Я сижу на куче камней над озером и пытаюсь сердиться, но не могу больше удовлетворяться этим чувством. Мне нужны извержения вулканов, ураганы, мощные землетрясения. Если бы я сейчас работала над «Морем чудовищ», оркианские чудища расползались бы по странице в поисках добычи. Я жажду возмездия. Мне не нужны пичуги, щебечущие над широким пространством мерцающей поверхности воды, и легкий ветерок, теребящий волосы.

Природа игнорирует мой гнев. Игнорирует все мои эмоции. Я не могу ей пожаловаться, обратиться к ней или рассердиться на нее.

Природе нет до меня никакого дела.

Личные сообщения форума Моря чудовищ

18:43 21 – март – 17 Таящаяся: Наконец-то выбралась из ада. вызывающийдождь: Хаха перестань, походы это не так уж плохо. Грязь! Свежий воздух! КОСТРЫ! Таящаяся: Уверена, с тобой что-то не так. Никто не может до такой степени любить костры. вызывающийдождь: Костры – это потрескивающее счастье. Как оно было? Таящаяся: Родители обнаружили у меня телефон и забрали его. Не разрешили взять с собой блокнот и вообще ничего. Разве он составил бы такую уж большую проблему? Таящаяся: Прости, я знаю, что не должна была жаловаться на это. Всего-то несколько дней. Но они постоянно вытворяли что-то в этом роде, и я не понимаю, почему они не могут остановиться. вызывающийдождь: Думаю, они хотят общаться с тобой. А когда ты работаешь, то отгораживаешься от всего. Таящаяся: Ну и что? Ты тоже так поступаешь. вызывающийдождь: Когда я говорю «отгораживаешься», то имею в виду, что мне приходится стаскивать тебя со стула, чтобы завладеть твоим вниманием. Это не слишком нормально. Разве ты не говорила, что чуть не пропустила Рождество, потому что работала? Таящаяся: Да, но у меня была срочная работа. Очень важная. вызывающийдождь: Может, они в чем-то и правы. Нет ничего хорошего в том, чтобы столько работать с такой интенсивностью. Может, тебе следует посоветоваться с кем-то по этому поводу. Таящаяся: Вот это мило. Это ты мне говоришь, что я должна с кем-то посоветоваться. вызывающийдождь: Не сердись, Элиза. Я пытаюсь помочь. Таящаяся: Я не просила о помощи. вызывающийдождь: Ты и не должна была просить. 18:55 21 – март – 17 вызывающийдождь: Ты меня игнорируешь? 19:03 21 – март – 17 вызывающийдождь: Прекрасно.

18:43 21 – март – 17

Таящаяся: Наконец-то выбралась из ада.

вызывающийдождь: Хаха перестань, походы это не так уж плохо. Грязь! Свежий воздух! КОСТРЫ!

Таящаяся: Уверена, с тобой что-то не так. Никто не может до такой степени любить костры.

вызывающийдождь: Костры – это потрескивающее счастье. Как оно было?

Таящаяся: Родители обнаружили у меня телефон и забрали его. Не разрешили взять с собой блокнот и вообще ничего. Разве он составил бы такую уж большую проблему?

Таящаяся: Прости, я знаю, что не должна была жаловаться на это. Всего-то несколько дней. Но они постоянно вытворяли что-то в этом роде, и я не понимаю, почему они не могут остановиться.

вызывающийдождь: Думаю, они хотят общаться с тобой. А когда ты работаешь, то отгораживаешься от всего.

Таящаяся: Ну и что? Ты тоже так поступаешь.

вызывающийдождь: Когда я говорю «отгораживаешься», то имею в виду, что мне приходится стаскивать тебя со стула, чтобы завладеть твоим вниманием. Это не слишком нормально. Разве ты не говорила, что чуть не пропустила Рождество, потому что работала?

Таящаяся: Да, но у меня была срочная работа. Очень важная.

вызывающийдождь: Может, они в чем-то и правы. Нет ничего хорошего в том, чтобы столько работать с такой интенсивностью. Может, тебе следует посоветоваться с кем-то по этому поводу.

Таящаяся: Вот это мило. Это ты мне говоришь, что я должна с кем-то посоветоваться.

вызывающийдождь: Не сердись, Элиза. Я пытаюсь помочь.

Таящаяся: Я не просила о помощи.

вызывающийдождь: Ты и не должна была просить.

18:55 21 – март – 17

вызывающийдождь: Ты меня игнорируешь?

19:03 21 – март – 17

вызывающийдождь: Прекрасно.

Глава 30

Глава 30

В понедельник стою у своего шкафчика, и мне кажется, что пол трясется под шагами идущего ко мне Уоллиса, рассекающего море учеников, которые стараются поскорее убраться с его пути. Он не выглядит сердитым. Он никогда не выглядит сердитым в школе. А просто безучастным. Запах мыла «Ирландская весна» окутывает все вокруг, когда он останавливается в двух футах от меня и тычет мне под нос листок бумаги. На нем единственная строчка, выведенная его безупречным, похожим на машинопись почерком.

