— Вот так, — бормочет он у моей кожи. — Отдайся мне.

Его слова сбрасывают меня через край. Я кончаю с криком, моё тело сжимается вокруг него, волны удовольствия накрывают меня. Ритм Нокса сбивается, пока он смотрит, как я рассыпаюсь под ним.

— Боже, ты потрясающая в этот момент.

Я всё ещё дрожу, когда он вновь начинает двигаться — глубже, сильнее.

— Нокс… — выдыхаю я, чувствуя, как вторая волна оргазма накатывает слишком быстро. — Я не могу…

— Можешь, — отвечает он, голос охрипший от напряжения. — Ещё раз, Джульетта. Кончи для меня ещё раз.

Его рука скользит вниз и начинает ласкать мой клитор с разрушительной точностью. Сочетание ощущений невыносимо — он внутри меня, а его пальцы творят чудеса. Его взгляд держит меня в плену.

Я разлетаюсь вновь, сильнее, чем прежде, мир расплывается по краям. На этот раз он следует за мной, глубоко входя в последний раз, моё имя — тихая молитва на его губах, пока он пульсирует внутри.

Мы цепляемся друг за друга, приходя в себя, наши тела покрыты потом, сердца бьются в унисон. Нокс перекатывается на бок, притягивая меня к себе. Его рука обнимает меня, прижимая ближе.

Он откидывает прядь волос с моего лица, его прикосновение невероятно нежное.

— Ты в порядке? — шепчет он, целуя меня в висок.

Я киваю, не в силах подобрать слова, чтобы описать бурю эмоций внутри.

— Я не сделал тебе больно?

— Нет, — шепчу я, наконец находя голос. — Это было… у меня нет слов.

Я провожу пальцами по линиям его груди, наслаждаясь теплом под кожей.

— Такого со мной ещё никогда не было, — признаюсь я.

Его рука сильнее сжимает мою талию, притягивая к себе с такой собственнической жадностью, что у меня перехватывает дыхание. А затем его губы захватывают мои.

Каждая мышца его тела напряжена, когда он снова поднимается надо мной. Его движения, словно он на грани, заставляют моё сердце биться ещё сильнее. Боже, мне нужно больше. Этого мало.

Его губы касаются моего уха: — Говори громче, лесси. Если хочешь большего, мне нужно это услышать.

Я замираю, осознавая, что произнесла слова вслух. Щёки вспыхивают, пульс стучит в ушах. Назад пути нет.

Я вновь обвиваю ногами его талию, прижимая к себе, двигая бёдрами навстречу. Мой голос дрожит от отчаяния: — Мне нужен ты. Мне нужно больше тебя.

Он входит в меня с дьявольской ухмылкой, голос опускается в низкий, порочный шёпот. — Вот же…

Ну что ж, трахните меня.

Буквально.

Глава двадцать девятая

Глава двадцать девятая

Нокс

Быть внутри неё, чувствовать этот жар — это не похоже ни на что, что я когда-либо испытывал. Её тесное, горячее лоно втягивает меня, и я теряюсь в ритме и сладком вкусе её кожи.

Она чертовски прекрасна, когда кончает, произнося моё имя. То, как она сжимается вокруг меня — плотные, пульсирующие кольца, тянущие меня глубже. Я думал, что уже выжат, но напряжение снова нарастает, безудержная волна накрывает меня, и я вновь разряжаюсь в ней. Это самое освобождающее чувство, что я знал. Она здесь. И она моя.

Никто ещё не проникал под мою кожу так, как она. Она — не просто очередное лицо. Никогда им не была. Это что-то большее, что-то, что медленно прокрадывается в меня и меняет. Она ничего не требует. Её смех, её вызов одним взглядом заставляют меня рушить границы, которые я сам себе выстроил. С ней мне не нужно быть сильным, молчаливым. Для того, кто годами защищал других, это чёртово откровение.

Я не думал, что когда-нибудь позволю кому-то подобраться так близко снова, но вот она — тянет меня к себе, даже не пытаясь. Я не могу отрицать: я люблю её. Она — та тишина, о которой я не знал, что нуждаюсь, но и та буря, что сотрясает всё, что я думал, знаю о себе.

Я провожу пальцами по её волосам, пряди скользят между ними, её ровное дыхание синхронизируется с моим.

Огонь между нами даже не начал угасать. Он всё ещё здесь, скрытый, но живой, пульсирующий под кожей.

Я не хочу думать о том, что будет дальше. Не могу себе этого позволить. Внешний мир с его шумом и обязанностями кажется сейчас таким далёким. Как будто его не существует. Важно только это — она, здесь, в моих руках. Мне нужно это.

Время мчится, а я гонюсь за ним, стараюсь ухватить каждую секунду, сделать её значимой. Это слишком ценно, чтобы тратить. Каждый миг, каждый вдох, каждый взгляд — то, что я хочу запомнить, то, что возьму с собой, когда мир снова вернётся, чтобы не потерять почву под ногами.

— Джульетта, — мой голос низок, почти шёпот, но она слышит. Поднимает взгляд, мягкая прядь волос скользит по её плечу, её глаза встречаются с моими.

