— Да за что же мне сердиться на вас, Сергей Миронович? Просто закрутился на промыслах, да и, признаться, не хотел попусту беспокоить. Знаю, как вы загружены всяческими делами... Вот теперь, когда я разобрался в нашем геологическом лабиринте, и пожаловал поговорить по душам.

— Что же выяснили, Иван Михайлович? Сильно нас опечалите?

— Напротив, скорее обрадую, Сергей Миронович, — улыбнулся Губкин, сверкнув белыми, крепкими зубами. — Теперь твердо могу сказать — обводнения бояться нечего. Многие скважины затоплены по заданию бывших хозяев. Это беда поправимая.

Выкачаете воду — нефть снова придет к забоям. Сейчас люди взялись горячо. Я ведь слушал ваше выступление. Даже меня, старого специалиста, растрогали... Так и захотелось работать засучив рукава.

— А уезжаете?

— У меня ведь задание от Совнаркома. Надо осмотреть промыслы Грозного. Придется докладывать Ильичу... У вас теперь дело пойдет, Сергей Миронович. Надо лишь думать о расширении промыслов. Об открытии и освоении новых залежей. Собственно, об этом я и хотел с вами поговорить.

— Вы проводили разведку?

— Да, частично, Сергей Миронович. На этот раз мне удалось познакомиться с геологией всего бакинского района.

— И что же? Как вы смотрите на перспективы, Иван Михайлович.

— Очень оптимистично! Разговоры об истощении Бакинского месторождения считаю праздными и даже вредными. По-моему, весь Апшерон пропитан нефтью, и ее качать не перекачать... Уверен, что под водами бухты, да и на дне Каспия, прямо у города, — большие залежи нефти.

— Неужели и на дне моря нефть? — переспросил Киров.

— Да, и на дне... Но оттуда взять ее трудно. А вот на Солдатском базаре только копни да вставь трубу — сама потечет. Надо при первой же возможности, Сергей Миронович, ставить разведывательные буровые и искать на Солдатском базаре.

Киров сделал запись в блокноте, вышел из-за стола, присел рядом с Губкиным:

— Спасибо, Иван Михайлович. Спасибо за добрый совет.

— У вас, Сергей Миронович, хорошие, опытные

геологи. В случае нужды можно обратиться за советом к старику, слепому инженеру Потоцкому. Да и я недалеко буду. Дадите телеграмму — тут же прикачу.

— Спасибо, Иван Михайлович. Спасибо! Хорошо, если бы...

— О нуждах Баку я доложу Ильичу. И надеюсь, что Совнарком окажет помощь. Самое главное — не затягивайте с посылкой людей за границу.

— Уже договорились. Нариманов поедет в Европу, Серебровский — в Америку.

— Я рад. Желаю удачи!.. Ну, прощайте, Сергей Миронович.