Как оказалось, это были не месяцы, а целый длинный утомительный год, даже больше года. Было и хорошее – когда она поселилась вместе с искрометными близняшками Глассбороу после того, как Маб съехала с квартиры; когда узнала, что в Шестом корпусе расшифровали донесение о безоговорочной капитуляции Германии; когда, оседлав льва на Трафальгарской площади в День победы в Европе, упивалась «Болленж» с парой американских солдат. Когда продолжала строчить послания в бутылке Дж. П. Э. Ч. Корнуэллу, где бы он ни был; когда наконец-то призналась Безумным Шляпникам, что это она сочиняла «Блеянье Блетчли» все эти годы, и с удовлетворением выслушала последовавшее сердитое ворчание вперемешку со смехом. О, и конечно же, день, когда Валери Глассбороу услышала на своем посту, что Япония капитулировала, и новость разлетелась по всему БП… В какой-то момент Озла обнаружила, что стоит на лужайке, самозабвенно забрасывая рулоны туалетной бумаги на деревья, глядя, как белоснежные бумажные петли разворачиваются на фоне неба, и плачет от радости.

Но это уже был эпилог, подумает она потом. Для Озлы настоящий Блетчли-Парк закончился в день высадки союзников в Нормандии. В тот день, когда три подруги в последний раз разговаривали друг с другом; день, когда Маб Грей получила назначение в Лондон; день, когда Бетт Финч как под землю провалилась.

До королевской свадьбы девять дней. 11 ноября 1947 года

До королевской свадьбы девять дней. 11 ноября 1947 года

Глава 68

Глава 68

Внутри часов

Даже пациентам Клокуэлла довелось отпраздновать День победы в Европе и День победы над Японией. Самоубийство Гитлера, капитуляция Германии… И персонал, и пациенты плакали от радости. А потом, всего через несколько месяцев, пришла новость о гигантских бомбах, поставивших Японию на колени. Всем раздали бумажные стаканчики с дешевым вином – выпить за победу и мир.

«И за Блетчли-Парк!» – мысленно добавила Бетт. Без него не было бы ни победы, ни мира.

Тогда она подумала – и вновь думала сейчас, бродя по розовому саду в надежде, что ее соперница по го вернулась после операции, – что сталось с Блетчли-Парком, когда война наконец полностью завершилась? Она представила, как замолкают «Тайпексы», как пустеют корпуса. На лужайке не будет больше лапты, в столовой – гренок с жареными почками в три часа ночи, у озера – Безумных Чаепитий с хлебом с маргарином и библиотечными книжками. Куда они денутся, все эти странные и незаурядные люди, которых собрало вместе отчаяние войны? «Возвращайтесь к своей прежней жизни. – Бетт полагала, что именно так им сказали. – Возвращайтесь к своей прежней жизни и никогда ни с кем не говорите об этом».