— Ты очень смешно изображал Джимми Стюарта, Исаак. Это напомнило мне Дестри. Но фокус не удался. Эти люди даже до Дестри еще не доросли. Теперь с ними совладает только Деус.

— Кальмар? Это ты? Ты о чем, старик?

— О Деусе и Дестри. Дестри был бандитом поневоле, которого играл Джимми Стюарт в «Возвращении Дестри». С Марлен Дитрих. Он тоже применял тактику увещеваний, но в результате ему все равно пришлось пустить в ход оружие…

— Черт побери, ты где, Билли?

Голос звучал совсем рядом, словно прямо в голове Айка.

— А Деус, с другой стороны, это знаменитый Деус Экс из греческих трагедий. Deus ex machina — врубился? Никаких проблем. Все хорошо. Ты сделал все, что мог, Исаак, но мы уже миновали период увещеваний. Давно миновали. Но не отчаивайся, Исаак, Деус X уже на подходе.

— Черт бы тебя побрал, Беллизариус, я ни черта не вижу!

— Некоторые настаивают на пламени… — и рядом с лицом Айка вспыхнул голубой огонек, как язычок ящерицы,— но и оледенения будет достаточно. Добрый вечер, Исаак. Нет ли у тебя какого-нибудь спиртосодержащего напитка? Скажи, что есть. Когда я тебя слушал, я сразу подумал, что ты слегка под градусом. И тогда я сказал себе: «Никогда еще не видел, чтобы Исаак Соллес так горячился, и никогда не слышал от него такого красноречия. Готов голову дать на отсечение, что он чем-то освежился, и могу поспорить, что он поделится со мной». Потому что чернильница маленького Кальмара почти высохла, Исаак.

Айк заметил, как сильно дрожит огонек зажигалки. Он достал из кармана бутылку виски и протянул ее в сторону синего бутанового огонька. Квадратная бутылка была еще почти на четверть наполнена. Сначала в кружочке света появилась рука, а затем и суровый профиль Билли. Он был четким и резким, как рельеф на стене известняковой пещеры. Билли попытался задрать голову, чтобы глотнуть из горлышка, но это было нелегко, так как он лежал на одной из полок не более чем в фут шириной, поэтому Айку пришлось ему помочь.

— Что ты здесь делаешь, Билли? Тебя уже обыскались.

— Как будто я не знаю,— откликнулся Билли.— Особенно некоторые.

— Ты имеешь в виду Гринера? Да брось ты, старик. С чего бы Гринеру охотиться на тебя? Если он захочет рассчитаться, то скорее станет искать меня, но уж никак не тебя.

— Потому что он знает, что́ я знаю, Исаак. Он знает, что я — единственный человек, понимающий всю ущербность его фантазий. Он торгует адским пламенем, а я торгую льдом. Выпей со мной, Айк, ради старой собачьей дружбы.

Айк взял бутылку, сделал глоток из горлышка и вернул ее обратно. Теперь ему удалось рассмотреть, что Билли устроился на полке со всеми удобствами: под спину он подложил расстеленные одеяла, а другие скатал вместо подушек. Рядом стоял кувшин с водой, в изголовье были сложены книги и записные книжки, а к древней лампочке накаливания вел удлинитель. Здесь же стояли небольшая плитка и металлическая кружка. Использованные чайные мешочки валялись и на полке, и на полу — по два сразу.