Ты очухалась?

– Очухалась, – говорю я.

Он кивает, убирает листок в карман и прислоняется к соседнему с моим шкафчику. Смотрит он куда-то в другую сторону коридора. Я знаю, он прав и я иногда слишком уж увлекаюсь своей работой. Знаю также, что не была неправа, даже если это прозвучало не слишком мило, когда намекнула, что ему следует показаться кому-нибудь. Следовало бы извиниться. Но если я скажу, что мне жаль, это будет означать, что я считаю, будто ему не нужно ни с кем советоваться.

К концу внеклассного урока создается впечатление, что Уоллис простил меня, по крайней мере отчасти, потому что он присылает мне ссылку на лучший, по его словам, фанфик на тему пятой книги «Детей Гипноса». А к ланчу он вручает мне следующую главу своего варианта «Моря чудовищ». Говорит, что близок к завершению первой книги в серии и окончил бы ее быстрее, если бы столько не навалилось на него в школе.

Проглатываю новую главу. И не слишком понимаю: я в полном восторге потому, что он пишет на придуманную мной тему, или же он просто очень талантлив. Мне нравится считать, что верен второй вариант. Он никогда не выказывает желания показать мне его оригинальные работы, и я никогда не прошу его сделать это. Не представляю, что скажу ему, если они мне не понравятся.

Он тоже никогда не просит меня показать мои оригинальные работы. Иногда я уверена в том, что по той же самой причине. Но в другое время гадаю, а не безразличны ли они ему. Что, если, как и большинству фанатов «Моря чудовищ», ему неинтересно, есть ли во мне что-то еще.

«Море чудовищ» процветает. Минимум пять страниц в неделю, а то и целая глава, если я в ударе. Макс, когда он в Интернете под именем Кузни_Ришта, вынужден особенно много сражаться с троллями. Эмми приходится подключаться каждую пятницу и следить за сайтом, чтобы он не упал. По понедельникам и средам в три часа у нас каждые две недели проходит обязательная чат-сессия, где мы не упоминаем «Море чудовищ», а разговариваем о том, как Эмми заканчивает свой первый год в колледже («Я еще жива»), и о том, как Макс относится к своему новому боссу («сущий демон»).

Выходные я посвящаю Уоллису. Субботы мы проводим с Коулом и Меган, если она может присоединиться к нам, а также с Лис и Чандрой – по компьютеру, если они доступны. Встречаемся мы не всегда в «У Мерфи». Иногда идем играть в боулинг в «Блю-лейн». Как-то мы пошли в парк за нашей школой, где Уоллис и Коул учили меня бросать крученый мяч, а затем по очереди бегали с Хэйзел на плечах, а я тем временем объясняла Меган, как рисовать карандашом пейзаж – большое поле и лес вдали. Спустя какое-то время я вручила ей бумагу и карандаш и лишь давала указания, а рисовала она сама.

– У тебя действительно здорово получается, – говорит она, заправляя за ухо прядь волос и косясь на деревья. – Я хочу сказать, ты хорошо умеешь учить.

– Правда? Несколько лет тому назад я пыталась заниматься со своими братьями, и они обозвали меня злюкой.

– Нет, ты не злюка, – рассмеялась Меган. – Просто немного строгая. Но это хорошо.

Хэйзел радостно визжит. Уоллис поднял ее высоко над головой, будто она сидит в самолете, а Коул притворяется вражеским самолетом, который она должна сбить.

Я больше не называю их «друзья Уоллиса». Они наши друзья. В первую очередь и все еще в основном его, но уже и мои. Я беседую с ними на форумах под ником Таящаяся, даже если Уоллис в этих беседах не участвует. Для кого-то, может, все это и пустяки, но для меня значит очень много.

Когда я не с ними или не общаюсь с Эмми и Максом или с Уоллисом, то присматриваюсь к себе. Стараюсь удостовериться, что не ушла в работу с головой. Но с пятью страницами в неделю это легче сказать, чем сделать. Особенно потому, что комикс уже близок к завершению. Если я все рассчитала правильно, то закончу его к выпуску из школы. Может, я даже не пойду на церемонию вручения диплома, а буду сидеть за компьютером и сама выкладывать заключительные страницы «Моря чудовищ», и планировщик тогда не понадобится.

Я знаю, как все закончится. Как закончится история. Предвижу реакцию фанатов.

Это будет великолепно.

Затем в школе появляется номер «Уэстклиффской звезды», посвященный выпускному.

Эта газета каждый год подробно освещает всего две темы. Первая, разумеется, это Уэллхаусский поворот. Вторая – выпускная церемония в Уэстклифф-Хай. Родители пишут краткие заметки о своих детях-выпускниках и присылают их в редакцию, и газета печатает их с самыми ужасающими фотографиями, какие только может найти, и все в школе читают это и смеются над детьми, уничижительные моменты из жизни которых смакуют родители других детей.