– Благодарю, Талли, – сказала Глори и отступила на шаг, дав возможность рассмотреть ее костюм.

– А это мой друг Эмметт. Эмметт, это мой папа, Гас, и мачеха, Глори, – слегка подтолкнув его вперед, сказала Талли.

Эмметт поздоровался с ними, пожал обоим руки.

– Вы оба прекрасно выглядите. Когда вы появились, нужно было, чтобы заиграла музыка из «Шафта», – сказал он.

Гас закивал и рассмеялся.

– Она определенно крутилась у меня в голове, для дополнения образа.

– А вы кто? – подавшись вперед, чтобы рассмотреть бейджик у Талли, спросила Глори. – Ах, тот страшный фильм про инопланетян, – узнавая, сказала она. – Меня даже музыка из него пугает.

– Я – Скалли, он – Малдер.

Эмметт допивал пиво из почти пустой бутылки и вовсе даже не возражал против светской беседы с родными Талли. Она так радовалась общению со всеми. Он рассказал Гасу и Глори, откуда он и что Талли была причиной его приезда в Луисвилл – то же самое он говорил утром Джудит. И хотя это была ложь, она больше таковой не казалась. Теперь он не мог, да и не хотел представить себе Луисвилл без Талли. Гас и Глори рассказали, что родились и выросли в Луисвилле и что любят путешествовать. Что недавно вернулись из Греции и следующей весной планировали поехать снова.

– А где мой сын? – оглядевшись по сторонам, спросил Гас.

– Был наверху в костюме Бигфута, но не говорите ему, что я вам рассказала, – попросила Талли.

– Договорились. Мы его разыщем и быстренько уйдем. Ты же знаешь, я ранняя птичка, – сказала Глори и коснулась лица Талли. – Ты так мило выглядишь сегодня. И приятно с вами познакомиться, Эмметт.

– Мне тоже приятно, – сказал Эмметт.

Они отошли.

* * *

Он и Талли покончили со своими пузатыми бутылочками пива. Неподалеку в патио Зора и еще несколько женщин танцевали под песню Tears for Fears[69], орущую из уличных динамиков, и Талли вышла потанцевать вместе с ними. Фильм «Донни Дарко» на проекционном экране возле бассейна закончился и беззвучно пошел по новой. Эмметт видел фильм много раз, и его почему-то успокаивало то, что он был и смешным, и тревожащим и так похож на книгу комиксов. Он приблизился к дверям и высунулся, чтобы видеть экран. Прямо перед ним Талли беседовала в тремя женщинами в платьях, расшитых пайетками, – The Supremes[70]. Платья отражали блики света, которые ложились на другие костюмы и сверкали на стеклах окон.

В отдалении он заметил Бигфута, который, отбрасывая тень на листву, прошел ровным неторопливым шагом и скрылся среди деревьев. Потеряв Лионела из вида, Эмметт сосредоточился на беседующей с друзьями Талли. Его Скалли, сияя, ела с тарелки блестящие оливки. Он поправил галстук, бейджик ФБР, немного поел. Посмотрел на проекционный экран: Джейк Джилленхол и Джена Мэлоун в темном зале кинотеатра рядом с кроликом с металлическим оскалом. Он заглянул в дом: на диване в гостиной сидела женщина: ярко-красное платье, закрытые глаза, ее поза напоминала увядшую розу. Он вгляделся, чтобы убедиться, что она дышит. Дыхания не было. Эмметт почувствовал горячий прилив адреналина и пошел к ней. Как только он подошел, она открыла глаза. Вскочила, громко рассмеялась и кивнула кому-то в другой части комнаты, даже не обратив на Эмметта внимания. Звук лопнувшего в кухне шара был похож на выстрел, Эмметт опять вздрогнул от неожиданности.

– Черт, – сказал он про себя. Съев остатки еды, он отнес тарелку на кухню, вышел на улицу и встал у двери.

– Привет, приятель, – подойдя к Эмметту, сказал Лионел и положил маску Бигфута на землю. Зора пронеслась через патио и теперь танцевала с группой женщин, которые все до одной были в костюмах греческих Богинь. В траве Эмметт увидел Гэндальфа и хоббитов, о которых ему рассказывала Талли. Топая сквозь листву, Гэндальф направлял посох в небо, будто накладывал заклятие. Несколько хоббитов сделали колесо.

– Дом у тебя действительно невероятный, – сказал Эмметт. Талли посмотрела на него издали, он улыбнулся ей, как бы давая понять, что он в порядке.

– Спасибо. Здесь всего сверх меры, знаю. Но ничего не могу с собой поделать. – Лионел весело рассмеялся. Эмметта, к собственному удивлению, тоже разобрал смех, он и не возражал. – Значит, ты с Лулой… и как у вас? Мама сказала, ты готовишь вкуснейшую яичницу… и даже лепешки. – Наклонившись к Эмметту, Лионел в шутку толкнул его плечом.

– Я еще не встречал таких людей, как твоя сестра. Она затмевает всех и вся, – глядя прямо на Лионела, сказал Эмметт.

