— Да ты и правда всегда думаешь только о себе, эгоист хренов, — брат заржал и похлопал меня по плечу.

Я сжал челюсти, снося его подколы, но Янис категорически прав. Я — матёрый эгоист, которому предстоит ещё долгая кропотливая работа над собой. Ради Катюши и дочки я готов на это и многое другое. Наверное, на всё. Умру, если понадобится ради них.

— Почти на месте, — подал голос охранник, который находился за рулём.

Мы с братом расположились на заднем сиденье.

— Надеюсь, никаких осечек не будет. Я не хочу, чтобы моя дочь росла без отца.

— Макс, не ссы. Я в Валере не сомневаюсь.

Янис пытался держаться и делать вид, что мы направляемся на рядовое обычное дело, но я видел, как он напряжён.

— Я тоже не сомневаюсь, но чёрт его знает… Жизнь бывает очень непредсказуема.

***

Мы подъехали к ресторану в назначенное время. За нами ехали несколько машин охраны.

Выйдя из машины, мы просканировали всё вокруг. Парковка практически пустая, только несколько машин Лисевского припарковались с другой стороны. Мы кивнули друг другу, не обмениваясь рукопожатиями, и направились в ресторан. Он был не один, а в компании своего телохранителя. Впрочем, мы с братом тоже не рискнули ехать сюда без подмоги.

— Моё условие остаётся в силе, — как только мы сели за стол полупустого ресторана, заявил Лисевский.

— Я не разведусь с Катей, — отчеканил я.

Хер тебе, а не развод.

— Ты не можешь держать её вечно в доме, я всё равно до неё доберусь, — противно осклабившись, откинулся он на спинку дивана.

— Тебе не кажется, что ты слишком борзый, а? — не выдержав, Янис вступил в диалог.

— А ты, щенок, вообще рот закрой, — рявкнул тот. — Я вас уничтожу. Вы потеряли семьдесят процентов товара. Сделки рушатся, как и вся ваша пирамида Витебских! — его глаза загорелись.

Мои же налились кровью, и я подался вперёд через стол.

— И ты поэтому решил, что можешь решать всё за всех? Мы знаем, кто заказчик, Лисевский. Ты сам на крючке. У тебя сплошные долги, и если завтра тот, кто заставляет тебя идти на преступление, прекратит тебя поддерживать, ты же сдохнешь. Не мы, так другие тебя прикончат.

Жирный хрен округлил глаза, схватился за галстук, ослабляя его трясущимися руками, и готов был уже соскочить со стула, как в этот момент прозвучали выстрелы…

Глава 54. Максим

Глава 54. Максим

Глухой писк барабанил в висках, ноздри наполнились неприятным знакомым запахом. Я попытался сделать глубокий вдох, но лёгкие запылали огненной болью. Писк слился в звуковую какофонию, от которой мозг скручивало в кашу.

Я с трудом открыл веки. Яркий свет вонзился в глазные яблоки, причиняя боль. Я снова закрыл глаза, чтобы резь притупилась. Попытался пошевелиться, но тело, по ощущениям, словно сковало бетонной плитой.

— Макс, твою мать, ну наконец-то, — послышался сквозь туман уставший голос брата.

Я проморгался и, совладав с собой, уставился перед собой. Всё плыло и принимало размытые очертания, но я кое-как мог разобрать образ Яниса, стоявшего напротив.

— Что… — попытался выдавить из себя слово, но сил хватило всего на несколько звуков.

— Поговорим, как придёшь в себя. А сейчас тебе нужно отдохнуть.

Я только и смог что-то промычать в ответ, потому что слова и силы застряли где-то на выходе.

Краем глаза я попытался осмотреть палату в надежде отыскать родные глаза, но сон снова утащил меня в своё грёбаное царство.

В следующий раз, когда я пришёл в себя, моё тело уже реагировало на попытки движения. Я распахнул глаза и, как мог, повернул голову в сторону двери.

Не прошло и минуты, как в палату зашла медсестра.

— Максим Алексеевич, вы очнулись… — охнула девушка и подскочила проверять мой пульс и мониторить какие-то данные на экране.

— Можно воды? — прохрипел я.

Спустя секунду я сосал воду через трубочку и ругался про себя благим матом. Конечно, тело всё ещё не слушалось.

— Что со мной случилось? — спросил я девушку, когда она собиралась выходить из палаты.

— В вас стреляли, и вы чудом остались живы. Остальное расскажет ваш брат, — она попрощалась и оставила меня наедине со своими мыслями.

Блядь, я совсем ничего не помню. Только какие-то отрывки. Как мы приперли Лисевского с его махинациями. Потом послышались выстрелы, после чего в памяти — чёрная дыра.

Я бы дальше продолжал насиловать свой мозг, если бы в палату не вошёл Янис.

— Охуеть, — выдохнул он с хрипом. — Ты живой.

Я готов был заржать, но не хватило воздуха в лёгких.

— Иди в жопу. Что случилось?

— Ты, Макс, родился в рубашке. Зуб даю. В тебя стрелял киллер, и пуля только чудом прошла в нескольких миллиметрах от твоего сердца.

Он плюхнулся на стул и заломил руки за голову. Таращился на меня молча несколько минут. А я — на него.

— Я даже в церковь пошёл, прикинь, — цокнув языком, Янис хмыкнул.

