Хлоя вздергивает голову, в ее глазах слезы.

– Я ходила к врачу. Шесть недель. Секс втроем, с Ройсом, был задолго до этого, так что ребенок точно от Мака.

Я участливо смотрю на нее.

– Хорошо… Тогда почему ты плачешь?

– Потому что теперь это реально. – Хлоя нервно смеется и толкает дверь в туалет. – Я беременна, и мой отец, вероятно, убьет его.

– Не факт.

Она исчезает в кабинке.

– Ты не знаешь моего отца!

Я закатываю глаза и жду, когда она выйдет.

Дверь распахивается, Хлоя на своих высоченных каблуках идет к раковине вымыть руки. Проводит пальцами по волосам и вертится перед зеркалом, осматривая свою фигуру.

– Почему ты не сказала Маку? – спрашиваю я.

Она вздыхает.

– Потому что, как только мы, наконец, закончим гребаную школу, он хочет занять пост главы службы безопасности Брейшо. Он без конца говорит, какая это опасная работа, а узнав о ребенке, он откажется от того, к чему стремился. – Она смотрит на меня через зеркало, держа в руке помаду. – Понимаешь, это его мечта. Мак начинал с нуля, он из кожи вон лез, чтобы заслужить их доверие, чтобы добраться туда, где он сейчас находится, и у него есть шанс получить то, чего он желает. Я не могу этого отнять.

– А кто сказал, что ты что-то отнимаешь?

Хлоя смеется так, как будто я наивная дурочка, и ее слова подтверждают эту мысль.

– Тебе так многому еще нужно учиться, Виктория.

Я качаю головой.

– Ты когда-нибудь задумывалась о том, что, может быть, он так сильно стремится вырасти, потому что хочет почувствовать себя достойным тебя?

Ее глаза встречаются с моими, она медленно убирает косметику в сумочку.

– Твой отец был главой службы безопасности, Хлоя, и теперь твой парень претендует на это место. Оно важно для него, но… – Я пожимаю плечами. – Звучит это так, что, в его представлении, это ключ к тому, чтобы удержать тебя.