Именно в этом месте и наступил предсказанный конец одной человеческой семьи. И начало новой – собачьей…

Сердце Михаила Григорьевича перестало биться.

История тридцать восьмая. «Мама»

История тридцать восьмая. «Мама»

Все было точь-в-точь как во сне.

Прожекторы, парящие где-то в небесах, освещают параллельные и пересекающиеся вены железной дороги – рельсы и шпалы – уже не так ярко, ибо светает. Их резво перепрыгивает невысокого роста худощавый голубоглазый парнишка, спеша к первой платформе, побаиваясь споткнуться и упасть на припорошенный снегом щебень. Белобрысый беглец будто огорчен, раздосадован чем-то. Жадно глотая морозный воздух раннего субботнего утра, он не сбавляет скорости, перелетая через полотно как заправский гимнаст, высоко задирая ноги. Видавший виды рюкзак, набитый под завязку чем-то жизненно важным, придерживать за лямки отныне не нужно – его нет. Паренек, преодолевая своеобразную полосу препятствий, скользкую и холодную, лавируя между пассажирскими и грузовыми вагонами, стрелками и семафорами, держится лишь за свою мечту, как скалолаз держится за спасительный трос на отвесной скале.

После бесчисленных перегонов, линий, фонарей и столбов парнишка наконец взобрался на ровную вымощенную платформу и из последних сил устремился к оговоренному месту встречи – у часовни на перроне. Пахнет углем, где-то на путях гудит маневровый локомотив, неподалеку с дребезжанием тронулся в путь бесконечный товарный состав. Сбавив ход, парнишка зачерпнул в ладони горсть снега и умыл разгоряченное лицо. Пирамида «Синегорья» затерялась в тумане и легкой измороси.

Часовня. Именно здесь они условились встретиться. Неужели он опоздал, ибо возлюбленной не было. Без устали бьющееся сердце выдало подозрение, что девушка наверняка уехала без него. Или того хуже – ее арестовали. А может быть, она не настолько любит его, чтобы вот так все бросить, собрать манатки и убежать черт знает куда – в новую жизнь, жизнь с чистого листа: без этого города, без этих проблем и предрассудков, без этих обязанностей, без этих надоевших людей вокруг. Любит или не любит?

Внезапно вдалеке показался чей-то изящный одинокий силуэт, еле проглядывающий из дымки: бордовое пальто, белая блузка, распущенные волосы.

Позади послышались шаги, прервавшие безмятежность и предвкушение долгожданной встречи. Припомнив, что случилось во сне, Андрей нащупал в кармане ножик Глеба и готовился ударить преследователей с разворота. Он резко обернулся – это путевые обходчики с фонарями, только и всего. Андрей выдохнул и вновь взглянул в сторону силуэта.