– И что? Ты правда считаешь, что уехать – лучший вариант? – Я еще не согласилась. Ни капельки. Но слова заставляют задуматься. И правда ведь, кровь на их руках. Дело уже получило резонанс. Я не смотрю новости, чтобы не натолкнуться на информацию об Артуре, это пока еще неприятно, но совсем игнорировать все же не выходит. Работу никто не отменял. Будем решать проблемы по мере их поступления. Выпрямляю спину и гну свою линию дальше: – Мне бросить все? Собаку, квартиру, работу? Тебя?

– Хрен ты меня бросишь, родная. – Зло напирает на меня и ловко перетягивает на свои колени. Мы поднимаемся, и теперь Яр сидит на диване, а я на его ногах обезвреженная, потому что руки любимый изверг держит за моей спиной, не давая мне вцепиться в его шею. – Смит поживет со мной, в твоей квартире вроде нет цветов, чтобы их поливать, так что постоит, не страшно. Оставишь ключи, заберу счета. Тебя переведут на удаленную работу. А ты пока отдохнешь в Испании, на Тенерифе тепло круглый год, самое время немножко расслабиться, потому что, когда все закончится, я хочу с тобой настоящую семью со всеми вытекающими из нее факторами.

– У тебя все так просто, что аж бесит, – фыркаю. Ярик свободной рукой забирается под футболку, которую я надела, чтобы не ругаться с ним голой. Кожа снова загорается в тех местах, где он меня касается. Мы совсем недавно любили друг друга, но я снова вспыхиваю, будто между нами ничего не было.

Ярослав хмыкает, когда я пытаюсь свести бедра, и медленно качает головой. Его зрачки расширяются, а горячие пальцы скользят ниже.

– Просто порадуйся, что я у тебя такой крутой, поцелуй меня и скажи, что полетишь.

– Не хочу уезжать от тебя. – Закрываю глаза, когда он проникает сразу двумя пальцами. И этого он предлагает лишиться? Ни за что!

– Я тоже не хочу быть далеко от тебя. – Резкий толчок выбивает воздух из легких. Я обездвижена, и в этом есть своя прелесть. Возбуждение несется по венам. Ярик за считаные секунды меняет мое настроение и разжигает похоть. – Это временная мера.

– Какой же ты… – не могу договорить. Пальцы движутся быстрее. Внизу влажно и горячо. Я хочу еще, и Яр, чувствуя мой настрой, делает все так, как надо. Давит, толкается, кружит. Он будто мысли мои читает.

– Какой? – будто издевается. Усмешка еще эта самодовольная. Хочу слизать ее с его губ.

– Невыносимый!

– Еще, – требует, резко погружаясь внутрь.

– Упертый!

– Продолжай. – Мягкое, плавное движение назад и резкий рывок вперед. Стоны рвутся из груди. Я хочу быть ближе, чувствовать его кожей, но Яр не дает сдвинуться.

– Бескомпромиссный!

– И… – грубо, почти на грани. Влажные шлепки, с которыми ладонь бьется о лобок, заводят еще сильнее. Я уже не могу себя контролировать. Перед глазами пелена, все как в тумане. Я только чувствую каждое его движение, каждый вдох и выдох. Его желание ощущаю всеми клетками сразу. Оно большое и горячее, оно напитывает воздух, который я жадно вдыхаю. – Говори.

– Самый-самый, обожаю тебя, – стреляю в ответ. Не только он может доводить до безумия. Во мне сейчас так много всего, что не признаться будет сумасшествием. И пусть слова о любви я пока откладываю, но я хочу, чтобы он знал, чтобы понимал, чего лишится. – Яричек, пожалуйста, не останавливайся, – молю, чувствуя подступающие судороги. – Боже!

Оргазм захлестывает с такой силой, что я не могу удержаться. Обмякаю, и Яр отпускает. Распластываюсь по его груди и жду, пока схлынут волны, от которых тело мелко дрожит. Мне так хорошо с ним, что в глазах щиплет. Как сознательно можно от всего этого отказаться и уехать?

Веду указательным пальцем по его высоко вздымающейся груди. Ярик обнимает меня, гладит под футболкой. Прикрываю глаза и дышу им. Сейчас, когда я точно знаю, что мы разъедемся, спешу надышаться им, будто никогда больше не увижу. Знаю, что это не так, но мозгу все равно не докажешь.

– Ян, если бы был хоть один безопасный вариант, я бы оставил тебя здесь. – Целует в макушку. – Володя сказал, что после развода ничего уже не доказать. Можно, конечно, обратиться с иском, но это будет просто лишний гемор. Тебя проверят, меня проверят. Не больше двух визитов в суд. Тем более, если мы пойдем вместе, у всех вопросы насчет фиктивности отпадут.

– Так может…

– Не может. Им нужна информация, которой ты располагаешь. Ты же у меня умненькая девочка и многое уже успела узнать, а значит, за твоей головой может начаться охота. – Ведет по носу, чертит линию над бровью и опускается на скулу. Мурашки бегут – приятно. Я бы вечность так лежала. – Тебя надо спасать.

