— Что это? Вроде стреляют...

Фриц Платтен мгновенно пригнул рукою голову Владимира Ильича. Водитель дал полный газ, машина рванулась вперед и свернула в первый же переулок. Обстрел прекратился...

В ту ночь Феликс Эдмундович поздно задержался на Гороховой. Через несколько дней должно было открыться Учредительное собрание, и многочисленные, главным образом офицерские, контрреволюционные организации готовили в этот день вооруженные выступления в Петрограде против Советской республики. Ближе к полуночи раздался телефонный звонок. Дзержинский взял трубку.

— Что, что? — переспросил он. — Стреляли? — Он перехватил в руке трубку, теснее прижал к уху. — Да, да. Сейчас еду...

— Что случилось? — спросил Ксенофонтов.

— Покушение... Полчаса назад стреляли в Ленина...

Ночь провели без сна. Председатель ВЧК сам выезжал на место происшествия — на мост через реку Фонтанку. Улицы были пустынны, туман был такой густой, что уличные фонари казались тусклыми, расплывчатыми пятнами. Машины стояли на мосту с включенными фарами, но свет едва пробивался сквозь белесую пелену. Долго шарили по снегу и ничего не нашли — ни стреляных гильз, ни других улик.

По всей вероятности, преступники стреляли из наганов. Это подтвердилось осмотром машины, на которой ездил Ленин: в задней стенке увидели пробоины от револьверных выстрелов и еще нашли пулю, застрявшую в спинке сидения, тупоносую, искореженную — ясно, что от нагана. И это все. Следов преступников не обнаружили...

Кое-что прояснилось недели через три.

В Смольный пришел солдат, недавний фронтовик, и потребовал пропустить его к Бонч-Бруевичу, управляющему делами Совнаркома. Солдат назвался Яковом Спиридоновым, сказал, что идет по неотложному секретному делу. Дежурный позвонил, доложил, и солдата пропустили.

То, что рассказал Яков Спиридонов, оказалось чрезвычайно важным.

Солдат Спиридонов состоял в Союзе георгиевских кавалеров, и ему поручили наблюдать за квартирой Бонч-Бруевича, к которому иногда приезжал ночевать Владимир Ильич. Зачем наблюдать? Чтобы похитить Ленина, взять заложником, а если не удастся — убить. Говорили, что Ленин — германский шпион. Спиридонов сперва поверил, а потом присмотрелся и понял, что дело неладное. Не может быть шпионом человек, который стоит за крестьян и рабочих.

При удаче солдату обещали заплатить.

— Зачем мне нужны иудины деньги, — закончил Спиридонов рассказ. — Зазрила меня совесть, вот и пришел к вам...

Яков Спиридонов сообщил адреса, где жили и собирались заговорщики. Чекисты в ту же ночь произвели аресты. На Забалканском проспекте взяли подпоручика, перед арестом пытавшегося выбросить в форточку портфель, в котором обнаружили документы и наган с боевыми патронами.