— Это я тебя до такого довёл? — попытался я пошутить.

Он помотал головой.

— Это Катя затащила меня туда. Она как узнала, что ты в реанимации, тут же потребовала приехать сюда. Но какой смысл ей было торчать тут? Мы ещё не знали, выкарабкаешься ты или нет.

Сердце в больной груди издало хлюпающий всхлип. Оно болело и испытывало тоску по женщине, которая ценит меня больше, чем должна.

— Как она? — спросил я тёплым голосом.

— Дома с мелкой. Переживает. А ты, свинота такая, постоянно делаешь ей больно.

Горький ком подкатил к горлу. Я заморгал часто, иначе разрыдался бы как пацан.

— Ладно, не реви. Отправлю твою Катю сюда с охраной. Она и так съела весь мой мозг ложечкой.

— Так что произошло? — я попробовал приподняться на подушке, но лишь крякнул досадливо и вжался в неё головой.

Янис вытянул губы трубочкой, затем нахмурился и тяжело вздохнул.

— Лисевского застрелили. Мы успели поймать киллера, он был на крыше соседнего дома. Если бы не Валера и его ребята, то нас бы обоих сейчас не было.

— Если бы не Валера, они бы дальше пошли за Катей и Алёной… — договорил я, сглотнув режущий горло ком.

Янис кивнул.

— Тот, кто стоял за Лисевским, заказал всю нашу семью. Их целью было перекупить «Витебск Групп» и красиво довести до банкротства. Мы не первые конкуренты.

— То есть… этот кто-то уже проделывал такое?

— К сожалению, да. Помнишь «Промтехстрой Камчатский»?

— Угу, — буркнул я, припоминая такую крупную фирму, которая разорилась меньше чем за год.

— Вот это был семейный бизнес изначально. Череда несчастных случаев — и всё, — он развёл руками, — ни семьи, ни бизнеса.

— Пиздец, — только и смог выговорить я.

— Все заказы идут из ближнего зарубежья. У Лисевского в сейфе обнаружили небольшое количество компромата на них. Этого должно хватить, чтобы поутихли на первое время. Дальше уже справимся.

— Янис, — окликнул я брата, который наяривал круги по палате.

— Чего?

— Как отец?

Он резко остановился. Его кулаки заметно напряглись. Скулы резко проступили.

— Он дома. Ещё ничего не говорит, только глаза открывает, но на голос отзывается. Мне кажется, он нас узнаёт, по крайней мере на меня реагирует тепло. Катя к нему каждый день приходит и что-то рассказывает. При виде Алёнки у него, конечно, глаза блестят.

У меня тоже сердце обратилось в единый оголённый нерв.

— Ты нанял сиделку?

— Да. Софию, — почти выплевывая её имя.

Мдаа…

Дальше мы ещё немного обсудили весь этот пиздец, который творится вокруг нас. Вернее, говорил всё время Янис, а я слушал, так как сил на общение почти не осталось.

— Я бы хотел тебя кое о чём попросить, — обратился я к брату, когда он уже засобирался домой.

Глава 55. Катя

Глава 55. Катя

Катя

— Очуметь! — поражённо выпалила Эля. — Вот это я понимаю, сюрприз!

Я издала смешок, который был скорее нервный, чем искренний.

Мы лежим на кушетках, а нам делают расслабляющий массаж камнями. Вокруг витает аромат эвкалипта, а из колонок доносится обволакивающая мелодия.

— Твой муж лежит в больнице, а мы тут отдыхом наслаждаемся.

— Он сам сказал не приезжать, пока массажист не промассирует каждую мою косточку. Мало того, это было его чёткое указание, иначе мне не попасть к нему в палату.

Звучит как бред? Именно об этом я и подумала, когда Янис заявил, что мы с лучшей подругой едем в спа-отель. Я сначала взбрыкнула, но он был непробиваемой стеной, заявив, что это даже не обсуждается.

Еду и точка.

Пришлось поехать, и, честно говоря, я даже благодарна им с Максимом, потому что сама бы никогда в жизни не поехала отдыхать и развлекаться в то время, когда муж лежит в реанимации.

Мой муж прислал мне сообщение: «Привет. Меня зовут Максим, и кажется, я очень сильно влюблён в свою жену.»

Я пока ничего не ответила, потому что учусь принимать его чувства. Для меня это что-то новое, неизведанное. Мне нужно время, чтобы почувствовать и разрешить себе впустить его зарождающуюся любовь.

— Кать, как мама? — осторожно спросила Эля.

— Мама, конечно, в ужасе, но не потому что её мужа убили, а потому что оказалось, что наша семья не имеет ни гроша.

Да, к сожалению, это так. Вся мнимая видимость богатства семьи Лисевских оказалась фарсом. Отчим наделал страшных долгов. Наш дом был заложен, и теперь мама с сестрой остались без крыши над головой.

Янис заверил, что они с Максимом приняли решение купить матери квартиру. Лера же зарабатывает на видео в соцсетях и вообще заявила, что жить в этой стране не собирается и уедет к какому-то коучу на Бали, с которым они общаются онлайн. Честно говоря, мне вообще нет никакого дела до неё. Жива, здорова, деньги есть — этого достаточно, чтобы ограничить на этом наше общение. Она меня никогда не любила, а заставлять и умолять кого-то себя уважать я больше не собираюсь.