Я отчаянно нуждаюсь в нем.

Отчаянно нуждаюсь в нашем малыше.

И я убью любого, кто посмеет угрожать нашему будущему.

Нашей семье.

По моему телу разливается тепло и спокойствие, которого я не чувствовал уже несколько недель, осознание происходящего бежит по моим мышцам и оседает в костях.

Ноги сами несут меня вперед, и чем ближе я подхожу, тем выше приподнимаются уголки ее губ.

Я останавливаюсь прямо перед ней, мои руки опускаются на ее бедра, и я опускаю свой лоб к ее лбу.

Медленно мои братья отпускают ее руки, похлопывают меня по спине, когда проходят мимо, и ладони Рэйвен скользят вверх по моей груди, сжимая воротник пиджака.

Ее прерывистое дыхание касается моих губ, и я борюсь с желанием прижаться к ней.

Еще рано.

– Я не думаю, что все должно было быть так, – шепчет она. – Я почти уверена, что я должна была идти к тебе.

– Да, но мы все делаем неправильно, детка. Мы делаем это по-своему. – Мои руки движутся вверх по ее ребрам, под куртку, и сжимают ее. – И мне нравится, как мы это делаем.

Она кивает мне.

– Мне тоже.

– Ты готова, детка? – шепчу я. – Готова принадлежать мне?

Она отстраняется, глядя на меня снизу вверх.

– Ну же, здоровяк, – бормочет она. – Ты знаешь лучше меня. – Она отпускает меня, отступает и обходит меня сзади, так что я медленно поворачиваюсь, чтобы оставаться лицом к ней.

Она идет назад, к моим братьям, к своей сестре и преподобному.