— Ты... — он замолкает. — Прости. Извини, — добавляет он, виновато разводя руками. — Кстати, ты прекрасно выглядишь.

— В самом деле? — спрашиваю я.

Я этого не чувствую. Я чувствую пустоту, и мне кажется, все вокруг видят эту бессодержательность.

— Да.

— Я изменилась? С тех пор, как мы виделись в последний раз.

— Нет, в смысле, у тебя волосы стали подлиннее. Но ты — это ты. У тебя все та же улыбка, те же глаза. Раньше мне нравилось смотреть на тебя, но теперь я ценю это еще больше.

— Спасибо.

Я слабо улыбаюсь, но знаю, что это неправда. Я изменилась. Моя улыбка и глаза — нет. Но я — да. Картер должен это знать. По крайней мере, где-то в глубине души. Я могу понять нежелание признавать, что человек, которого ты любил, теперь во многих отношениях совершенно чужой.

— А как насчет меня? — спрашивает он.

— Нет, ты все тот же. Только волосы у тебя короче.

Картер улыбается. Он неуверенно опускает взгляд на стол, а затем решительно смотрит на меня.

— Послушай, не думаю, что сейчас подходящее время. Но просто я чувствую, что... Послушай, я хочу тебе кое-что подарить. — Он лезет в карман и достает коробочку. Я сразу ее узнаю, он держит ее в руке точно так же, как в ту ночь, когда меня похитили.

— Я хочу, чтобы это осталось у тебя. Хочу продолжить с того места, на котором мы остановились. Я не желаю, чтобы какой-то псих украл это у нас. Я ждал год и буду ждать, сколько бы времени тебе ни понадобилось, пока ты не будешь готова. В ночь перед тем, как я чуть было тебя не потерял, я знал, что ты станешь моей женой. И я до сих пор чувствую, что так оно и будет.

Картер берет меня за руку, и я, не сопротивляясь, позволяю ему снова надеть кольцо мне на палец. Теперь оно сидит немного свободнее.

— В ту ночь мы связали наши судьбы, и это кое-что для меня значит. До сих пор значит.

— Для меня тоже, — шепчу я.

Женщины напротив нас разражаются безумным хохотом, и я вздрагиваю.

Картер кажется обеспокоенным, но я игнорирую хохот и снова обращаю всё свое внимание на него.

— Я тоже этого хочу…

Со стороны женщин раздается еще один громкий взрыв смеха. Это выводит меня из себя, заставляет нервничать. Мне просто нужно, чтобы они заткнулись. Внезапно начинают играть трубы. Это что, гребаный оркестр мариачи? Не помню, чтобы раньше здесь было нечто подобное. Все изменилось. Все эти мелочи. Но если сложить их воедино, не такие уж они и незначительные.