Мне удалось прочесть донесение, которое ты расшифровала в ПОН. Я хочу знать, что ты с ним сделала, как и с остальными донесениями. Скажи шоферу «да», и я найду способ, чтобы ты связалась со мной из Клокуэлла. Как только эти бумаги будут сожжены, я устрою, чтобы тебя освободили.

Скажи ДА.

А нет, так будешь гнить в дурдоме до конца своих дней. Озла и Маб дали показания против тебя. Твоя мать дала показания против тебя. Никто тебя не спасет.

Отдай мне то, чего я хочу.

Бетт подняла глаза:

– Кто вам это дал?

Вместо ответа шофер вырвал записку из ее руки.

– Да или нет? – спросил он.

– Да вы хоть понимаете, о чем спрашиваете? Вы взяли деньги у предателя.

Шофер фыркнул.

– А я слышал, что ты просто присвоила кое-что чужое, и теперь тебя везут в дурку. И ты предлагаешь мне поверить твоей сказке вместо этого?

– Когда те двое вернутся с бензином, я им скажу…

– Валяй. – Шофер выставил записку в окно, подпалил сигаретой и проследил, как она горит ярким пламенем, а потом бросил почерневший клочок на дорогу. – Буду отрицать все. Я их вожу уже пять лет, а ты – чокнутая баба, накачанная успокоительным. Ну так как – да или нет? За ответ мне посулили еще пятерку.

То есть информатор посулил. Кто бы это ни был, он – или она? – подставил ее как нельзя лучше, с горечью подумала Бетт. Ведь совсем нетрудно посеять сомнения насчет готовой сорваться дешифровщицы. Для БП она просто потенциальная утечка, которую пришлось заткнуть, и в безумном ритме работы после высадки в Нормандию о ней быстро забудут. Интересно, как идет высадка? Возможно, части союзников уже пробиваются сквозь волны на те дальние пляжи, а она не сидит за своим столом в ПОН – и уже никогда не сядет. На мгновение эта мысль причинила ей даже больше боли, чем известие, что ее везут в сумасшедший дом.

«Ты отнял это у меня», – мысленно обратилась она к предателю, чувствуя внезапное желание его убить. За один день ее лишили всего: работы, друзей, присяги, дома, собаки, свободы. («Не всего, – возразил Дилли Нокс. – Ты самая умная из моих Див».)

– Ну? – нетерпеливо повторил шофер. – Да или нет?

Бетт вскрикнула и внезапно согнулась пополам, схватилась за низ живота. Просунув руку под юбку, она потрогала прокладку и показала шоферу окровавленную руку.

– Месячные… – простонала она.

Как обычно бывает с мужчинами, шофер совершенно растерялся при столкновении с интимными проявлениями женского естества. Он засуетился в поисках носового платка, воды – чего угодно, только бы убрать кровь с ее пальцев. Бетт быстро отыскала чистой рукой кармашек в трусах, достала ключик от сейфа Дилли и сунула его в рот.