Прикрываю глаза. Несколько слезинок все же скатываются по щекам. Ярик ловит их пальцами, стирает.

– Тогда давай как-нибудь по-быстрому меня спасем?

Глава 29 Надышаться

Глава 29

Надышаться

Мне все еще катастрофически не нравится идея с перелетом. Я в экстренном порядке подбиваю все дела, их прилично – новости появляются каждый день, и я не успеваю готовить посты. Это какой-то кошмар. В комментариях десятки вопросов, мой телефон не прекращает вибрировать в течение всего дня – если захочу расслабиться, просто положу его на стул, хватит и трех минут.

Ярик часто ко мне заглядывает. Кажется, что после обеда и вовсе перетащит ноутбук в коворкинг и займет место напротив. Я же на самом деле хочу немного свободы.

Все так стремительно меняется, что я просто не успеваю осознавать. Только я была брошенной девушкой, стала разведенкой, и вот уже у меня новая работа, новый мужчина, которого я с чистой душой могу назвать лучшим. Но и здесь я не могу зависнуть и насладиться моментом. Его портит отвратительная реальность. И я вроде бы как согласилась со всем, но сердце не на месте. Мы с Ярославом только-только друг друга нашли, расставание кажется сумасшествием, к которому мы оба не готовы.

Обычно в такие моменты я сбегаю от всего. Туда, где много свободы и где нет возможности за что-то зацепиться. Туда, где я остаюсь совершенно одна, и мысли устаканиваются. Душа требует свободы, требует бескрайнего моря, отвесного обрыва и шторма, чтобы бьющиеся волны грохотали о скалы и утягивали на дно тревоги.

В Испании будет жаркое солнце и ласковый океан. Здесь я оставлю сердце, надеясь, что оно сохранится до моего возвращения.

Откладываю ежедневник в сторону, ставлю в рабочем приложении статус «обед» и, накинув пальто, сбегаю из офиса. Перевожу телефон в беззвучный режим. Сегодня я впервые хочу потратить законный перерыв по всем правилам.

Захожу в кофейню, где часто можно увидеть коллег, беру кофе навынос и круассан с рыбой. Сегодня будет пикник в парке. В числе приглашенных – только я. Занимаю дальнюю скамейку. Здесь людно, много мамочек с колясками. Солнечный день и долгожданная весна манят всех. В этой суете легко потеряться. Фоновый шум работает лучше музыки для медитации.

С первым глотком кофе прикрываю глаза. Ловлю в бешеном потоке мыслей ту, которая лежит в основе всех остальных. Все просто. Не надо представлять себя в какой-то комнате, не нужно думать о внутреннем ребенке. Есть я, мое сознание, а еще физические якоря в виде кофе и круассана, которые держат меня в реальности.

Что в ней есть, кроме вкусной еды? Проблемы в компании, где я работаю. И по совместительству проблемы у моего мужчины. Могу ли я их решить? Нет. Это и близко не зона моей ответственности, у меня даже знакомых в таких кругах нет. Значит, в это я не вмешиваюсь и просто наблюдаю.

Дальше.

Отношения. Лучшие из всех, которые у меня были. Я любима, избалована вниманием. Мы проводим вечера вместе. У нас шикарный секс, и мы быстро приходим к взаимопониманию. Счастлива ли я в этих отношениях? Да.

А там, где счастье, есть доверие.

Доверяю ли я Ярику? Да. Он ни словом, ни делом не позволил в себе усомниться. Значит, я должна пойти ему навстречу.

Мне страшно. Страшно, что мы не переживем разлуку, что мы не справимся. Страшно, что у Ярослава здесь не получится ничего решить. Страшно, что мы опустим руки и перестанем бороться за свое счастье.

– Вы не против, если я составлю вам компанию? – Я едва не подпрыгиваю на скамейке, когда слышу рядом незнакомый голос.

Открываю глаза и нервно осматриваюсь. Передо мной не кто иной, как Варданов Аркадий Михайлович – генеральный директор «Сезам Строй». Сглатываю вязкую слюну. Теперь сидеть с кофе и наполовину съеденным круассаном неудобно. Не то чтобы я стеснялась человека, на которого работала два года. Просто аппетит пропадает.

Ладони холодеют. Мужчина садится рядом, поправляет полы пальто и улыбается. Он смотрит вдаль, но я ощущаю себя под прицелом.

– Хороша погода, – произносит мечтательно. – Согласны?

Киваю, но, опомнившись, произношу вслух:

– Да. Не скажете, чем обязана такой встрече? – Ненавижу все эти увиливания. Если приходишь к человеку с конкретным вопросом, будь добр озвучить его сразу, а не после того, как задашь десяток неуместных.

– Ох, молодежь, вечно вы куда-то торопитесь и все быстрее хотите решить. – Качает головой и цыкает. – Не всегда спешка помогает. Хотя и бездействие порой хуже, чем самый маленький шаг. – Он поворачивается. Тяжелый взгляд давит, но я не даю себе съежиться. Держу спину так же ровно.

– Вы на что-то намекаете, Аркадий Михайлович?

– Сообразительная, – произносит с довольной усмешкой. – И резкая. Понятно, почему Артур тебя выбрал.