Лекция закончилась, и я поворачиваюсь к Чейзу:
– Слушай, мы с Кэмерон договорились встретиться через несколько минут в кафе, хочешь пойти?
Он кивает утвердительно, потом мотает головой и неожиданно выпаливает:
– Ари, можно поговорить с тобой?
– Конечно. Что-то случилось? – встревоженно смотрю на него.
– Нет, я имею в виду – поговорить, то есть обсудить… – Он многозначительно смотрит на меня. – Обсудить то, что случилось между…
Он не решается произнести слово «нами», и я абсолютно уверена, что совершенно не хочу ничего с ним обсуждать.
– Я хочу объяснить. Извиниться, – настаивает он.
– Все в порядке, тебе не нужно извиняться, – качаю головой. – Мне не хочется об этом говорить. Я все понимаю, правда.
Так и есть. Я больше не сержусь на Чейза, я простила его. Не знаю, как это случилось, но – случилось, и не потому, что Чейз нуждается в прощении. Не уверена, что это так. Как не уверена и в том, что он совершил что-то такое, за что нужно просить прощения. Мы оба взрослые люди, и то, что мы сделали, мы сделали по обоюдному согласию.
В глубине души я всегда понимала, что Чейз никогда не станет моим парнем. Просто я заглушила в себе эти здравые мысли в ту ночь. Чейз предложил мне то, к чему я так давно стремилась, и я, конечно же, полетела, как бабочка на огонь, не подумав о том, что будет после.
Да, мне было больно, особенно когда восторг отступил и вместе с утренним приливом нахлынула реальность, смыв сладостные воспоминания.
Да, он сделал мне больно, но не по своей вине – я сама не подумала о последствиях.
Так что я простила его
Обсуждать все это сейчас – все равно что бередить только зажившую рану. Ради чего? Я смогла это пережить, у Чейза тоже все хорошо, мы оба справились, никто из нас не страдает.
– Позволь мне объяснить, о чем я тогда думал, почему повел себя как козел. – Он берет меня за руку, я сжимаю ее в ответ, но потом высвобождаю.
– Я знаю почему, Чейз. Я всегда это знала. Я не притворяюсь, когда говорю, что все в порядке.
Киваю, глядя ему прямо в глаза, и он медленно кивает в ответ.