– Отмечать?

– А как же! Отмечать. И с размахом. Поймать серийника собственными силами. Такими темпами ты к тридцати дослужишься до капитана, а то и майора юстиции. Сколько тебе до них?

– На прошлой неделе исполнилось двадцать шесть.

– Так это еще один повод отметить! – воскликнул Баскаков, хлопнув его по плечу. – Выбирай место, мы тогда с парнями все организуем.

– Кстати, о месте. Мне ведь нужно выехать на места захоронений. Вященко дал указания…

– Парни уже уехали. Да ты чего? – удивился он, заметив наконец настроение Белого. – Расслабься, парень. Ты молодец! Весь отдел на уши поднял, даже Щербатая в приятном шоке от твоих способностей.

– Я не единственный его поймал. Это результат общей слаженной работы следственной группы.

– Тьфу на тебя! Скромник. Давай уже, сбрось с себя это. Релакс, как говорят пиндосы. Мы справились. Можно и отметить это всем коллективом.

Александр неуверенно кивнул и ухватился за телефон, который протяжно завибрировал и затих. Он разблокировал экран и замер, затаив дыхание. Сердцебиение за секунду ускорилось почти вдвое, руки задрожали и текст сообщения перед глазами немного поплыл от неожиданного головокружения. Трепет, потрясение, восторг и предвкушение слились в шипящий коктейль, мгновенно заставив опьянеть от эмоций.

В давно ставшей односторонней переписке появилось новое сообщение от Алисы с адресом и короткими, но внушающими надежду в полное любви сердце Белого, словами: «Я хочу встретиться».

III

Обычно закрытый на выходных парк встретил его безлюдными, укрытыми тенью тропинками и светлеющим в закатном солнце фасадом Аничкова дворца. Белый не спеша двигался по шуршащей под ногами гранитной дороге и выискивал взглядом девушку, с которой жаждал поговорить. Они условились встретиться здесь, в семь часов вечера, второго сентября.

Он увидел ее сидящей на скамье вблизи Павильона Росси. Черные волосы мягкими лентами ниспадали на открытые плечи, черный асимметричный топ открывал взгляду нежную кожу живота и линии груди. Сердце екнуло, стоило ему заметить кулон в форме клевера на шее девушки. Его кулон. Александр верил, что она будет носить этот подарок, но ни разу не видел его на ней, потому уже потерял всякую надежду, но вот Алиса сама проявила инициативу спустя почти три месяца молчания… и надела его. «Значит, помнит обо мне? Значит, что-то чувствует?»

Она заметила его приближение и встала, отдернув пальцы от лица и прижав к груди. «Не изменилась, – с облегчением подумал Белый. – В чем-то так и не изменилась». Скрыть волнение было невозможно, потому, не отрывая взгляда от ее лица, он с дрожью в голосе сказал: