Я и сам не знаю ответа. Всё выглядит так, будто кто-то заранее написал сценарий, а мы просто следуем ему шаг за шагом. Расскажи мне кто подобное — назвал бы сказочником. Но нет.

Это произошло именно с нами.

Теперь я — отец двух очаровательных малышей. А рядом со мной сидит их заботливая и чуткая мама, которая опускает свою ладонь на мои пальцы, переплетая их.

— Стой, а вот, — Марина отрывается от меня, и я уже более четким зрением и благодаря лунному свету с кухни, разглядывая её силуэт и очертания миловидного лица. — Как в клинике оказался твой биоматериал? Ты его сдавал?

— Сдавал, — усмехаюсь, вспоминая те времена.

— Ого, а зачем?

Рассказываю Марине короткую историю. Как хотел детей, как ничего не вышло. И всё из-за Аглаи и её похождений.

Но только сейчас понимаю, что если бы не тот случай, когда увидел её с другим мужиком… У меня были бы дети от ненавистной мне женщины. И мне пришлось бы пересекаться с ней каждый день, воспитывая детей и живя в ругани.

И они не были бы такими прекрасными, как две кудрявые светлые макушки, похожие на лучики солнца. Когда они улыбаются — невольно заражают своей улыбкой и других.

— Забавно, — вздыхает Марин. — Но круто.

Думал, она будет ещё сидеть в шоке час или два. Но эта непредсказуемая девица уже сидит и рассуждает вслух:

— Отец-мизофоб намного лучше наркомана и пьяницы.

Выгибаю бровь.

— Прировняла меня к пьянице, — выдаю в игривой обиде.

— Я сказала, что намного лучше! Тем более, мы это вылечим. Теперь-то у меня вообще мотивация огромная!

Запал у неё явно вырос.

— Только… — она тут же тухнет, как спичка после порыва ветра. — Как сказать об этом им?

— Об это я не думал.

Да что уж — я с трудом решился рассказать правду ей.

— Ладно, решим, — хватается за щеки, мотает головой, явно пытаясь уложить на полоски своего мозга всю информацию.