Я открываю рот, чтобы заговорить, но слова застревают где-то в груди. Делаю глубокий вдох, пытаясь унять бурю мыслей. Хочу рассказать ей всё, что копилось внутри, но страх сжимает меня.

Вместо этого рука сама собой тянется, отбрасывая прядь волос с её лица — простой жест, скрывающий весь груз того, чего я не могу сказать.

На миг в её глазах мелькает тень разочарования, и это бьёт по мне. Если я скажу, пути назад не будет. Но мне нужно, чтобы она почувствовала то, что я пытаюсь выразить.

Я притягиваю её к себе, обнимаю так, словно могу удержать здесь навсегда. Сосредотачиваюсь на том, чтобы запомнить каждую деталь: изгиб её бёдер, веснушки на носу и щеках, её полные губы, так идеально сочетающиеся с моими.

Она слегка шевелится, её голос прорезает тишину: — О чём ты думаешь?

Я не хочу нагружать её своими тревогами, но давление быть честным душит. Я сглатываю, заставляю себя говорить, даже если это лишь часть того, что у меня на сердце:

— Думаю, что хочу больше времени с тобой, — мой голос хрипловат, уязвимый. — Думаю, что то, что между нами — это не то, что я хочу закончить.

Её глаза расширяются, вглядываясь в мои. Я почти вижу, как она переваривает моё признание, примеряет его к своим ожиданиям.

— Нокс… — шепчет она. Моё имя на её губах сжимает что-то у меня в груди. Она переворачивается на бок, опираясь на локоть. Простыня сползает, обнажая изгиб её груди, и, несмотря на всё, что только что было, жар вновь сворачивается внутри меня.

— Я не ожидала этого, — наконец произносит она. — Когда я сюда пришла, я думала… сама не знаю, что думала. Но точно не об этом.

— Сожалеешь? — спрашиваю я, стараясь удержать голос ровным, несмотря на внезапную стянутость в горле.

Она быстро качает головой, не отрывая от меня взгляда. — Нет. Боже, нет, Нокс. Никаких сожалений. — Её пальцы очерчивают линию моей челюсти, и от этого мягкого прикосновения по мне проходят горячие волны. — Я просто не была готова к тому, как это будет ощущаться.

Я ловлю её руку и прижимаю поцелуй к её ладони. Облегчение накрывает почти оглушающе.

— Я не силён в этом, — признаюсь я. — В разговорах.

Её смех мягкий. — Я заметила.

Тяжесть реальности опускается на меня, и во мне просыпается привычное желание отстраниться. Но мысль о том, что она уйдёт, а я не попытаюсь за это побороться — хуже любого страха.

Встреча с юристами всего через несколько дней. Если я смогу пройти через это и уйти с ответами, тогда наконец смогу встать перед ней как человек, заслуживший право попросить её остаться.

— Я не хочу всё испортить, — говорю я, большим пальцем очерчивая изгиб её щеки. — Словами, которые могут прозвучать неправильно, или обещаниями, которых я пока не могу сдержать.

Она кивает, но я вижу вопросы, плавающие у неё в глазах, ту самую неуверенность, которая копится с момента нашей встречи. Мне нужно дать ей хоть что-то, даже если я пока не могу дать всё.

Я притягиваю её ближе, вдыхая её запах.

— Давай просто… будем здесь. Сейчас. Друг с другом. — Я прижимаю губы к её лбу. — Обещаю, мы поговорим перед твоим отъездом. По-настоящему поговорим. О том, что это такое.

Её тело расслабляется, напряжение уходит с плеч. — Обещаешь?

— Обещаю, — и я действительно это имею в виду. Больше никаких полуправд и молчания. — Сегодня ночью я просто хочу чувствовать тебя.

Она смотрит на меня снизу вверх, в её голосе низкая, дразнящая нотка: — Ну, если ты продолжишь так говорить, я, пожалуй, заставлю тебя сдержать это обещание.

Я не могу сдержать смешок, он вырывается сам. И это приятно. Слишком приятно.

Я бы сдвинул горы, чтобы она была в моей жизни. Сжёг бы мосты, прошёл сквозь огонь, пожертвовал всем, что знаю, лишь бы она была рядом.

Я осторожно выскальзываю из постели, избегая скрипа половиц. Джульетта всё ещё там, спутанная в простынях, в мягком утреннем свете. Её тёмные, растрёпанные волосы разметались по подушке волнами, от чего она кажется ещё красивее. На мгновение я просто смотрю на неё. Она вздыхает во сне, её лицо спокойно и невинно, ничто не крадёт её покой.

Улыбка сама тянется к моим губам. К этому я бы мог привыкнуть. Просыпаться и видеть её в своей постели. Слишком чертовски идеально.

Но я не могу остаться навсегда, как бы ни хотелось.

Спускаясь по лестнице, я замечаю телефон на кухонной стойке, там, где оставил его в спешке прошлой ночью. Забавно, как легко Джульетта втянула меня в свою орбиту, заставив всё остальное показаться незначительным.

В животе неприятно сжимается от предчувствия, когда я беру его, экран загорается чередой пропущенных сообщений и голосовых.

Финн.

— Чёрт, — выдыхаю я, тут же набирая его, даже не прослушав сообщения.

— Куда, к чёрту, ты делся вчера вечером? — сонно, но раздражённо отвечает он.