Лайла ждала меня на диване, босая, читая Gloss, модный журнал, которым она была одержима и который я всегда держал под рукой.
— Снова дорогая Дезире? — Я поставил миски на журнальный столик и опустился на диван рядом с ней. Она пахла потрясающе. Как зимние книги, летний дождь и свежевыстиранное белье. Ее декольте в этом платье выглядело преступно соблазнительно. Я был в восторге от себя за то, что смог поддерживать с ней разговор и одновременно дышать. Кто сказал, что мужчины не умеют выполнять несколько задач одновременно? Посмотрите на меня, черт возьми.
— Это самонадеянно. А что, если я читаю о квантовой электродинамике?
— Правда? — спросил я с иронией. — Ты знаешь, что ученые сейчас ищут невиданный ранее тауон? Мы ближе, чем когда-либо, к...
— Да, ладно, я не разбираюсь в науке. Ты победил. — Она наклонила журнал, чтобы я мог увидеть Дезире Д'Арси, улыбающуюся мне из своей колонки. — Зачем еще мне читать этот журнал? Я точно не могу себе позволить одежду от кутюр. Но Дезире? Я читаю ее каждую неделю. С пятнадцати лет я не пропустила ни одной ее колонки.
Дезире, судя по фотографии на ее странице, была как минимум в шесть раз старше.
— В чем же очарование?
Она пожала плечами.
— Есть что-то удручающе утешительное в том, чтобы читать о проблемах других людей и напоминать себе, что ты не единственный неудачник в этом мире. Смотри сюда. — Лайла постучала ногтем цвета ракушки по странице. — Одна читательница рассказала ей, что ее муж, с которым она прожила пять лет, спросил ее о количестве ее любовников до свадьбы и был в ужасе от полученного ответа. Теперь он хочет развода.
— Мы говорим о людях, с которыми она спала, или о реальных телах? — Я оперлся локтем на спинку дивана, взял прядь ее зеленых волос и закрутил ее на указательный палец. Такая мягкая. — Я имею в виду, ни то, ни другое не является поводом для разрыва, но я хочу знать, о чем мы говорим.
Лайла хихикнула.
— О сексе, конечно.
— Ну, и какое было число? — Я был больше занят ее бархатистыми волосами, чем колонкой с советами.
— Тридцать. Как ты думаешь, это много?
Я пожал плечами.
— Не думаю, что это имеет значение, главное, чтобы они были верны сейчас. А что? А сколько у тебя было партнеров?
— Я никогда не считала. Мне кажется, это довольно странно, понимаешь? — Она сделала глоток из своего стакана. — Как будто это соревнование или что-то в этом роде. Я не веду счет. Но я также не думаю, что их было больше двадцати. Наверное, около пятнадцати.
Я задумчиво кивнул. В какой-то момент мы с Лайлой перестали показывать друг другу чистые медицинские справки. Между нами было доверие. Я знал, что она никогда не подвергнет риску мое здоровье, и наоборот.
Но мы также всегда, всегда пользовались презервативами.
— А у тебя? — спросила она.
— Тринадцать женщин, включая тебя.
— Отличное число. Не слишком много. Не слишком мало.
Она взяла наши миски и протянула мне мою. Мы чокнулись ими, как бокалами, и она сделала большой глоток, простонав.
— М-м-м. Божественно.
Мы включили сериал, но ни один из нас не обращал на него внимания.
— Напомни мне, почему ты подписан на Gloss? — Лайла приподняла бровь, держа журнал на коленях.
— Моя мама любит их купоны и бесплатные подарки. Она использует почти все из них. Если посчитать все скидки и образцы, то это на самом деле стоит больше, чем годовая подписка.
— Это говорит о моей бережливости. — Она рассмеялась. — Кроме того, ты замечательный сын.
— Я знаю.
— И любовник.
Я склонил голову в притворной скромности.
— Напомни мне, почему ты одинок?
— Я слишком занят поиском лекарства от рака, чтобы иметь личную жизнь. — Я бросил кусочек в рот, указывая на нее палочками. — Добавь альтруизм к моему списку безупречных качеств. И мой член. Тридцать сантиметров. Запиши это.
— Десять в хороший день. — Она засмеялась и шутливо толкнула меня. — Но ладно, я согласна. Все каламбуры намеренные.
Мы доели, и Лайла помыла посуду, а я убрал со стола. Я не хотел начинать секс, потому что она уже знала, что я бросил все, чтобы прибежать к ней, и была разница между тем, чтобы быть хорошим другом и быть просто жалким.
Кроме того, я не хотел давить на нее. Может быть, она не была в настроении для секса, когда только что столкнулась с мудаком.
— Хочешь посмотреть еще одну серию? — крикнул я на кухню, беря пульт.
— У меня есть идея получше, как провести остаток вечера. — Нежные руки обхватили меня сзади.
Мое сердце чуть не выскочило из груди. Я ухмыльнулся, притворяясь равнодушным.
— Борьба? Я тебя побью.
