Он хмурится все сильнее.

– Вернуть тебе… Сынок, она была твоим репетитором, не более.

Не оставив шанса для каких-либо раздумий, въезжаю кулаком в челюсть тренера. Раздается хруст, его голова резко поворачивается в сторону. Отшатываюсь назад, и лицо немеет от ужаса.

– Тренер, я…

Он отходит, бросая:

– Иди домой.

– Мать твою! – кричу я, схватившись за волосы. Потом извиняюсь: – Простите. Я не хотел.

– Сказал же, иди домой. Не появляйся мне на глаза до завтрашнего дня, – говорит он, сплевывая кровь.

– Да, тренер.

Во мне разрастается знакомое чувство, виски начинают пульсировать, тело становится свинцовым.

Сраное сожаление – вот что я испытываю.

⁂

Мяч со свистом вылетает из руки, и Эчо коленом скользит по земле, пытаясь заработать нам очко.

– Штрафной! – кричит судья.

Эчо возвращает мяч на питчерскую горку, ударяя сильнее обычного, но я не обращаю внимания.

Сжав челюсть, выкидываю левую ногу вперед и наклоняюсь так, чтобы плечи были параллельны колену. Перед подачей смотрю по сторонам, давая понять ублюдкам на первой и третьей базах, что не забыл о них.

Эчо намекает на кёрвбол, но я отмахиваюсь от этого варианта, потому что намерен сделать другое.

Фастбол.

Глубоко вдохнув, замахиваюсь и бросаю, но на этот раз перчатка Эчо встречается с землей.