Они с Эдной выпили еще по одной и начали строить друг другу глазки. Тут взъерепенилась моя старуха:

– Хватить лыбиться на эту прошмандовку!

– На какую прошмандовку?

– Вот на эту!

– Ты лучше пей, да помалкивай!

Он ткнул пальцем в мою старуху, что-то щелкнуло, и та исчезла. Он обернулся ко мне:

– А ты что скажешь?

– О, я ведь тот парень, что принес кусачки, помнишь? Я тут шестерю помаленьку, полотенца подношу и все такое…

– Хорошо все-таки, что ко мне сверхъестественные силы вернулись.

– Действительно полезно, – сказал я. – У нас все равно проблемы с перенаселением.

Он пожирал Эдну глазами. Они так друг на друге залипли, что мне удалось спереть один пузырь. Я взял виски, сел в машину и поехал обратно на пляж.

Жена Эрни до сих пор сидела в задней комнатке. Увидев свежий вискач, она обрадовалась, и я налил нам обоим.

– Что за пацан у вас в клетке сидит? – спросил я.

– А-а, полузащитник третьей линии в одном из местных колледжей. Пытается шару сбить.

– А ведь у тебя хорошие сиськи, – сказал я.

– Ты думаешь? Эрни мне никогда ничего про сиськи не говорил.

– Пей давай. Хорошая штука.

Я придвинулся поближе. У нее были хорошие жирненькие ляжки. Когда я ее поцеловал, она не сопротивлялась.

– Я так устала от этой жизни, – сказала она. – Эрни всегда был дешевым фарцовщиком. А у тебя хорошая работа?

– Еще какая. Я старший экспедитор на “Дромбо-Западной”.