— Не будь так уверен. То, чего мне не хватает в размерах, я компенсирую чистой женской яростью. — Лайла попыталась затащить мое шестифутовое тело бывшего профессионального гребца в мою спальню, а сама была всего пять футов ростом, и я чуть не упал от смеха.
— Это приглашение? — Я повернулся и зацепил пальцем бретельку ее атласного бледно-розового платья. Ее соски напряглись под тонкой тканью. Я не мог дождаться, чтобы взять их в рот. Чтобы лизнуть каждый сантиметр ее тела.
— Нет, Грант, это просьба. — Она схватила меня за воротник и потянула вниз.
Я вырвал у нее из рук телефон.
— Ладно. Какие пикантные сцены из книг ты хочешь воспроизвести?
Вот что мы и делали. Мы пролистывали книги в ее телефоне, те, которые она читала для своего книжного клуба, и воспроизводили пикантные сцены, чтобы посмотреть, имеют ли они смысл. В сорока процентах случаев смысла не было, но мы все равно весело проводили время, пытаясь это сделать. Это было как играть в Твистер в постели.
— Нет, не в этот раз. — Она бросила свой телефон на диван.
— Не в этот раз?
— В этот раз я хочу, чтобы это было по-настоящему. — Она погладила воротник моей рубашки. — Даже если это ложь. Я хочу почувствовать... Не знаю, любовь.
И это должно было меня сильно насторожить. Как легко я понял, что ей нужно и что с ней делать. Я погрузил пальцы в ее волосы, впиваясь подушечками в ее череп, и притянул ее к себе.
Наши губы сошлись, наши языки нашли друг друга, и она всегда хорошо целовалась, но теперь в поцелуе была нотка отчаяния. Что-то голодное и неуверенное от женщины, которая всегда была собранной и уверенной в себе.
Я потянул ее назад, к своей спальне, навалившись на нее, пытаясь сдержать свое желание стереть этого козла Коннора из ее памяти. Я был рад, что на этот раз не будет никаких реквизитов и специальных поз. Никаких леденцов, льда, взбитых сливок, шпагатов или масок.
Были только мы. И впервые этого было достаточно для нее.
Она сбросила туфли, запустила пальцы в мои волосы и почесала мне череп ногтями. У меня по коже побежали мурашки. Я провел руками по ее платью, пытаясь найти неуловимую молнию. Это был дизайн Мэдисон Голдблюм? Вероятно. Она всегда носила платья своей лучшей подруги. Мэдисон всегда делала молнию сбоку, потому что мой дикий, психопатичный лучший друг — ее муж — всегда умудрялся оторвать молнию, когда она была сзади.
Я нашел молнию. Потянул ее вниз, расстегивая ремень, не прерывая поцелуя. Лайла засмеялась мне в рот, спотыкаясь назад и потянув меня за собой.
Как только мы оказались в моей постели, я поцеловал ее везде. Лицо. Шею. Грудь. Живот. Притворялся, что люблю каждый сантиметр ее тела. Мы никогда раньше этого не делали. Не торопились, исследуя друг друга. В наших связях всегда было что-то безличное. Невидимая стена, не дававшая времени задержаться и насладиться моментом.
Я покусывал ее чувствительные места. Обхватил ее ноги вокруг своей шеи и ласкал ее, как будто она была моим любимым блюдом, пока она не заерзала, задыхаясь, и не потянула меня за волосы.
— Моя очередь.
— Ты не должна этого делать только потому, что я... — начал я, но остальная часть моего рыцарского предложения застряла в горле, когда она скользнула вниз по моему телу и прижалась своими горячими губами к моей эрекции.
Это тоже было необычно.
Лайла всегда была щедрой и уверенной любовницей в постели. Это была одна из причин, по которой наши отношения длились так долго. Но она никогда не смотрела мне в глаза, когда опускалась на меня.
А сейчас она это сделала.
Я не знал, что именно в этом разрушило саму ткань моей души. Я просто знал, что то, как она скользила ртом по моему члену, повторяя движения снова и снова, в то время как ее глаза передавали каждый печальный момент, который она когда-либо пережила, сделало меня беззащитным.
И возбужденным.
Определенно возбужденным.
На этот раз я не хотел кончать ей в рот. Хотел продлить этот момент как можно дольше. Это заклинание. И когда основание моего позвоночника защемило в предупреждении, я понял, что достиг точки невозврата.
— Я не хочу кончать. — Я потянулся к ящику тумбочки за презервативами, но она оттолкнула меня, отчаянно целуя, с вкусом моей плоти во рту. — Я хочу почувствовать тебя. Я принимаю противозачаточные таблетки и с нашего последнего раза ни с кем не была. Это... нормально?
Обычно это было ненормально.
Я никогда не делал этого без презерватива, за исключением студенческих лет с моей постоянной девушкой, и даже тогда у нее была внутриматочная спираль.
Но в этот момент между мной и Лайлой было что-то, что сделало решение легким, даже если я не мог полностью обосновать его для себя. Я ответил ей, вошел в нее, обнаружив, что она горячая, влажная и готовая для меня.