мы наедине, рассказывай. Как ты себя чувствуешь?
Мое сердце отзывается болью.
– Грустно, – признаюсь я, а потом живо заталкиваю эту мысль куда подальше и заставляю себя звучать более жизнерадостно: – Но знаешь что? Все будет хорошо. Со временем все будет хорошо.
– Не надо притворяться сильной со мной, – говорит Обри и направляется к дивану, который уже был в квартире. Да здравствуют меблированные студии!
– Уже почти неделя прошла. Все нормально. Я в полном порядке, – говорю я. Остаюсь сильной и не вешаю нос.
– Ты уверена? – спрашивает она, не давая мне спуску.
Обри похлопывает по дивану. Я сажусь рядом и приваливаюсь к ней, благодарная за то, что подруга заставляет меня во всем признаться.
– Я все еще по ним скучаю. Всю неделю скучала. Просто до боли. Но что я могу поделать?
Сажусь прямо, выдыхаю. Пытаюсь отпустить их – в который раз за последние семь дней. И снова безуспешно. В моем сердце – зияющая рана в форме Чейза и Райкера, и не похоже, что она скоро затянется.
– Ну, – говорит Обри, встречаясь со мной взглядом, – ты могла бы с ними поговорить.
Содрогаюсь.
– Поговорить? Б-р-р. Это еще что такое? Наверняка что-то страшное!
Она смеется в ответ, но вскоре снова делается серьезной.
– Но ты и правда могла бы, Трина, – уговаривает она.
– Я уже. Ведь я им буквально призналась, – говорю я. Подруга это знает: она слышала мою историю от и до, когда мы топили мое горе в дешевом вине, заедая его начос – одним из моих любимых блюд. – Чейз ничего не ответил, Райкер тупо сказал, что хорошо провел время.
– Знаю. Но мне кажется, что тогда столько всего происходило… Чейз был немного не в себе. По-моему, он правда хотел, как лучше. А Райкер в тебя по уши влюблен, поэтому и рассердился.
Мне бы ее оптимизм! Серьезно.
– Это не значит, что он хочет быть со мной. И это нормально. Сама подумай: как много людей находят любовь всей своей жизни всего через несколько недель после того, как их урод-бывший им изменяет? Так не бывает!
А вот что бывает: вожделение, тоска, желание. И следом за ними – понимание, что нужно двигаться дальше. Мне придется с этим смириться, хотя душа ноет и рвется к двум мужчинам, которых я вовсе не ожидала полюбить.
– А что, если бывает? – с надеждой говорит Обри.
Какой соблазнительный, заманчивый вопрос! Для книжного клуба. Для мечтателей с горящими глазами. Я задам его завтра вечером своим дамам.
Но в реальном мире? Как бы мне ни хотелось – а я мечтаю об этом всей душой, – это только фантазии.
Раньше я думала, что нам троим не суждено быть вместе из-за моей семьи. Из-за сестры. Из-за того, что я не оправдываю их ожидания. Но за неделю с Чейзом и Райкером я научилась не брать во внимание чужие планы на мою жизнь. Научилась принимать свою неорганизованность.
Я научилась принимать себя со всеми своими причудливыми, нелепыми, плохо обдуманными поступками. Включая то, что я влюбилась в двоих мужчин. Вообразила себе будущее с ними. Новую сияющую возможность для меня и моих парней.
Вечером после свадьбы я была готова. Готова сказать: «К черту весь мир! Давайте будем вместе?»
Но когда я призналась им в любви, оказалось, что они меня в таком свете не видят. Мне остается только двигаться дальше – в свое беспорядочное, полное непредсказуемых действий будущее.
Несмотря на это, вопрос Обри не выходит у меня из головы весь следующий день.
Глава 41. Большое «если»
Глава 41. Большое «если»
Я получаю это сообщение, когда еду к маме – домой, чтобы вместе пообедать. Мы договорились еще на прошлой неделе.
Мне пишет парень, которого я считал лучшим другом.