Ни к вечеру 6 июня, ни в течение двух последующих суток уничтожить противника на плацдармах войскам группы армий «Б» фельдмаршала Роммеля не удалось. Ситуация приобретала критический характер.

ОКВ учитывало возможность высадки второго десанта англосаксов либо между устьем реки Шельда и Дюнкерком, либо в районе Кале - Гавр.

Оценивая обстановку, сложившуюся к полуночи 11 июня, Роммель назвал в качестве очевидного намерения англо-американских войск захват глубокого плацдарма между реками Орн и Вир, а затем отсечение от основных сил 7-й армии Шербурской группировки на полуострове Котантен.

Утром 12 июня полковник Вахтель получил боевой приказ: в ночь на 13 июня начать удары ракетами «ФАУ-1» по Лондону! Первый налет произвести в течение двух часов с темпом стрельбы две ракеты в час с каждой пусковой установки. Для первого удара выделялось пятьсот ракет.

Оперативное совещание 12 июня было долгим и отличалось подавленностью духа. Был активен лишь генерал Йодль. Он заявил: «Если англосаксы прорвутся с плацдарма на юг и навяжут Рунштедт у маневренные действия, то вся Франция будет потеряна, и следующим рубежом обороны станут либо «линия Мажино», либо «линия Зигфрида».

Доклад генерала Цейтцлера об отходе 3-го корпуса финнов в направлении Выборга произвел гнетущее впечатление. После некоторого раздумья Гитлер спросил: «Если падет Выборг, то как это скажется на судьбе Финляндии?» На него никто не ответил.

В половине четвертого 13 июня начался ракетный обстрел Лондона. До семи утра было выпущено десять «ФАУ-1», но только четыре из них достигли британских островов. Массированного удара по Лондону не получилось.

Поддержание некоего равновесия на фронте 7-й армии Дольмана становилось все более проблематичным. Командующий группой армий «Запад» Рунштедт, убедившись, что главное вторжение англосаксов состоялось, предложил Гитлеру использовать в Нормандии 15-ю армию Зальмута. Но Гитлер колебался, охваченный сомнениями.

Только к 16 июня его удалось «уломать». Главком ОКХ разрешил фельдмаршалу Рунштедту снять силы с полосы 15-й армии и использовать их для контрудара вблизи города Кан. В тот же день фюрер проследовал во Францию, чтобы на «поле сражения» уяснить обстановку и дать указания, каким образом можно разбить противника.

Встреча Гитлера с Рунштедтом и Роммелем у Суассона получилась острой. Обосновавшись в том же бетонном бункере, откуда в середине сорокового года он намеревался руководить вторжением вермахта в Южную Англию, фюрер настойчиво искал причину провалов на Западном фронте.