Глубоко вздохнув, я заставила себя подняться и начала собираться. Достав платье из чехла, я положила его на кресло. Быстро приняла душ и наспех побрила ноги, отчего ниже колена потекла тонкая красная струйка. Схватив тушь Жасмин, я густо накрасила ресницы, а затем нанесла блеск на губы.

У меня не было никакого желания делать праздничный макияж в отличие от некоторых девчонок, считающих бал чем-то большим, чем просто танцульками. Да и, в принципе, я этого не умела. Удовлетворившись отражением в зеркале, я, быстро перебирая ногами, натянула платье, стараясь его не порвать. Повернувшись к окну, я подышала на стекло и нарисовала улыбку. Наконец я вышла из комнаты и, распутав на ходу волосы, кинула расческу куда-то в угол.

Спускаясь по лестнице, я увидела спину Джана. Он стоял около камина и рассматривал фотографии на полке. Я нахмурилась. Надо было их убрать, слишком личные снимки.

– Это твоя мама? – не поворачиваясь, спросил он, когда я подошла.

На нас смотрела улыбающаяся женщина с белоснежными волосами и зубами. Многие говорят, что я на нее похожа, и, кажется, Джан подумал о том же.

– Да, – всего лишь ответила я немного дрожащим голосом. Из-за этих фото все внутри словно сжимается. Услышав грустные ноты, он обернулся.

– Прости, мне не стоило спрашивать, – его лицо приобрело печальную гримасу.

– Все в порядке. – Я поставила цветы в вазу и, взглянув на Джана, улыбнулась: – Я готова.

– Тебе очень идет это платье и улыбка.

Мое лицо стало пунцовым.

– А тебе идет этот черный смокинг.

Теперь ухмыльнулся он.

Когда мы вышли из дома, я надеялась, что не увижу лимузин, как бывает в сказках и подростковых фильмах. Я не фанат подобных клише. Хотелось просто сесть в машину к кавалеру без лишней суматохи.

Я облегченно выдохнула, когда увидела обычный седан без водителя. Джан открыл дверь с пассажирской стороны, и я, поблагодарив его, забралась внутрь.

Приятный аромат корицы и красного перца сразу же защекотал нос. Неожиданно мне вспомнились слова Криса: «Так пахнет небо», – произнес он, когда я сказала, насколько у него необычный запах.

Если бы парни не уехали, меня бы пригласил кто-нибудь из них на бал? Я бы с удовольствием согласилась, и мне было бы спокойнее, ведь я успела привыкнуть к обоим. Без них уже было не так тяжело. С каждым днем я все больше смирялась с вернувшейся пустотой. Скоро надо будет поступать в университет, и у меня совсем не останется времени думать ни о кошмарах, ни о том, что случилось в лесу, ни о Крисе и Скотте. Скоро я их забуду.

Это самая большая ложь в моей жизни – их невозможно забыть.

– Все нормально? – спросил Джан, когда мы выехали на трассу. Он кинул на меня быстрый взгляд, а потом снова сконцентрировался на дороге.

– Да. Почему ты спрашиваешь?

– Твое лицо какое-то грустное.

– Тебе показалось, – слишком резко ответила я. – Прости.

– Ничего страшного, – Джан дотронулся до моей руки, но я ее быстро отдернула. Мне почему-то были неприятны его прикосновения, а ведь когда-то я бы отдала ради них все на свете.

Парень заметил мое недовольное выражение и больше не пытался ко мне прикоснуться. Я смотрела в окно, за которым уже начинало потихоньку темнеть. Облака снова затянули небо, и я невольно начала разглядывать их. С тех пор как Крис исчез, это стало моим повседневным занятием. Я начала верить в эту небылицу с улыбками. Каким-то образом она меня успокаивала. Я понимала, что, возможно, рисую эти улыбчивые облака при помощи воображения, но мне это нравилось.

Больше всего я скучала по Скотту, ведь с ним мы не виделись дольше. Мне не хватало его грубой, демонической внешности. С тех пор как мы подружились, Скотт стал неотъемлемой частью моей жизни, и разлука с ним причиняла боль.

– Что с твоими глазами? – ворвался в мои размышления Джан.

– А что с ними?

– У меня очень хорошая память, они ведь были светло-серые?

– А сейчас какие?

– Как самые темные тучи, такие дымчатые, – он скривился. – Я не люблю подобный цвет.

– Придется потерпеть или не смотреть на меня, – съязвила я.

– Нет-нет, к тебе это не относится. Мне нравятся твои глаза, какого бы оттенка они ни были. Так что случилось? Это линзы?

– Нет, – произнесла я на выдохе. Мне совершенно не хотелось объяснять Джану, в чем дело. Но и врать тоже не было никакого желания. – Просто, когда я грущу, по-настоящему печалюсь, они темнеют.

– Тебе сейчас плохо?

– Есть немного.

– Расскажешь?

– Прости, но…

– Я все понял. Ты имеешь право на секреты. Просто знай, если захочешь с кем-нибудь поговорить, я всегда на связи, – Джан подмигнул мне.

– Почему ты такой?

– Не понял.

– Ты не замечал меня очень долго, больше полугода, а сейчас предлагаешь свое плечо и утверждаешь, что я всегда могу тебе поплакаться.