Лионел доедал кусок тыквенного торта, который принесла Талли. Он был всего сантиметров на пять выше Эмметта, но, казалось, нависал над ним в своем костюме Бигфута.

– А где вы познакомились?

– В кофейне на Роуз, – сказал Эмметт. Талли он введет в курс дела позже. Несмотря на свою разговорчивость, Джудит за завтраком этот вопрос не задала.

– Понятно. Это ее любимое заведение.

Талли промелькнула мимо, как бабочка, держа за руку женщину в костюме единорога. Они остановились недалеко от Эмметта с Лионелом. Талли и Единорог, покачивая бедрами, танцевали под саундтрек «Новой волны», игравший в патио и возносящийся в вечернее октябрьское небо с его растущей луной. Той самой, которую, как думал Эмметт, он никогда больше не увидит – скроют ли ее от него бетонная стена, облако, дождь или конец его собственной жизни.

По другую сторону патио гости, собравшись в тесный кружок, раскурили косяк, ветер донес до него запах. Славный аромат травы напомнил ему о походах. О старшей школе и о деревьях. О приятной ломоте в ногах и воспаленных глазах, о посиделках допоздна в ресторане у озера, о лунном свете на черном зеркале воды. Ах, сколько лун было в его жизни. Постоянно видеть изменчивую луну было даром. И он смотрел вверх на нее, будто видел в первый раз, а Лионел завел речь о бизнесе, в который вложил средства, в центре города, недалеко от кофейни.

Когда Эмметт заметил, что Талли опять смотрит на него, он ей подмигнул. Он понимал, что они притворяются, этого он не забыл. Когда они были на втором этаже, он услышал, как кто-то произнес его настоящее имя, и его щеки запылали. На кухне на него уставился парень в костюме Хана Соло, и Эмметту почудилось, что тот указывает на него и спрашивает, как он здесь оказался. Но Талли буквально заставляла его поверить, что то, что они изображают, происходит в действительности. Флирт с ее стороны набирал обороты, она не могла находиться возле него дольше, чем полминуты, не коснувшись его или не взяв за руку. Он смотрел, как она танцевала, и его крест мерцал у нее на шее.

Зазвучала песня Dancing Queen группы ABBA.

– Для тебя, Лула! – крикнул Лионел и повернулся к Эмметту. – Знаешь, она обожает эту песню, – добавил он. Талли – танцующая королева – послала Лионелу воздушный поцелуй. – Может, там я тебя и видел… в кофейне на Роуз. Где-то точно видел, – сказал Лионел.

– Твое лицо мне тоже кажется знакомым, – соврал Эмметт. Помолчав немного, он спросил Лионела о доме. В каком году построен, как долго строили. И с облегчением вздохнул, когда Лионел углубился в детали. Эмметт вытащил из внутреннего кармана сигареты и предложил Лионелу, который не отказался. Они закурили. Эмметт чуть подался вперед, наблюдая, как Талли танцует под Pet Shop Boys, Донну Саммер, Oingo Boingo. Зора появилась опять вместе с остальными Богинями, и Талли затерялась где-то среди них. Люди подходили поболтать с Лионелом, похвалить его костюм. Люди спрашивали Эмметта, какой у него костюм, потом замечали бейджик из «Секретных материалов». Один парень не сказал ничего, но, проходя мимо, просвистел шесть первых нот зловещей музыкальной темы сериала. Лионел познакомил его с еще парой своих с Талли кузенов, постоянно называя его бойфрендом Талли, чему Эмметт просто улыбался.

(Лионел симпатичный, обаятельный и веселый. Наверное, самый уверенный в себе человек на Земле, как будто никогда не слышал слова «нет». Ни разу в жизни не слышал.)

– Джоэл был моим другом. Я их и познакомил. До сих пор чувствую себя виноватым в том, что все так кончилось, – сказал Лионел, когда они остались вдвоем. Эмметт мог бы ошеломить его, повторив признание Джоэла из письма, но лишь моргал и кивал.

– Ну сестра о тебе говорит исключительно в хвалебном тоне. Она тобой гордится. И ты не виноват, что Джоэл козел.

Лионел рассмеялся.

– Рад, что она снова в игре. Рад, что тебя с собой привела. Ваша взаимная симпатия более чем очевидна.

– Я по ней с ума схожу, – заметив Талли, сказал Эмметт.

Медленно и упоительно из динамиков неслась песня Don’t Dream It’s Over группы Crowded House, Талли направлялась к нему. Подойдя, она откинула голову назад, взяла его за руку и притянула к себе. Они подошли к бассейну, туда, где танцевали остальные. Когда Эмметт оглянулся на Лионела, тот в знак одобрения поднял тарелку с тортом.

– Обожаю эту песню, – сказала Талли и обняла его за шею.

– Я сказал твоему брату, что мы познакомились в кофейне, – прошептал Эмметт ей на ухо.

– Молодец, – прошептала она в ему в ответ. – Чувствуешь себя нормально?