Дэниел вздрагивал каждый раз, когда она произносила «в порядке». Я не говорил ему, что мои родители расстались, но он, похоже, воспринял эту новость спокойно. Он прекрасно относился к моему отцу, хотя переезд отца вряд ли мог подействовать на него так же сильно, как на всех нас. Наверное, для него это что-то значило только потому, что причиняло боль моей маме.

– Я собирался зайти раньше. Проезжал мимо, наверное, раз десять.

Мама уткнулась взглядом в свою кружку, помешивая в ней ложкой.

– Я уверена, что ты был занят.

– Нет, не был. – Его прямота застала ее врасплох, так что ложка звякнула о кружку. – Я думал, что вы не захотите меня видеть.

– Нет. – Мама крепко зажмурилась, а потом снова открыла глаза. – Это не так.

– Я не хотел заставлять вас видеть меня.

Она никак не отреагировала, как будто ожидала, что он скажет что-то в этом роде.

Дэниел опустил руки под стол.

– Я не хотел, чтобы вы притворялись, улыбаясь мне, говорили, что все в порядке, когда мы оба знаем, что его не стало из-за меня.

Она втянула в себя воздух, что больше походило на всхлип.

– В любом случае я скоро уезжаю. В следующем месяце моя мама выйдет из больницы, и я уже упаковал почти весь ее скарб.

Мамины наполнившиеся слезами глаза остановились на нем.

– Мне очень жаль, Дэниел.

– Так будет лучше, новый старт… без него.

Мама протянула руку, и ее пальцы легонько постучали по столу в ожидании его руки. Дэниел по-прежнему держал руки на коленях.

– Нет, я не поэтому… – Он опустил голову. – Я никогда не говорил вам, почему не пришел в ту ночь. – Мамины пальцы сжались, и я почувствовал, что мои пальцы повторяют ее движения. – Я не говорил, потому что у меня нет веской причины. Он не был пьян в ту ночь и не зверствовал, и она не боялась. Я просто не хотел уходить, когда ей было хорошо.

Мамины плечи затряслись, и голос Дэниела сорвался.

– В ту ночь я мог бы уйти. Я должен был находиться здесь. Грег должен был спать в доме, и вы бы сейчас не сидели здесь и не плакали. Моя мама сейчас в таком состоянии, и я…