В груди бешено колотится сердце в тщетной попытке вырваться наружу, и все окружающие меня звуки начинают заглушаться, как в плохом кино. Затем раздается грохот, который разделяет все звуки на части: женский смех, похожий на хохот гиен, мелодия мариачи, бессвязные голоса. Я сосредотачиваюсь на грохоте и вижу мужчину, который торопливо помогает официанту расставить бокалы, после чего направляется к выходу.

«Это он? Это в самом деле он?»

Я произношу его имя одними губами. Как будто его появление — это сигнал сирены, я встаю из-за стола и следую за ним к двери.

— Весп? Весп! Что ты делаешь? — спрашивает Картер, хватая меня за руку.

Я оглядываюсь на Картера и отдергиваю руку, но повернувшись обратно, вижу, что тот парень уже ушел. Я подбегаю к двери и распахиваю ее, но его уже нет.

— Черт возьми! — огрызаюсь я.

— Весп! — зовет Картер, догнав меня на улице. — Не будешь ли ты так любезна объяснить мне, что происходит?

— Это был он! Он только что был здесь!

— Что? Кто? — Картер замолкает, пока до него не доходит. — Ты имеешь в виду человека, который тебя похитил?

Я судорожно вздыхаю, думая об ответе, который органично встроится во всю ту ложь, которую я наговорила Картеру, но сейчас у меня нет сил продолжать в том же духе. Я едва могу дышать.

— Ты видела, куда он пошел? — спрашивает Картер.

— Нет, ты меня остановил, и я его упустила из виду.

— Тогда мы должны вызвать полицию.

— Нет-нет!

— Почему нет?

Потому что я солгала им обо всем. Потому что теперь, когда стало тихо, и весь шум, музыка и смех смолкли, я даже не уверена, что это был он. Я даже не видела его лица. И даже если бы и видела, я же всем сказала, что все это время на незнакомце была маска, так откуда мне знать? И, что самое странное, я не готова его отдать. Он мой.

— Ты обещал мне, что тут будет тихо! — нападаю я.

Это манипуляция. Я не планировала обращать против него его чувство вины, но это единственный способ пресечь любопытство Картера.

Картер отвечает извиняющимся взглядом, приоткрыв рот.