Все началось с того, что он повздорил с Олафом.

Винченцо полагалось караулить возле машины, пока Олаф и Таня обследовали один универмаг для планируемой атаки. Это случилось туманной зимней ночью, над городом висела белая завеса, сквозь которую, подобно фосфорическому болотному свечению, пробивались огни светофоров и рекламы.

Презрев инструкции, Винченцо последовал за Олафом и Таней; на всякий случай он прихватил пакет, набитый газетами «Бильд», которые умыкнул из почтовых ящиков. Он не понимал, почему универмаг нельзя поджечь прямо сейчас? Обстоятельства самые благоприятные. Разбить витрину, поджечь газеты – и раствориться в тумане.

– Я решаю, что и когда делать! – вызверился Олаф. – Немедленно на свой пост.

Винченцо отказывался, спорил. Олаф лишь сильнее злился. Таня пыталась успокоить их и настаивала на том, что универмаг надо не поджигать, а грабить. Страсти накалялись и, прежде чем Олаф и Винченцо успели наброситься друг на друга с кулаками, из тумана вышли двое полицейских. «Ваши документы!»

Они побежали, полицейские за ними. Ключи от машины были у Винченцо. Он прыгнул за руль и, как только Олаф и Таня заскочили в салон, рванул прямо на преследователей. Полицейские метнулись в стороны, а Винченцо погнал по Леопольдштрассе. «Идиот! – заорал Олаф. – Чертов идиот!» Винченцо оглянулся – полицейской машины не видно. Внезапно впереди в тумане замерцали синие всполохи, взвизгнули тормоза. Винченцо выжал газ. Улица была пустой, но видимость составляла не больше двадцати метров. Преследуемый мигалкой, Винченцо мчался сквозь туман.

Взвыла еще одна сирена – полиция брала их в кольцо. Винченцо выключил фары. Таня кричала, Олаф сыпал проклятьями. Но Винченцо оставался спокоен. Притормозил и резко свернул в один из переулков. Потом дал газ – и сирены стихли в тумане. Когда они без приключений прибыли на место, даже Олаф был вынужден признать, что строптивый итальянец – настоящий ас по части вождения.

Так Винченцо нашел свое место в группе, стал шофером.

Винченцо прикручивал новые номера на невзрачные «форды» и «ауди», которые поставлял некий Слободан, а потом отгонял машины в автосервис, где их перекрашивали. После первой «акции» он отдраил каждую поверхность, изнутри и снаружи, чтобы стереть отпечатки пальцев, и отогнал машину скупщику.

Вскоре Винченцо начали поручать и курьерские дела – доставку из тюрьмы пакетов, которые ему нельзя было вскрывать. А однажды он поехал на заброшенную парковку на окраине Турина, где двое безымянных парней выгрузили из своей машины оружие – «калашниковы» и «беретты», которые Винченцо спрятал в специальный отсек под полом и благополучно перевез через границу. Один пистолет из партии он, впрочем, присвоил и хранил в своем матрасе.