Я шокированно распахиваю глаза, когда страстный, быстрый поцелуй переходит в медленный и ласковый. Так Блейн меня еще не целовал, и мое сердце наполняется любовью к этому парню. Из-за проявленной нежности в уголках закрытых глаз скапливаются слезинки. Слезы счастья, радости.

– Ах! – вскрикиваю я, резко отстраняясь от его губ.

Все сентиментальные мысли прерываются, когда я чувствую его внутри себя. Блейн хитростью заставил меня позабыть о страхе.

Слезы, которые скапливались от счастья, теперь катятся по щекам из-за боли. Блейн поглаживает мое бедро, не двигаясь и покрывая поцелуями лицо, и слизывая кончиком языка стекающие капли.

Спустя некоторое время, когда неприятные ощущения уже не чувствуются так остро, Блейн проводит рукой по моей щеке и спрашивает:

– Ты в порядке?

– Теперь да, – отвечаю я и слегка улыбаюсь, убеждая его, что со мной действительно все хорошо. – Я хочу, чтобы ты продолжил.

– Я тоже этого хочу, но боюсь снова причинить тебе боль.

– Хуже уже не будет. Давай же, Блейн, где твоя уверенность?

Эти слова задевают его, и тогда он начинает двигаться. С каждым толчком ощущения становятся приятнее и приятнее. Вскоре боль вовсе пропадает, и я рискую ответно дернуть бедрами, встречая его на полпути.

– Господи, Хейли, – шепчет Блейн, удивленный моим участием в процессе.

Прижавшись своим лбом к моему, он смотрит, как под одеялом двигаются наши тела. Взяв в ладони его лицо, заставляю парня посмотреть на меня и целую.

У меня не получается не целовать его. Мне это жизненно необходимо. Мне нравятся его губы, пухлые и идеально очерченные, они влекут меня. Эти губы говорили мне слова поддержки, обещали безопасность, успокаивали, когда было плохо. Я люблю их и готова целовать их вечно.

Его движения становятся все быстрее и быстрее, и вскоре Блейн совсем теряет голову. Одна его рука до боли сжимает мои ягодицы. Он входит в меня так сильно, резко и грубо, что я зажмуриваюсь, а мои стоны разносятся по всей квартире.

Подходя все ближе к финалу, я сильнее царапаю его спину. Так не хочется, чтобы все заканчивалось. Так прекрасно быть с ним одним целым. Я боюсь, что умру от передозировки счастья.

– Блейн… Боже, как хорошо, – шепчу я. – Сильнее, молю!

И он даёт мне то, что я прошу. Перед моими глазами все расплывается от удовольствия. Я запускаю одну руку в его волосы, крепко сжимая пряди, а второй продолжаю впиваться в его кожу на спине. Чёрт, да я вся горю!

Сделав последний толчок, Блейн замирает и опирается на дрожащие руки, чтобы не придавить меня своим внушительным телом. Немного успокоившись, медленно опускается на меня. Я обнимаю его за шею, наше тяжелое дыхание заполняет комнату. Блейн пытается выйти из меня, но я сильнее обхватываю его руками и ногами, безмолвно прося этим не спешить. Как же хорошо…