Ей казалось, что приезд Саши поможет ей отвлечься, забыть об этих ужасных событиях дня. А внезапный сильный всплеск эндорфинов смоет следы усталости и печали. Она еще не привыкла, что теперь все ее, даже самые продуманные, планы не работают как надо. Видимо, весь запас ресурсов и возможностей ушел на сведение Ильи с ума.

Она поняла, что держит руку под холодной водой слишком долго, но от капли кипятка по-прежнему жгло кожу, будто она уже была в аду. Обернулась на парней. Денис уже успел сесть за стол напротив Саши. Ника впервые видела, чтобы между ее мальчиками, которые по-прежнему были лучшими друзьями, несмотря на ее перебежки от одного к другому и обратно, повисло настолько напряженное молчание. Неужели Денис обо всем догадался?

«Да нет, это бред, – отмахнулась от навязчивой мысли Ника, – откуда ему знать? Мы, как всегда, были осторожны».

Она поставила перед парнями кружки и вернулась к своей. Повернулась спиной к столешнице и оперлась о нее. Кружка жгла ладони.

– Я точно в аду, – прошептала Ника, но так, чтобы ее никто не услышал.

Рассеянно посмотрела в свою кружку. Нет, ей нужно что-то покрепче чая, из которого она забыла вовремя достать пакетик. Кажется, в холодильнике что-то оставалось. Она достала бутылочку красного сухого. Пришлось потратить немного времени, чтобы под немые взгляды отыскать свой электроштопор. Она не видела смысла искать еще и бокал, так что отпила прямо из горла. Вино оказалось редкостной дрянью и кислятиной. Ника посмотрела на этикетку, чтобы запомнить, что в следующий раз обходить в магазине стороной. Хотела сделать еще глоток, но ее руку мягко перехватил подошедший Денис.

– Принцесса, ты уверена, что это хорошая идея? – Он разжал ее пальцы на горлышке бутылки и забрал ту.

– Уже нет… – Ника всхлипнула.

Денис одной рукой притянул рукой Нику к себе за талию, а другой наклонил бутылку, чтобы вылить все ее содержимое в раковину. Николь плакала, уткнувшись лбом в его плечо. Вино в бутылке закончилось раньше, чем слезы девушки. Не размыкая утешающего объятия, поглаживая Николь по спине, Денис все же смог открыть дверцу, за которой скрывалось мусорное ведро. Он аккуратно бросил в него бутылку и хотел уже закрыть дверцу, но его взгляд зацепился за нагло выглядывающий краешек квадратной серебристой упаковки. Вряд ли она была от чайного пакетика. Он сильно хлопнул дверцей и попытался вспомнить, когда у них с Побединской в последний раз что-то было. Последнее время он пропадал на тренировках и выходил с них настолько измотанным, что сил и желания приезжать к Нике или звать ее к себе совсем не было. К тому же эту улику явно пытались скрыть, но не вышло. Что ж, его лучший друг был явно более выносливым. Котов понял, что самая первая мысль оказалась самой правдивой. Он давно был одурманен Никой и не видел за этой дымкой, кем была его девушка на самом деле, но в момент аварии наваждение развеялось. Возможно, у него уже были десятки возможностей уличить ее в изменах (он был уверен, что сегодняшняя встреча Ники и Санька вряд ли была единоразовой акцией), но он ничего не замечал или не хотел замечать. Но устраивать сцену не видел смысла. По крайней мере сейчас, когда Ника сама не своя из-за последних новостей. Нет, он подождет еще немного, чтобы прекратить эти отношения в тот момент, когда ничего не будет предвещать беды. Денис хотел бы испытать хоть что-то. Грусть, злость, ненависть, но ничего не чувствовал. В принципе, он всегда, с самого начала их неправильных отношений, строящихся на ее мести Илье и его глупой влюбленности, знал, что однажды так все и закончится. И никакого «долго и счастливо» с этой принцессой не будет.

– Я, пожалуй, пойду. – Санек решил, что оставаться ему в этой квартире нет смысла. Его миссия по утешению принцессы в беде выполнена, он передал Нику из рук в руки и теперь может быть свободен.

– Не так быстро. – Денис попытался не подавать виду, что знает об интрижке между своей девушкой и лучшим другом, но голос все же дрогнул, скорее от обиды, чем от злости.

Котов ненадолго выпустил Нику из объятий, чтобы развернуться лицом к Саньку. Николь снова прижалась к Денису и вцепилась в него как кошка, которую напугали пылесосом, ища утешения, которое ей уже не хотели давать.

– Сначала расскажи, зачем сюда приехал? – Конечно, Денис уже знал ответ на этот вопрос, но ему было интересно услышать версию лучшего друга. Скорее всего, бывшего лучшего друга.