– Неправда. Я постоянно смотрел на тебя, но никак не решался подойти. Может, со стороны я выгляжу слишком самоуверенным, но в каждом парне живет частичка добра.

Я никогда не поверю в эти слова, даже если они искренни. Есть злые и добрые люди. Зло и добро – эти понятия несовместимы. Человек либо выбирает плохую сторону, либо хорошую. Возможно, самовлюбленные люди могут беспамятно влюбиться и оберегать тех, кого любят, но это уже другая история. Ко всем сразу добрым никогда не стать.

– Может быть, – я решила не спорить.

Когда мы подъехали к воротам школы, я начала глубоко дышать, и Джан, кажется, это заметил, так как взял меня за плечи и повернул к себе лицом.

– Эй, успокойся. Я буду рядом, никто тебя не обидит.

– Не в этом дело. – Он непонимающе посмотрел на меня. – Я просто не привыкла ходить в платьях и танцевать с парнями. Я не умею танцевать. – Теперь Джан засмеялся.

– Не беда, этому можно научиться. И я не буду злиться, если ты будешь наступать мне на ноги.

– Спасибо.

– Готова?

Я кивнула.

Он открыл для меня дверь, и я не могла не оценить этот жест. Улыбаясь, я выбралась из машины и взяла парня под руку. Мы шли медленно, а из школы слышалась музыка. Я все так же учащенно дышала и молилась, чтобы все прошло лучше, чем просто хорошо.

Джан распахнул передо мной входную дверь и жестом пригласил внутрь. Сглотнув, я сделала шаг и всеми силами попыталась отогнать страх и волнение.

Коридор за коридором – и вот мы в спортивном зале. Он был освещен только гирляндами, поэтому я плохо различала лица учеников, которых, кажется, собралось слишком много. Никто не смотрел на меня. Более того, никто даже не заметил, как мы появились.

– Я принесу пунш! – крикнул мне на ухо Джан, чтобы музыка не заглушила его слова.

– Спасибо, – точно так же ответила я, и, когда он направился к длинным столам с закусками и напитками, я села на лавочку, подперев рукой подбородок.

Все были такие красивые, счастливые и яркие, что я не могла сдержать улыбку. Кто-то разбился на пары, а некоторые собирались группками и громко смеялись. Хотелось подойти к ним и узнать причину веселья.

– Скарлетт! – радостно воскликнула учительница физики слева от меня.

У нас всегда были особые отношения, она была мне как вторая тетя, но со временем наша дружба иссякла, и у каждого появились свои дела. Я уже и забыла, когда мы последний раз пили чай.

– Мисс Элис! – Я была не менее рада. Женщина опустилась рядом со мной и протянула стакан пунша. Я не смогла отказаться, думая, что Джан поймет. Кинув взгляд в сторону столов, я не заметила своего спутника. Быть может, он пошел к друзьям.

– Не ожидала тебя здесь увидеть.

– Сама удивлена.

– Кто твой кавалер? – ткнула она меня локтем.

Мои щеки покраснели.

– Джан.

– Джан? Твой одноклассник?

– Да.

– Хм, ты уверена? – Элис нахмурилась, и я посмотрела на нее, ничего не понимая.

– Конечно. Что-что, но зрение и память на имена у меня всегда были хорошими.

– Ладно, – скептически сказала она.

– А в чем дело?

– Ни в чем. Просто забудь. Я, наверное, ошиблась. Как дела у Жасмин?

У Элис и тети хорошие отношения. Они часто созваниваются, и иногда Элис заходит к нам в гости. Она молодая, на два года старше Жасмин. Мне нравится их дружба, я никогда не остаюсь в стороне, они постоянно приглашают меня принять участие в их посиделках. Мы можем беседовать долгими часами, так как всегда находим общие темы. Но опять же, со временем это стало происходить все реже и реже.

– Хорошо, все так же много работает, думаю, скоро должна найти себе парня. – Не стоило упоминать про ту ночь, когда я застала тетю на балконе за разговором с воздухом на непонятном языке.

– К слову о парнях… – Элис указала взглядом в сторону, и я повернулась. К нам направлялся Джан со стаканом пунша. – Отдыхай. Если что, я рядом. – Она подмигнула и удалилась, а Джан сел на ее место.

– Прости, что задержался. Вижу, меня обогнали, – указав на бокал, сказал он.

– Все нормально.

– Не хочешь потанцевать?

– Давай попробуем.

Поставив стакан на стол рядом с лавочкой, я протянула руку в ответ на приглашение Джана. Он нежно обхватил мои пальцы и повел меня на середину импровизированного танцпола. Волнение вернулось. Я смотрела себе под ноги, возобновив молитвы о том, чтобы не оттоптать ноги кавалеру.

Джан положил одну ладонь мне на талию, а второй все так же держал мою руку. Глубоко вздохнув, я дотронулась до его плеча и обратила внимание на пару рядом. Мы танцевали точно так же, и я пыталась повторять за девушкой. Видимо, Джан заметил это, так как тихо засмеялся и попросил смотреть на него, а не по сторонам. Танцевать оказалось легче, чем казалось, и спустя минуту я уже чувствовала себя увереннее.