Но Джилли не могла расслабиться. Когда Хелена и Джаго ушли, она решила подрезать цветы в подвесных кашпо. Ее очень обрадовало, что Хелена совершенно спокойно восприняла новость о том, что они с Уильямом будут жить вместе, но, пока Мартин был настроен против, у нее на сердце было неспокойно.

Она с удивлением обнаружила, что ее машина была припаркована возле дома. Она вздохнула. Это означало, что кто-то – вероятно, Мартин или Крессида – отогнал ее, но заходить не стал.

Вся ее радость по поводу жизни с Уильямом улетучилась, оставив в душе чувство беспокойства. В силу разных причин с Мартином она никогда не была так близка, как с Хеленой, но, хотя она не всегда одобряла действия сына, она действительно очень сильно его любила. И мысль о том, что он недоволен, причиняла ей боль.

Она воспротивилась желанию Мартина продать дом и высвободить часть капитала, чтобы они с женой могли купить себе новое жилье. И хотя ей не хотелось его разочаровывать, она знала, что была права, стоя на своем и сохраняя дом, который любила.

Но, может быть, приглашая в свой дом Уильяма, она переступала черту? Может быть, это было несправедливо по отношению к Мартину, когда он так этому противился, и, будь даже Мартин не прав, они с Уильямом и так были счастливы – или, по крайней мере, достаточно. А может быть, ей следует всерьез задуматься над предложением переехать в элегантный таунхаус рядом с магазинами и ресторанами? Вручить свою судьбу Уильяму, продать дом и разделить деньги?

Хотя Джилли раздумывала над таким вариантом, но знала, что не пойдет на это. И вместе с тем она не могла настолько огорчить сына и, прежде чем успела передумать, позвонила Уильяму.

– Я не могу на это пойти, – сказала она, как только он ответил.

Последовала крошечная пауза.

– Придержи эту мысль, ладно? Я сейчас приеду.

– А ты в самом деле сможешь?

Внезапно Джилли захотелось ощутить тепло его объятий.

– Никуда не уходи. Я буду у тебя через полчаса.

Когда Уильям приехал, Джилли раздумывала над обедом. Она не могла определиться между супом, салатом и сэндвичем и наполовину приготовила и то, и другое, и третье, не в силах сосредоточиться на чем-то одном, потому что ее мысли были заняты Мартином и его переживаниями по поводу ее жизни с Уильямом. Она всегда ставила интересы детей на первое место и считала, что это правильно. Но Мартин уже не был ребенком, она что, сошла с ума, ставя его потребности выше своих?

Она достала телефон, испытывая соблазн позвонить Хелене и узнать ее мнение, но поняла, что не вправе так подставлять дочь. Хелена и Мартин не всегда ладили, и она не могла допустить, чтобы их отношения стали еще хуже. Тут телефон в ее руке издал звук. Это пришло сообщение от Уильяма. Я рядом.

Обрадованная, она отложила телефон и побежала наверх, чтобы проверить макияж и оценить свой наряд. Услышав шум его машины, она снова сбежала вниз и упала в его объятия, прежде чем он успел добраться до двери. Рядом с ним ее напряжение и беспокойство начинали отступать, она знала, что находится в лучшем месте на свете.

Она неохотно отпустила его.

– Пообедаешь?

– А ты уже достигла точки невозврата с обедом? Я хотел бы пригласить тебя с собой. – Он чуть вопросительно улыбнулся. – Я хотел бы прокатить тебя на планере.

– О, я с радостью! – воскликнула она. – А продукты можно положить обратно в холодильник. Хотя лучше я схожу за джемпером.

– Ты сходи за джемпером, а я уберу все обратно в холодильник.

Она поднималась по лестнице в приподнятом настроении, твердо зная, что Уильяму всегда будет место в ее жизни и в ее доме. Он уже прочно обосновался в ее сердце.

Уильям прекрасно справился с задачей убрать зачатки несостоявшегося обеда. За все годы брака Себастиан так и не уяснил, где что лежит. С Уильямом все будет по-другому – Джилли это знала точно.

– Ты прекрасно выглядишь! – сказал Уильям, и даже Джилли, которая никогда не понимала, когда ей делали комплименты, увидела в его глазах огонек любви и желания. – Телефон! – Он протянул ей аппарат. – Теперь давай поспешим на планер, пока мы не отвлеклись.

Джилли все еще нервничала перед взлетом, но, стоило подняться к облакам, как она почувствовала, что все проблемы и заботы остались там, на земле. День снова выдался прекрасный, и Уильяму удалось арендовать двухместный планер в кратчайшие сроки.

Видимо, бухгалтеры пользовались спросом, и Уильям вел дела большинства членов планерного клуба. Пара телефонных звонков, и планер для него нашелся. Все это он рассказал Джилли по дороге в клуб, не дав ей возможности объявить, что переезд не состоится. Они оба понимали ситуацию, но Уильям считал, что решение следует принимать с ясной головой.

– Полет – лучший способ прояснить мысли, – сказал он.

