14 мая всех больных отвезли на вокзал. Вскоре подошел поезд. А через несколько часов мы уже были в г. Кирове. От вокзала до госпиталя ехали на автобусе. Госпиталь размещался в большом трехэтажном каменном здании. Больных здесь было много. Нас после санобработки разместили на втором этаже. Всех нас, Якинчева Юрия, Шестакова Сашку, Пономарева Андрюшку, Балмагамбетова Абу и меня, разместили в одну палату. Здесь уже лежало три офицера. Палата небольшая. Рядом с госпиталем находился стадион. Когда проходили разные соревнования, можно было даже не выходить из госпиталя. Все хорошо было видно из окна. Недалеко находился и сад «Халтурина» и тут же, рядом – пристань. Поблизости находились и кинотеатры. Не особенно далеко был рынок. Можно сказать, что все достопримечательные места находились недалеко от госпиталя. Самый большой в городе ресторан «Россия» тоже был недалеко. Здесь не Свеча, сходить есть куда. Лишь бы деньги были. Зарплату нам выдавали регулярно. Обмундирование у офицерского состава здесь тоже не отбирали. Не запрещали и в город ходить. Одно требовали, чтобы при обходе врача все находились в палате и выполняли все процедуры, назначенные лечащим врачом. Это все выполнялось. Мне здесь опять делали выкачку жидкости из плевральной полости. Через пять дней ее опять стало столько же, сколько было до выкачки. Сказали, что больше не будут выкачивать, пусть она там булькает.
В саду «Халтурина» я встретил солдата из своего батальона. Он только что демобилизовался. Часть наша все еще находится в Румынии и на том же месте, в военном городке рядом со станцией Михау Брау. Старых солдат там никого уже не осталось, всех демобилизовали. Батальон пополнился молодыми солдатами.
Демобилизация
Демобилизация
В первой декаде июня я, Юрий Якинчев, Сашка Шестаков и Абу прошли медкомиссию. Всем нам дали вторую группу инвалидности. Андрюшка Пономарев свое слово сдержал: он еще в Свече говорил, что комиссоваться будет самым последним, чтоб водки не покупать. Так и получилось, на комиссию он не пошел. Решил еще с полгодика полежать.
На вещевом складе я получил комплект хлопчатобумажного обмундирования, кирзовые сапоги, пилотку, пару полотенец и пару портянок, ремень и две пары белья. А шинель не дают. У меня была шинель из английского сукна, офицерского покроя, которую я купил еще в Румынии. Но паршивый интендантишка знать ничего не хочет, есть, говорит у тебя шинель и все, вторую не получишь. Я решил обратиться к начальнику госпиталя. Я показал ему вещевую книжку и аттестат. Он дал указание выдать мне шинель немедленно, а этому интенданту дал хорошую взбучку. Каждому из нас выдали денежное вознаграждение по 3000 рублей и продуктов на дорогу. Я получил четыре банки мясных консервов, несколько селедок, сахар, две булки белого хлеба и несколько маленьких булочек. Проезд по железной дороге бесплатный. Еще заранее дал домой телеграмму. Все время нахождения в госпитале нам давали папиросы по 25 штук на день. Давали обычно по большой пачке «Казбека» или «Беломорканала». В пачке 100 штук. Курили не сильно, так что папиросы скапливались. В магазинах их, можно сказать, не было. Когда находились в Свече, их скупали прямо в госпитале по 100 рублей за пачку. А здесь еще проще, рядом стадион – не успеешь вынести, их уже нет. Сразу же расхватывали. Папиросы ведь хорошие. Вместе с продуктами нам дали еще по две пачки таких папирос. В общем, на дорогу обеспечили всем необходимым.