О черт. Восемь лет тюрьмы. Это очень много. И все-таки мать Левия продержалась в российском исправительном учреждении целых десять лет.

– Преступления, связанные с деньгами, считаются одними из самых непростительных, вот почему за них можно дорого поплатиться.

Я не знаю, что чувствую. Я старалась не думать об этом, но теперь-то все по-настоящему. Мой отец предстанет перед судом и в процессе наверняка потеряет свой бизнес. Кто возьмет на себя бразды правления? Кто-то из главных инвесторов? Моя мама? Уж точно не я!

– У твоего отца очень хорошие адвокаты, – успокаивает меня Левий, – и большое влияние. Его приговор не будет излишне суров.

Прямо сейчас я даже не знаю, хорошо это или плохо.

* * *

С момента окончания турнира прошла неделя. Когда утром, как и в любой другой день, я просыпаюсь в объятиях Левия, я уже все знаю. Я это чувствую. Сегодня день Икс. Потому что все хорошее когда-то заканчивается.

Я завтракаю, сидя у бассейна; ко мне присоединяется Левий, одетый в одни плавки. Все точно так же, как и всегда. Но тишина затягивается, и я понимаю, что была права. Он просто не знает, как об этом сказать.

Поэтому я решаю ему подыграть. Я пользуюсь этим днем на полную. Я вожу его по магазинам, а он приглашает меня пообедать в хорошем ресторане морепродуктов. На обратном пути мы проходим мимо Маленькой свадебной часовни Лас-Вегаса, где венчались многие знаменитости, среди которых Джонни Депп, Фрэнк Синатра и Мэрилин Монро.

– Хочешь взглянуть? – весело предлагает Левий.

– Мы уже женаты, amore mio, – шучу я, но все равно следую за ним.

Мы с любопытством переступаем порог в виде сердца. Внутри фотографируется какая-то безумная парочка. Их снимает невысокая, широко улыбающаяся блондинка – наверняка подружка невесты.

Я смеюсь, замечая невесту – девушку с волосами уже вымывшегося розового цвета, которая одной рукой держит бутылку шампанского, а другой – шею своего жениха.

– Зои Камара, берешь ли ты Джейсона Делоне в свои законные мужья? – спрашивает точная копия Элвиса.

– Беру! – выкрикивает она на ломаном английском, явно слегка навеселе. – Я принимаю тебя, твоих ботанских котов и дурацкую татуировку на заднице…

Стоящий рядом Левий усмехается и шепчет мне на ухо:

– Как думаешь, они пожалеют об этом, когда протрезвеют?

Я смотрю на них и против собственной воли умиляюсь. Вышеупомянутый Джейсон тоже соглашается, не без возмущения по поводу того, как были оскорблены его кошки, и крепко ее целует. Подружка невесты плачет, словно в последний раз, но ее очень быстро утешает стоящий рядом парень, по всей видимости, ее возлюбленный. Они говорят не на английском, но я вроде как понимаю, что все дело в гормонах. Опустив взгляд, я замечаю, что она действительно беременна.