Так оно и оказалось. К моменту возвращения на землю Джилли пришла к убеждению, что Уильям должен переехать. Но ее сердце еще не оправилось от боли за сына.

– Интересно, придет ли Мартин на нашу вечеринку, – сказала Джилли, когда Уильям вез ее домой.

– Мы пригласим его – вместе с женой и дочерью, конечно, – а там видно будет.

Уравновешенность Уильяма усилила в Джилли спокойствие, обретенное во время полета над землей.

– Я очень надеюсь, что они приедут, – сказала она уверенно, хотя в глубине души не была убеждена. – Но даже если их не будет, мы все равно будем веселиться.

На следующий день Хелена пила чай с Джаго, и тут у нее на телефоне высветился неизвестный номер. Она хотела сбросить звонок, но потом решила ответить.

– Хелена? Это Уильям, друг вашей матери.

– Да, здравствуйте! – сказала Хелена, радуясь тому, что не нарвалась на очередного менеджера по продажам.

– Я хотел бы попросить вас о помощи. Мы можем встретиться сегодня вечером? Я подъеду туда, где вам удобно.

Когда они договорились о месте встречи, она повернулась к Джаго.

– Это был Уильям. Он говорит, что ему нужна моя помощь.

– Мне кажется, я знаю, о чем пойдет речь.

– Тогда скажите мне! Лично я ума не приложу.

– Думаю, это связано с твоим братом, который не хочет, чтобы твоя мама жила вместе с Уильямом в вашем старом доме.

Теперь Хелене стало все ясно.

– И он хочет, чтобы я попробовала его уговорить.

– Я так думаю. Уильям не хочет, чтобы Джилли переживала из-за Мартина. Вообще-то он взрослый парень и мог бы заткнуться. Но у твоей мамы очень сильны материнские чувства. Она не в состоянии его огорчить.

– Ты совершенно прав. Но ее час настал. У нее должен быть шанс на счастье!

Джаго пожал плечами.

– Она очень самоотверженная.

– Слишком самоотверженная, – сказала Хелена, твердо решив, что Уильям должен поселиться в их доме, если матери этого хотелось.

Несколько часов спустя Хелена встретилась с Уильямом в винном баре и начала понимать, почему ее мать полюбила его. Он был внимательным, умел слушать, но не растворялся в собеседнике. Он не был стихийным пожаром, а напоминал ровный огонь и, судя по всему, очень заботился о Джилли.

– Она может говорить, что смирится с враждебностью сына, но в глубине души будет несчастна, – сказал Уильям. – Как бы вздорно ни вел себя Мартин, она будет страдать. Пусть она получит благословение обоих детей, и тогда я с радостью займусь организацией этой вечеринки.

– Она ненавидит, когда мы ссоримся, и я знаю, что она будет несчастна, считая, что огорчает Мартина.

– Именно так.

– И вы хотите, чтобы я попыталась его убедить?

У него была очень обаятельная улыбка.

– А у вас получится?

Хелена пожала плечами.

– Я обязательно попробую. И думаю, насчет мамы вы абсолютно правы. Она имеет право на счастье. Я знаю, что она любит вас, Уильям. Она должна радоваться жизни и периодически забывать о том, что она мама.

– Спасибо за понимание. Вы гораздо больше общаетесь с Джилли, чем Мартин. Это в порядке вещей?

Хелена покачала головой.

– Я была с мамой во время развода. А прежде наблюдала, на какие гнусности способен отец по отношению к ней. Мартин никогда этого не видел. Наверное, в его присутствии отец вел себя немного лучше. Как бы то ни было, Мартин с отцом довольно близки. А я стараюсь держаться подальше от него.

– Вас это огорчает?

– Мне грустно, что у меня такой отец, но я справляюсь.

– Я никогда не буду вам отцом. Но если однажды вам понадобится помощь или совет, я буду более чем счастлив быть для вас полезным.

– Это очень любезно с вашей стороны.

– Только, пожалуйста, не спрашивайте меня ни о чем, что касается отцовских обязанностей. Я хорошо разбираюсь в налогах, смыслю в автомобилях и при необходимости решу проблему с компьютером.

– Буду иметь в виду. – Хелена улыбнулась. – Это ценное предложение.

– Ничуть. Я знаю, как Джилли ценит ваше мнение. Мне важно склонить вас на свою сторону.

Теперь она рассмеялась.

– Я уже на вашей стороне. И посмотрю, чем могу помочь с Мартином.

– Есть обстоятельства, которые вам, возможно, неизвестны. Мартин и Крессида пытались свести Джилли с мужчиной…

– С Лео. Да, я знаю. Только они, да и мама тоже, не знали, что Лео был тем самым человеком, по вине которого мы с мамой едва не погибли, когда я была подростком. – Она потеребила кончик косы, потом перебросила ее через плечо. – Не знаю, говорила ли вам мама, но у меня есть странное свойство – я распознаю людей и запоминаю их лица. Даже если видела их мельком, скажем на фотографии. – Она вздохнула. – И, если честно, не всегда этот дар бывает в радость.