– Тебе ли не знать, что если не можешь что-то дать своей девушке, то обязательно найдется тот, кто сможет. – Санек нагло ухмыльнулся. Пудрить мозги лучшему другу оказалось веселее, чем можно было подумать. Он был уверен, что Денис ничего не знает, поэтому позволял себе вольности, которые закапывали и его самого, и Нику.

Денис проигнорировал шпильку и притворился, будто ничего не понимает. Все-таки он начал чувствовать хоть что-то – интерес.

– Ника мне позвонила вся в слезах. Попросила приехать. Что-то лепетала про аварию и что кто-то разбился. Я сначала не понял, почему ты не рядом, но потом ко мне вдруг пришло осознание, что в аварию мог попасть ты, вот и примчался сюда. – Отчасти это было правдой.

– Почему не в больницу? – Котов мысленно отметил, что Санек в очередной раз оказался хорош в придумках. Что же можно ожидать от человека, который еще со школы мог заговорить любого учителя или сочинить очередную сказку-объяснение для классной, почему это они с Денисом ушли с последних двух уроков.

– Так Ника и двух слов связать не могла, я решил, что ей сначала нужно успокоиться. – Лавров откинулся на спинку стула. Абсолютная, чистейшая правда.

«Давай, Денис, и что ты мне сделаешь?» – мысленно добавил Санек.

О том, как Ника успокаивалась, он умолчал. Ему и правда позвонила Николь и попросила приехать. И действительно так и не смогла сформулировать, что случилось, кто разбился и кого она убила. А вот что происходило дальше, Денису знать уже не нужно, для его же блага. Санек лавировал на грани недосказанности, не зная, что одно неверное движение – и многолетней дружбе придет конец.

Санька Ника встретила в слезах и шелковом домашнем халате, и, в общем, это все, что на ней было. Сначала она кинулась ему на шею и начала безутешно рыдать, а потом… Санек сам не понял, как оказался рядом с ней в кровати и без одежды. Она умела менять свое настроение, как по щелчку пальцев, и о том, что на этом прекрасном лице еще недавно блестели слезы, напоминали только покрасневшие глаза и размазанная тушь, которую она нанесла явно к его приходу, ожидая, что макияж будет испорчен при несколько других обстоятельствах. А потом он не понял, почему Ника вдруг оттолкнула его от себя и убежала в душ. В этот момент у Санька был в голове только один самовлюбленный вопрос: неужели он был так плох в этот раз? В душе он обнаружил Нику плачущей и хотел было погладить ее по спине, но горячие струи обожгли его руку. Пока что не его принцесса всегда мылась в кипятке. Наверное, потому, что уже при жизни на земле начала закаляться и готовиться к загробной. Откуда ему было знать, что она уже несколько месяцев пытается избавиться от пробирающего до костей и жил мороза души?

О том, что же произошло, Санек узнал за пару минут до того, как приехал Денис. Авария страшная, но он не понимал, зачем Нике убиваться из-за какого-то Громова, которого она сама же и пыталась всеми силами изжить. Разве не этого она хотела? Нужно быть последовательной в своих поступках. Если уж ненавидишь кого-то, то будь добра, ненавидь до конца. Новость ужасная, трагичная, но он совершенно не чувствовал свою вину и причастность к этому. Не он же наливал Илье. Ну и что с того, что Громов сидел в клубе, который в один прекрасный день будет принадлежать Саньку? Он не толкал его за руль машины. Лавров бы еще мог попереживать, как капитан баскетбольной команды, если бы Громов остался в ней. Сейчас же его волновала куда больше судьба остальных членов команды, которые оказались в полной жопе из-за Ильи, вернее, из-за ухода Макара вслед за ним. Если потеря одного, уже запасного, игрока и могла пройти бесследно, то потеря второго была весьма ощутима. Проблем, кроме предстоящих матчей, которые они могли теперь преспокойно проиграть, Санек не видел. Да и Денис повел себя сейчас достаточно странно. Кажется, теперь сыграться на площадке будет еще сложнее.

* * *

Незадолго до того, как раздался звонок от Дениса, парочка беззаботно проводила время в комнате Макара. Их выкрутасы с нейросетями разоблачили, а самих жуликов отчитали и заставили переделать работы, назначив очень сжатые сроки. Да и как же тупо они прокололись! Их курсачи не прошли антиплагиат! Сонечка сидела у Макара на коленях (она могла бы прикатить второй стул из комнаты Ильи, но это бы полностью убило момент близости) и переделывала курсовую своего парня. С помощью другой нейросети, конечно же. Ей казалось, что по всем законам точных наук минус на минус даст плюс и на этот раз. Соня бы расправилась с этим занятием в два счета, если бы Макар не оставлял на ее шее едва ощутимые поцелуи, соблазняя ее забить на дедлайны.

– Сейчас сам будешь все переделывать, – обернулась Сонечка и сердито посмотрела на парня. – За себя и своего товарища, работу Ильи тоже забракуют, если не уже. Кстати, а где он?