— Ну что ж. — Я глубоко вздыхаю. — Давайте тогда обсудим вместе! — Поворачиваюсь к группе. Все, затаив дыхание, наблюдают за мной. Вижу Джастина, стоящего в проходе, путь которому преградил Дима, и набираю в легкие побольше воздуха. — Вика очень хотела, чтобы мы обсудили, так мы и обсудим. — Вытягиваю перед собой листок, чтобы всем было лучше видно. — Она хотела, чтобы вы все ознакомились с этим? Пожалуйста. Сколько угодно. Смотрите.

— Хоть бы постыдилась, Градова! — Беспечно откидывает волосы с плеча самопровозглашенная королева.

Поворачиваюсь.

— А чего мне стыдиться? — С грустью смотрю на нее. — Чего? — Смотрю на лист и хмыкаю. — По-моему, мы тут с Джастином отлично вышли. Мне нравится. А вам? — Кладу листовку на ее стол и с грохотом обрушиваю сверху свою ладонь. — Это тебе нужно стыдиться, что ты бегаешь за парнями, как последняя шваль. Тебе нужно стыдиться, что ты подсекала за нами из-за угла, чтобы сделать этот снимок. Тебе нужно стыдиться, что ты писала моему бывшему парню о том, что я шлюха… Тебе. Нужно. Стыдиться. Что ты, как трусливый пятиклассник, развешивала гнусные бумажульки в фойе, а потом хихикала надо мной втихаря!

— Да пошла ты… — Как-то неуверенно пищит она, ерзая на стуле.

— Я-то пойду. — Усмехаюсь. — А ты захлопнула бы уже свой рот, пока я тебе не помогла это сделать, ладно? — Наклоняюсь, хватаю дрожащими пальцами парту за край столешницы и отшвыриваю в сторону. Та откатывается к окну и с грохотом ударяется о батарею. — Пойдем, Вика! Ну? — Смотрю, как она вжимается в стул, и разочарованно качаю головой. — Вставай. Пойдем? Чего ты? Выйдем, поговорим? Ты же этого хотела, разве нет? Или думала, что я молча проглочу все твои выходки?

— Сумасшедшая…

— Нет, дорогуша. Если кто здесь и сдвинулся, то только ты. — Глубоко вдыхаю и выдыхаю. — Если думала, что сможешь этим, — указываю на несчастную листовку, — меня унизить. Если думала, что это поможет тебя продать себя подороже, то ты свихнулась, дорогая моя.

Подхожу к ней еще ближе, сжимаю перед ее носом руку в кулак.

— Отойди от меня! — Хрипло говорит она.

— Правильно. Бойся. — Улыбаюсь. — Потому что я могу без особых усилий затолкать эту бумажку в твою несчастную глотку, ясно? Могу выдрать все твои наращенные волосы. Протащить тебя по всему универу за шиворот и даже окунуть в унитаз. Понимаешь? — Пожимаю плечами. — Только вот мне это не нужно. Я не настолько безумна, чтобы кому-то что-то доказывать. Ты мне не интересна. Совсем. Понимаешь? — Делаю еще шаг, и вижу, как она сжимается, боясь, что я ударю. — Мне на тебя насрать. Ты — никто, Старыгина. Ноль без палочки. Просто пустышка. Которая крысятничает, чтобы ее заметили. Тебе нужно было внимание? Ты его получила. Наслаждайся.