Я одарила Изона взглядом, в котором читалось то, что мы
– Тебе приснился кошмар? – спросила я сына, пытаясь отвлечь от очевидного.
– Почему Изон здесь?
Очевидно, я потерпела неудачу.
– Ну, – начала я, готовая рассказать ему все о мужчинах, женщинах и об отношениях.
Ашер пожал плечами.
– Вообще, это и к лучшему. – Без лишних слов он забрался на кровать и на четвереньках пополз на свободное место между нами. – Подвинься, – приказал он Изону, и тот тут же повиновался, посмотрев на меня широко раскрытыми глазами.
– Может, мне сварить кофе? – Он приподнял одеяло и тут же увидел, что на нем нет ничего, кроме черных боксерских трусов, так что решил откинуться на спинку кровати. – Или нет.
– Останься. Мне нужно поговорить с вами обоими, – сказал Ашер, открывая свой блокнот. Он листал страницы, пока не нашел ту, которую искал, и бросил на меня нетерпеливый взгляд. – Ну же. Тебе же оттуда ничего не видно.
Та-а-ак. Мы лежали в кровати. Все вместе. В пять часов утра. С человеком, которого он всю свою жизнь считал своим дядей и который теперь был моим парнем.
Ну конечно. Почему бы и нет.
Я села на краешек кровати, но он и слышать об этом не хотел. Он потянул за руку.
– Ну же, мам.
– Эш, малыш. Может, спустимся вниз и поговорим там?
– Зачем? – он скривил рот. – Мы же все здесь. Девочки еще спят, верно?
– Да, но…
– Мам, на Изоне даже штанов нет. Как он будет спускаться?
У меня отвисла челюсть, и я уставилась на сына. Для подобного разговора было еще слишком рано – вообще‐то, для любого разговора, но для этого особенно.
Изон кашлянул, чтобы скрыть свой смех.
– Может, выслушаем мальчика, Бри.
Исчерпав все аргументы – или, по крайней мере, все способности мозга, лишенного кофеина, переваривать большое количество информации, – я вернулась в постель.
– Итак. Что случилось, приятель?
Ашер драматично прокашлялся.
– Мы с девочками вчера разговаривали. – Он перевернул страницу в альбоме, и перед нашими глазами открылся карандашный рисунок трех грустных детей – обе девочки плакали.
Все вокруг было в темных тонах: серое небо, коричневая трава.
Изон наклонился и обнял Ашера, кончиками пальцев коснувшись моей руки.
– Что здесь происходит? – спросил он, и в его голосе слышалось то же беспокойство, которое наполнило и мою грудь.
– Ну… – Ашер тяжело вздохнул. – Это я, Мэдисон и Луна сейчас. – Он перевернул страницу. – Это я, Мэдисон и Луна
Все трое улыбались. Среди зеленой травы росли розовые и фиолетовые цветы, желтое солнце висело высоко в небе в окружении голубых облаков. Но центром рисунка был рыжий кот размером с небольшой самолет, если бы был нарисован в полном масштабе.
Мы с Изоном обменялись понимающими взглядами, и на наших губах заиграли улыбки.
Я потрепала волосы Ашера, когда он перевернул еще одну страницу.
– Это мы с черным котом. – Еще одна яркая и жизнерадостная картинка. Он еще раз перевернул страницу. – А это мы с коричневым котом. – В этот раз он добавил текстовые пузыри, летящие изо рта Мэдисон и Луны с надписью
Изон усмехнулся.
– Аллергии нет. Я люблю кошек.
Глаза Ашера загорелись, и он бросил в мою сторону веселый взгляд.
– Пожалуйста, мам. Пожалуйста. Можно нам завести кота? Мэдисон и Луна сказали, что будут помогать мне выгуливать его и кормить, так что тебе не придется ничего делать.
– Кошек не нужно выгуливать. Кроме того, девочкам нельзя выходить на улицу без взрослых. Так что ты вряд ли зашел с правильной стороны. Давай поговорим о том, кто будет убирать его туалет.
– Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста. Я буду убирать. Обещаю.
Смеясь, я покачала головой. Его отчаяние и волнение объясняло то, что он заявился ко мне в пять утра, прямо как в Рождество.
– Эш, я еще даже не пила кофе. Можем мы, пожалуйста, отложить разговор о коте до завтрака?
– Нет, – заскулил он. – Потому что за завтраком ты заставишь нас обсуждать вашу с Изоном свадьбу.
Я сжала губы.
Изон издал протяжное «во-о-оу!».
– Стойте-ка, если Изон будет моим папой, он сможет завести нам кота. – Он повернулся к Изону: – Пожалуйста. Пожалуйста.
– Спокойно, малыш. Давай по порядку. Я… твоя мама и я… – он поднял на меня взгляд, безмолвно прося разрешения продолжить, и я кивнула, полностью доверяя ему.
