К тому же Роза терпеть не может, когда об нее вытирают ноги, и неважно кто – семья или нет.

– Он снова планирует мухлевать.

– За финальным столом? У всех на глазах, прямо перед камерами? – негодует она. – Для этого нужно быть совсем чокнутым!

– Он не дурак, – вмешивается Томас. – Это будет мухлеж высокого уровня при помощи инфракрасных линз и карт с невидимыми чернилами.

Роза в замешательстве открывает рот. Она говорит, что такого не может быть, что мы не в боевике и что в реальной жизни такого не бывает. Мы одновременно смеемся.

– Ради покера? Серьезно?

– Не ради покера. Ради двенадцати миллионов долларов.

Это ее убеждает. Тито не первый, кто жульничает на покерном турнире подобного масштаба, да и не последний. Он хорошо играет, он богат, умен, и у него есть связи. Если он не уверен в собственных силах, ему крайне выгодно будет смухлевать.

– Откуда вы знаете?

– Мы наблюдали за ним несколько недель. Один из его людей, крупье, слишком ярко отреагировал на наше предложение.

– Сколько ты ему дал? – усмехается Роза, выгибая бровь.

– Слишком много, – со вздохом отвечает Томас.

Мы все объясняем внимательно слушающей Розе и вместе придумываем, как ему противодействовать. Роза предлагает сообщить об этом в казино, но я категорически отказываюсь, объясняя, что донос – это последнее, чего мы хотим.

– Турнир остановят. Это помешает и нашей победе.

– Даже если мы донесем на него уже после победы? – спрашивает Лаки.

– Одна фигня, – говорит понявшая меня Роза. – Под сомнение будет поставлена не только победа Левия, но и весь турнир целиком. Мы не знаем, как долго Тито жульничал. Скорее всего, с самого начала. А это, вполне вероятно, означает, что некоторые игроки выбыли из игры, хотя на самом деле не должны были.

Это да. Поэтому наша цель – помешать Тито сжульничать, а не сдать его.

– Саймону, подкупленному крупье, можно доверять. Осталось только понять, как лучше действовать.

Мы заказываем в номер еду и, обедая за журнальным столиком, продумываем, куда будет лучше нанести удар. Как будто ничего и не случалось. Роза улыбается и со всеми шутит; со всеми, кроме меня.

Мы друг к другу относимся с теплом, но атмосфера между нами по-прежнему напряженная. Будто никто не решается сделать первый шаг. И все же нам необходимо поговорить.