Сестра поджимает губы.
– А я и не собиралась становиться частью шоу.
Отец слегка хмурится.
– Почему мисс Джано отказала ей?
– Потому что я так велела.
Взгляд отца становится острее, но я выдерживаю его. Он сказал, что я могу контролировать
Шах и мат, дорогой папочка.
Кроме того, кто даст гарантию, что Бостон будет здесь через месяц?
Кто может сказать, что вообще кто-то из нас будет здесь?
После того, что кажется мне самой долгой поездкой в моей жизни, мы подъезжаем к «Энтерпрайзу».
Отец смотрит на нас, лицо серьезное, тон строгий:
– Сегодня вечером никаких сюрпризов, девочки. Вы будете улыбаться и любезничать со всеми, пусть даже и с неприятными для вас людьми. Вы постоянно будете в поле моего зрения. В «Ревено Люкс» или «Грейсон Люкс» вы не уйдете ни при каких обстоятельствах. И самое главное: сегодня вы забудете свои разногласия. Вы – сестры-близнецы, вы любите друг друга, и вы готовы на все друг для друга. Так было до заключения контракта, и так будет на следующем этапе.
– Вы, девочки, были близки всю свою жизнь, – продолжает отец. – Не позволяйте никому встать между вами. Никому, даже мне. Решения, которые я принимаю, я принимаю в ваших интересах. Если вам не нравится то, что я говорю или делаю, вы можете высказать свое мнение, когда рядом нет посторонних. Но о чем бы я вас ни попросил, вы не отвернетесь друг от друга, потому что, когда меня не станет, вы сможете рассчитывать только друг на друга. Кровь превыше всего. Всегда, несмотря ни на что. Семья на первом месте. Я ясно выразился?
Заставляя себя не сглотнуть из-за внезапной сухости в горле, смотрю на свою сестру. Когда-то она была моей лучшей подругой, и я просто не способна ненавидеть ее, но я не могу избавиться от чувства, что она меня предала.
Бостон совершила ошибку, согласившись на брак, и не призналась в этом, а потом сделала еще хуже: взяла на себя обязательства и сбежала.
Она сделала то, чего нас учили никогда не делать, и тем самым поставила под удар нашу семью.
Машина подъезжает к красной дорожке, и водитель моего отца открывает дверцу.