– Вы совершили огромную ошибку.

– Я поступил по воле закона и во имя чести, Олег. Чего не скажешь о тебе.

– Вы вспомнили про честь, полковник? Напомнить вам, как вы…

– Подожди. Поднимите его.

Бойцы поставили Олега на ноги перед руководителем операции.

– Так-то лучше, – победоносно огласил хозяин клуба.

Полковник закивал головой, виновато отвел взгляд и… резко прописал Олегу кулаком по носу. Авторитет вновь оказался на полу.

– Не дождешься, дерьма кусок! Увести его! – скомандовал Меркурьев. – И крепко его держите. От такого гризли чего угодно можно ожидать, – полковник повернулся к своему адъютанту, который взглядом разыскивал среди арестованных ту, которую предупредил обо всем, в надежде, что она послушала его. – Где прячется брательник этого западлиста Бережного?

– Среди задержанных его нет. Ищут.

– Пусть резвее ищут. А Данила Озерова нашли?

– Тоже нет… пока.

– И на кого полицию оставляем? Я валяюсь с вас. Так, кто здесь Вячеслав?! – громко спросил Меркурьев. Парочку деталей он все-таки выудил у Озерова-старшего.

Работников бара, что стояли на коленях у стойки и заложили руки за голову, охранял один сурово-молчаливый оперативник. Бармен Славик стеснительно поднял верх дрожащую руку. Что же теперь подумают о нем остальные? Что он предатель, лазутчик, стукач, крыса?

Без лишних приветствий полковник грозно спросил:

– Где он?

– Вы от Владимира Аполлоновича? – робко поинтересовался Славик.

– Ты догадлив. Надо же, с виду и не скажешь, что тебе не страшно, парень.

– Нужно же убедиться.

– Верно, но только подобные вольности с теми, кто сильнее, редко остаются без должной реакции. В том месте, где я воевал, ты бы уже валялся разрубленный на части… Ладно, куда ты его спрятал? Веди.

С делегацией за спиной Слава открыл подсобку. Даня сладко спал там в обнимку со швабрами. «Живой, слава богу», – подумал полковник и тотчас решил позвонить Озерову-старшему, но адъютант перебил его: