Касьян, кстати, сел рядом с ней на заднем сиденье. Он как-то осторожно положил между ними свою руку ладонью кверху. Этот жест показался Янине таким трепетным, что ли. И каким-то просящим.

Точно он протягивал мост между ними.

Она молча вложила свою ладонь в его. Пусть… И ей так спокойнее.

А как ее голова в конечном итоге оказалась у него на плече — тот еще вопрос. Машина-то большая, места между ними было предостаточно

По приезде ее сразу же перехватила Софья Маратовна.

— Яниночка… Девочка… Да что же это такое! Ну мальцы! Устрою я им нагоняй… Уши-то поприжимаю!

Прежде чем уйти с мамой Касьяна на кухню, Янина натолкнулась на его взгляд.

Спокойный… слишком спокойный.

На кухне пахло свежей выпечкой и травами. Тетя Соня, не говоря ни слова, обняла ее. Крепко, по-матерински.

— Извини моего сына и его… кхм… друзей, — выдохнула она, грустно улыбаясь. — Молодые, дурные… Может, и влюбленные к тому же.

Янина почувствовала, как по ее спине пробежали мурашки.

Влюбленные?.. Тетя Соня серьезно?

И что-то такое царапнуло изнутри.

А может, в этом все дело? А?

Поведение Касьяна…

То самое, пугающее, вводящее в ступор. Когда она не понимала, что с Касьяном… что с ней не так!

Сердце ударило о ребра. Остановилось и затарахтело с новой силой. А могло такое быть, что у Каьяна сработал тот самый пресловутый «детсадовский» режим — буду дергать за косичку, потому что нравишься, а подойти никак?.. Вот никак, и все тут.

И она! Тоже хороша! Почему с ним ни разу не поговорила? Не объяснила?!

Не рассказала…

— Тетя Соня, вы что… Какие извинения. Это я должна просить прощения за хлопоты. То одно, то другое. Из-за меня ваш сын…

Она замолчала, а тетя Соня крепче сжала ее ладони.

— Все, что происходит с Касей, не то чтобы норма… Дурковал последнее время. Но кто из мужчин не дурковал по молодости?

Душная теснота в груди исчезла.

— Давайте я вам помогу с ужином.

— Давай.

Но не прошло и пары минут, когда тетя Соня снова остановилась напротив нее.

— Янина… Валид сказал, ты плакала. Скажи честно, это Касьян тебя обидел?

Янина инстинктивно сжала руки женщины, как будто ища в ней опору или пытаясь остановить дрожь в собственных пальцах.

— Нет, — прошептала она, и это была правда. Обиды не было. Была буря, смятение и жутковатая, манящая неизвестность. А еще некое откровение. — Нет, он… он не обидел.

Мама Касьяна засуетилась с новой силой, громко поставила чайник, начала лихорадочно доставать чашки и тарелки с пирогами.

— Знаешь, — заговорила она вдруг, будто меняя тему, но Янина чувствовала — это не так. — Год назад я начала активно искать невесту своему старшему сыну Адаму. А он у нас законченным холостяком был. Так он, представляешь, от моей кандидатуры убежал прямиком в тайгу!

Она хохотнула.

— И с ней же там, в тайге, в итоге и познакомился. Со своей Судьбой.

— С Дариной?

— Угу.

— Тетя Соня, а к чему вы мне это рассказываете? — насторожила она.

Хозяйка дома вздохнула, как будто сбрасывая с плеч тяжесть. Она обернулась, и взгляд ее стал серьезным, проникновенным.

— Я как мать желаю счастья своим сыновьям. Всей душой. Но и бесчестье покрывать не буду. Ни свое, ни их. Касьян тобой увлечен. Сильно. А когда мужчины увлечены, они способны на глупости… мог и напортачить…

Ее взгляд был слишком внимательным, слишком понимающим. Он точно видел насквозь.

Янина опустилась на стул.

Что-то много всего на сегодня…

— Увлечен?

— Конечно! Янина, только не говори, что ты этого не замечала…

Она помотала головой, а потом прижала ладонь ко рту, боясь, что снова разрывается.

Ну точно ПМС.

— Да как я замечу, тетя Соня. У меня не было никакого опыта… И я…

Она замолчала, как-то беспомощно посмотрев на хозяйку дома.

Софья Маратовна побросала все и подошла к ней. Снова обняла.

— Я с ним поговорю. И с его друзьями. А ты давай-ка приходи в себя. Вдохни. Выдохни хорошенько. Думаю, вечер еще не закончился.

Глава 29

Глава 29

Янина сидела в глубоком кресле на утепленной веранде, завороженно наблюдая за снежным хороводом за панорамными окнами.

Ужин прошел в довольно позитивной атмосфере. Адам много шутил, рассказывал про то, как обживается на новом месте. Старшие Терлоевы посетовали, почему он прилетел один. Адам клятвенно заверил, что в следующий раз привезет и Дарину.

Старший сын Терлоевых был более открытым. Он производил приятное впечатление. А еще все мужчины были похожи друг на друга. Сыновья своего отца.

Потом Янина помогла убрать со стола. Спать не хотелось. Не до сна как-то было.

Она поднялась к себе, походила по комнате. Потом прихватила ноут и пошла на веранду. Она места себе не находила. Хотела позаниматься, но какое там. Ни одна строчка не откладывалась в голове.

Она ждала…

Касьяна.

И он пришел.

Вошел и встал в дверном проеме. Янина не стала таиться и делать вид, что не видит его.

Волнение резко подскочило.

— Привет. — Янина решила, что Касьян заслужил, чтобы она сделала первый шаг.

— Привет. — Он мягко улыбнулся.

И все…

Почему… Ну почему он раньше так ей не улыбался!

А еще он в руках держал плед.

Ничего не говоря, Касьян прошел и накинул плед ей на ноги и бедра. Сам присел на корточки.

— Спасибо, — негромко выдохнула Янина и быстро добавила: — Отец сильно ругался?

— Нет. Больше за тебя испугался. Янина, я не знал, что пацаны задумали твое похищение. Они как-то говорили об этом, но я думал, они больше прикалывались.

— Забыли, Кась. Но при встрече я им выскажу.

— А я добавлю.

Они говорили как два заговорщика — полушепотом.

Потом Касьян поменял положение. Встал на стопу полностью и нашел руки Янины. Сжал их. Он смотрел прямо в глаза, и в его темных зрачках плясали отсветы снега за окном.

— Янина, послушай, пожалуйста, что я тебе скажу. Я, черт побери, настоятельно попросил Адама никого к нам не пускать. Телефон оставил в спальне. Потому что, как только мы с тобой собираемся поговорить, что-то да случается.

— Я тоже это заметила.

— Ты на меня не сердишься? Янина, не отмораживайся от меня. Пожалуйста…

По его лицу прошла едва заметная рябь. Точно внутри него бушевала стихия, а он ее сдерживал титаническими усилиями.

Янина замерла в смятении. В груди стало тесно. Жгло там! И одновременно трепетало. Близость Касьяна опьяняла, голос проникал прямо в душу, а руки на коленях ощущались как единственная твердая точка в колеблющемся мире.

— Меня штормило… Там, в горах. Я вела себя неадекватно. Извини.

— Это я вел себя как неандерталец. Да что говорить, Янин… Я с первого дня веду себя по отношению к тебе так. Как придурок конченый.

— Кась…

— Я серьезно. Как увидел в аэропорту, так и завис. И отвиснуть не могу. — Его губы чуть дрогнули в кривой усмешке. — А, оказывается, видишь, еще ничего… Могу как-то разговаривать.

— А до этого… не мог?

Ком встал в горле Янины.

Они разговаривали! Понимаете?..

— Не мог, Янин. Серьезно. Только смотрел.

Его слова привели Янину в смятение. Откуда такие откровения? И почему именно сейчас?

На эти вопросы не было ответов. Все шло от сердца. Значит, именно сейчас пришло время.

— Я не понравилась тебе в аэропорту, чего уж. — Янина тоже решилась.

В конце-то концов!.. Сколько можно, вот честно.

Если и сегодня не поговорят, она съедет. Как-то выкрутится, может, займет у тети Сони. Та ее поймет. Но так больше невыносимо.

У Касьяна брови поползли кверху.

— Не понравилась? Янин… Я только что сказал тебе, что влюбился в тебя с первого взгляда.

Теперь пришла очередь Янины зависнуть. Причем так капитально. Она прямо чувствовала, как ее глаза распахиваются. Шире и шире.

— Влюбился?

— Угу. А ты не поняла?

— Нет, конечно! Откуда?..

— Я как тот мальчишка детсадовский, что дергает девчонку за косичку, потому что иначе не может никак выразить свои эмоции. Янин… Ну прости дурака.