– Надо же, – сухо прокомментировала Софья. – Оказывается, у него все же есть сердце.

Мысленно Эля с ней согласилась, но, написав ответ Саше, все же добавила: «С ним рядом есть кто-то из близких?»

Ответ пришел только через несколько минут.

«Никого нет. Его навещала только ассистентка – отвезла вещи в больницу. Я долго думал, стоит ли ему писать и предлагать помощь. Все-таки написал и получил в ответ короткое “нет”. Перова он попросил не дать мне все запороть, о чем тот сразу всем сообщил. Не знаю, что тут сказать…»

Новость о деле, возбужденном против генерального директора «Иниго», так и не вышла за пределы офиса, и оставалось лишь гадать, каких усилий это стоило адвокатам Колесникова. Сотрудники же разделились на два лагеря. Одни высмеивали его жадность с учетом уровня зарплат на руководящих должностях и говорили, что справедливость в мире все же есть, другие гадали, что теперь будет с самым важным продуктом компании, который когда-то и привлек всеобщее внимание, – Альдой. Все это время имя Саши упоминалось крайне редко, и люди давно привыкли связывать голосового помощника с его начальником. Симпатии сотрудников, работавших над Альдой, все же были на стороне технического директора, и он негласно стал лидером проекта. В какой-то степени это принесло Саше облегчение, – именно он теперь общался с советом директоров, – но Эля видела, как сильно он переживает, что не справится с ответственностью. Она поддерживала Сашу как могла и очень злилась на Колесникова, который не мог удержаться от того, чтобы уколоть его еще раз. Как объяснил Саша, критика всегда была любимым методом нематериальной мотивации у его начальника, и поначалу это действительно помогало сосредоточиться и быстрее выполнять задачи. Но постепенно она становилась все более жесткой, и в последние месяцы даже очень щедрая зарплата не могла помочь побороть раздражение от его слов.

Наконец настал день презентации, которая должна была пройти в офисе «Иниго» для журналистов и блогеров и одновременно транслироваться онлайн. Эля, перед которой Саша неоднократно репетировал речь, чтобы не запнуться в самый неподходящий момент, знала ее наизусть, но все равно ощущала волнение. В последние недели она стала читать все больше постов и статей об искусственном интеллекте и встречала заметки о том, что отсутствие Колесникова – официально – по состоянию здоровья – ставило под сомнение успех новой версии Альды. Оставалось лишь надеяться, что Саша их не видел.