И да, мне было немного интересно, как он будет разбираться с этой ситуацией.
– Мы с твоей мамой встречаемся, Эш. Но мы не собираемся жениться. По крайней мере, пока. Может, и никогда. – Его губы изогнулись в теплой улыбке, когда его глаза встретились с моими. – Но я на это надеюсь.
По груди разлилось тепло, когда я посмотрела на него в ответ. После смерти Роба я и думать не могла, что у меня возникнет даже мысль о том, чтобы снова выйти замуж. И все же я не могла отрицать, что разделяла надежду Изона.
– Но на сегодняшний момент, – продолжил Изон, – она – моя девушка. И это означает, что мы узнаем друг друга получше, проводим время вместе. Однако, Эш, если мы когда-то решим пожениться, да даже если нет, я всегда буду рядом с тобой, если понадоблюсь. Но я не буду пытаться заменить тебе отца, хорошо? У тебя уже есть замечательный папа. То, что он теперь на небесах, ничего не меняет.
И именно в этот момент я поняла, что безоговорочно и по уши влюбилась в Изона Максвелла.
Я ненавидела Роба Уинтерса. У меня оставалось мало радостных воспоминаний, за которые я могла цепляться, причем большинство из них все равно были связаны с детьми, но после их с Джессикой эгоистичного и отвратительного поступка, который они совершили, совсем не подумав о нас, я смирилась с тем фактом, что была замужем за незнакомцем.
Но Изон, боже, бедный Изон. Он ведь все еще не знал, был его бывший лучший друг, который спал с его женой, отцом его дочери или нет. Я представить не могла, как он мог испытывать к Робу что-то, кроме презрения.
Но в его душе было место и для других чувств, когда он обнимал Ашера за плечи, стараясь сохранить в его жизни место для Роба, так как это было правильным поступком по отношению к моему маленькому мальчику.
Я отвернулась и с трудом сглотнула, стараясь сдержать эмоции.
– Это значит, что вы теперь целуетесь? – спросил Ашер.
– Да, – ответил Изон.
– И спите без штанов?
– Похоже на то. Хотя не все время. Мы не будем торопиться и постараемся убедиться, чтобы вы, ребята, не испытывали никакого дискомфорта. Честно, я должен был прийти к тебе первым и поговорить, как мужчина с мужчиной. Так что прошу за это прощения. Для меня правда важно, чтобы ты разрешил мне встречаться с твоей мамой.
Он что, серьезно? Как он может быть настолько милым? Может, именно его стоит называть сладеньким в наших отношениях.
– Я очень люблю ее, Эш. И никогда не причиню ей боль.
Что ж, Изон был чертовски близок к званию самого совершенного мужчины. Занавес. Слезы. Я продолжала смотреть в стену, чтобы они не видели моего лица.
Ашер думал примерно минуту.
– А если я скажу да, то ты разрешишь мне завести кошку?
– Нет. Но это значит, что на завтрак будут блинчики с шоколадом, и там мы все обсудим.
– Ура-а-а! – закричал Эш.
Изон рассмеялся, и я, все еще не в силах взглянуть на них, услышала характерные хлопки их рукопожатия и удары кулаками.
– Ладно, малыш. Беги к себе, мне нужно одеться и поговорить с твоей мамой. Я спущусь сделать завтрак через пару минут. Только не разбуди девочек. Хорошо?
– Хорошо. – Дважды подпрыгнув на кровати и с громким стуком приземлившись на пол, он убежал.
– Закрой дверь, – крикнул Изон.
В следующую секунду я услышала щелчок дверной ручки.
А еще через секунду сильные руки Изона обхватили меня, вытаскивая на центр кровати. Он перекатился на спину и перевернул меня как тряпичную куклу так, чтобы моя голова лежала у него на плече, а нога была закинута на его бедра, и только тогда он глубоко выдохнул.
– Так. Скажи мне. Как все прошло?
Был только один ответ на этот вопрос. Вытерев слезы со щек, я закинула голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
– Ты был невероятен.
– В этом я не уверен. Я только что согласился на то, чтобы не спать без штанов все время. И уже сожалею об этом.
– Я серьезно, Изон. То, как ты все объяснил… Тебе, должно быть, нелегко говорить о Робе после всего, что произошло, но ты сделал это ради Ашера… Даже не знаю, как тебя благодарить.
Он нежно поцеловал меня в лоб.
– Ничего хорошего точно не выйдет из того, если он будет знать, как сильно я ненавижу его отца. Прямо сейчас он доверяет мне и может открыться. А если он будет знать все подробности, то будет чувствовать, что должен выбрать чью-то сторону. Я не хочу, чтобы он проходил через это. Мы с Робом были лучшими друзьями. Никому из детей не нужно знать, почему мы перестали ими быть после его смерти.