– Я знала, что ты будешь на том празднике, – признается она.
Мои брови сходятся вместе.
– Откуда?
– Это не имеет значения. – Она качает головой с убитым видом. – Я не… Я запаниковала в тот день… мне было больно. – В ее затуманенных глазах появляется слабый блеск. – Я была в замешательстве… Виктория, ты…
– Прекрати, – обрываю ее, догадываясь о том, что она скажет дальше. Но она говорит то, чего я не ожидала:
– Скажи ему, что я не смогу прийти… Что я не хочу ее видеть.
Из моей груди вырывается смешок, и я отодвигаюсь от нее.
– Нет.
– Ты должна, – говорит она.
– Да пошла ты. Нет. – Я смотрю на ее руки, которые находятся в непрерывном движении. – Нет, ни за что.
Ее рот открывается, но она не произносит ни слова. Потом она горько и потерянно смеется.
– Он ведь с тобой, не так ли?
– С чего это ты спрашиваешь?
– Разве нет? – вскидывает она на меня заплаканные глаза. – Ты влюблена в него?
– Ты должна сказать ему, – требует Мэллори, она отступает, и в ее глазах вспыхивает предостережение. – Если только ты не хочешь, чтобы он… чтобы
Что?!
Я качаю головой, отворачиваясь от нее.