И она продолжила рассказ:

— Человек очень ревновал. Поэтому на следующий день он отправился на охоту, и когда вернулся, сказал жене, что убил медведя. Он велел ей пойти и принести мясо. Когда ее не было, он надел юбку и пошел к дереву, в котором жил змей. Мужчина ударил по стволу три раза, и тот появился. Тогда он пронзил змея копьем, и он умер. Он принес змея в хижину, разрезал на куски и сварил из него суп.

— Змеиный суп?

— Да, мой мальчик.

— В давние времена ели змеиный суп?

Старухи снова нахмурились и посмотрели друг на друга.

Игнатия заявила, что в старину у детей не было телевизоров. Поэтому, когда им рассказывали истории, они молча слушали и не перебивали.

Малверн возразила, сказав, что вопрос хороший и она на него ответит.

— Они ели змеиный суп только в этот раз, — уточнила она.

— Понятно, — отозвался Лароуз. — Я должен был спросить. Это так необычно.

— Итак, продолжим нашу историю, — произнесла Игнатия. — Когда женщина наконец вернулась, она объяснила, что в том месте, куда ей было велено идти, убитого медведя нет. Мясо пропало. Она искала, но ничего не нашла. Муж попросил ее не беспокоиться, потому что он приготовил суп.

— Погодите, — перебил Лароуз. — Он приготовил суп из змея, которого она…

— Любила, да, — подтвердила Игнатия.

— Это, похоже…

— Самая соль рассказа, — вставила Малверн.

— Она его съела? — уставился на них Лароуз с болью в глазах.

Игнатия кивнула.

— Ох, — вздохнул Лароуз. — Это еще хуже.

* * *

— Моя жизнь не такая уж веселая, — проговорил Отти в машине. — Но я хотя бы не отдаю концы.